Дем Михайлов – Темные времена (страница 7)
Как оказалось, самый большой сюрприз ожидал меня позднее – разницей между обычной магией, наполняющей мир, и силой Создателя было то, что воспользоваться последней мог любой человек вне зависимости от своего магического таланта – стоило вложить толику силы в простенькую молитву, изгоняющую зло, и она превращалась в действенное против нежити заклинание.
Священником мог стать любой… так же, как и некромантом. В обоих случаях не нужен талант, дарованный свыше. Нет. Нужно лишь желание постигнуть знания – светлые или темные. Упокаивать нежить или же поднимать из могил мертвецов…
И священники, и некроманты используют для сотворения заклинаний жизненную силу. Причем священник довольствуется лишь силой, дарованной ему Создателем, а некроманты предпочитают выкачивать энергию для заклинаний у других, используя собственные силы лишь в случае крайней нужды. Отсюда и кровавые ритуалы жертвоприношений, позволяющие досуха опустошить жертву – ведь никто добровольно не согласится отдать даже толику своей жизненной силы.
«Силу – силой!» – этим девизом руководствовались некроманты, забирая чужую жизненную энергию именно силой, против воли жертвы.
К моему сожалению, вдаваться в подробности о магии некромантов, отец Флатис не пожелал, буркнув лишь, что это путь, ведущий прямиком в объятия Темного. Настаивать я не решился, и беседа плавно перетекла на магические сферы.
Несколько веков назад – еще до великой войны магов, что превратили некогда цветущий край в нынешние Дикие Земли – многолетние исследования магической академии по поиску сосуда, способного удержать энергию, увенчались успехом. Так на свет появились первые сферы с энергией. Сама по себе, такая сфера является лишь хранилищем, но если наложить на нее, к примеру, заклинание воздушного щита, то она становится защитным амулетом, срок службы которого ограничивается лишь запасами энергии в сфере. К тому же, сферу всегда можно наполнить вновь в любой магической лавке – была бы звонкая монета и сведущий волшебник поблизости.
Внимательно выслушав объяснения священника, я снова не удержался и задал вопрос:
– Отец Флатис, в сферах, что мы нашли в теле ниргала, энергия словно пульсирует. Да вы и сами видите – указал я на лежащие рядком шипастые шары – Отчего это?
– Здесь я помочь не могу, сын мой. – степенно ответил священник. – Обычно, сферы мягко сияют, иногда внутри них переливаются световые волны и сполохи. Пульсирующих сфер, равно как и со стеклянными иглами, я не видел. Но уверенно могу сказать, что в них нет зла.
– Радует. – задумчиво протянул я, глядя на сферы. – Значит, можно смело их использовать.
– Использовать? – ехидно рассмеялся священник. – Сын мой, не сочти за грубость, но для тебя эти сферы бесполезны. Высвободить энергию легко, а вот чтобы удержать ее и суметь использовать, требуется недюжинное мастерство. Поговорим об этом позже. – святой отец, кряхтя, поднялся с кровати. – Пора проверить раненых.
– Со временем смогу. – отозвался я и уже в спину уходящего священника поспешно спросил: – Святой отец! Благодарю за столь подробные объяснения, но я так и не понял, как мне научиться пользоваться своим даром?
Отец Флатис неохотно остановился и ответил:
– Первому, чему обучают недавно поступивших в академию учеников, это как прикосновению к своему магическому дару. Для начала просто постарайся увидеть разлитую вокруг нас магию.
– Увидеть? – пораженно переспросил я. – Святой отец, как я могу увидеть то, что невидимо?
– Мысленно! – раздраженно рявкнул отец Флатис. – Вокруг нас разлиты энергетические потоки, и раз ты их не видишь, то и разговаривать не о чем. Закрой глаза и смотри!
Бормоча что-то сильно напоминающее ругательства, священник ушел, оставив меня наедине с моей рвущейся наружу злостью. Вот вроде и поговорили, и узнал я много… но ведь ничего толком не понял! Ехидный священник как всегда напустил туману и испарился.
Как он там выразился?
Закрой глаза и смотри! Очень логично!
Я тоже могу изречь не менее мудрые слова, например, – «заткни уши и слушай!». Проклятье!
Стараясь успокоиться, я несколько раз глубоко вздохнул и сосредоточился на услышанном от священника. Большей частью это были лишь общие и донельзя размытые объяснения, но и из них следовало извлечь максимум пользы.
Значит, маги независимо от своего магического таланта используют внешние источники энергии, которые, как туманно выразился святой отец, буквально разлиты вокруг нас. Собирают энергию, трансформируют в заклинания и высвобождают с тем или иным результатом.
Священники и не к ночи помянутые некроманты используют жизненную силу. Священники творят магию, опираясь на собственные запасы внутренних сил, некроманты же берут все, что под руку попадет, начиная с животных и кончая людьми. Милая практичность и чудовищная неразборчивость.
Получается, что разница между силой Создателя и темной магией, это лишь моральные устои?
Надо будет уточнить у святого отца сей тезис. Вот только не сейчас – пора начинать самообучение.
Перебравшись на кровать, я поудобней уселся и выжидательно уставился перед собой. Просидел так добрую четверть часа, напрягая глаза и стараясь узреть энергетические потоки. Ничего. Зато в подробностях рассмотрел стену пещеры и теперь мог точно сказать, сколько на ней трещин, где именно они расположены и в какой рисунок складываются. Негусто.
Потерев воспаленные глаза, я решил последовать донельзя дурацкому совету отца Флатиса – просто смежил веки и попытался расслабиться. Следующая четверть часа ознаменовалась лишь тем, что меня начало клонить в сон, но я стоически боролся с этими позывами и старался увидеть хоть что-то, кроме темноты перед глазами.
Когда я уже совсем отчаялся и собирался плюнуть на все и открыть глаза, передо мной возник сверкающий всем цветами извивающийся водоворот энергии. Он вращался на расстоянии вытянутой руки, и я благоговейно замер, пораженный буйством красок. От стен, потолка и даже из пола, к водовороту тянулись разноцветные нити энергии и мгновенно вовлекались в бурлящий танец. Красота, которую невозможно описать словами. Не знаю, сколько я так просидел завороженный открывшейся мне картиной. Никак не меньше часа. Мысли в моей голове текли подобно ленивой медленной реке.
И почему сварливый священник утверждал, что это трудно? Мне потребовалось не больше часа, чтобы добиться успеха.
Наконец решившись, я осторожно протянул дрожащую руку, чтобы дотронуться до этого чуда…
– Господин, просыпайтесь. – в мое сознание ворвался ворчливый голос здоровяка, и тяжелая рука бесцеремонно потеребила меня за плечо.
– А? Что? Где? – ошалело подскочил я и, продрав сонные глаза, обнаружил, что лежу на холодном полу в шаге от кровати. – Кто напал?
Так это был лишь сон?
– Никто не напал, господин. – буркнул Рикар, удивленно смотря, как я, постанывая, с трудом поднимаюсь на затекшие ноги. – Скоро восход. А что это вы рядом с кроватью спать вздумали?
– Ээ-э… Захотелось мне так! – нашелся я с ответом. Не признаваться же, что как полный дурак сидел с закрытыми глазами до тех пор, пока меня не сморил сон. – А ты чего?
– Я ничего, господин. – твердо ответила моя бородатая нянька. – А вот вы – чего. Пора позаниматься с мечом.
– Ох. – застонал я. – Рикар, давай начнем с завтрашнего дня?
– Нет. Пойдемте, господин, благо вы уже одеты. – не поддался Рикар и протянул мне миску с водой.
Причитая и проклиная свою судьбу, я поплескал в лицо холодной водой и поплелся за здоровяком.
Жизнь продолжалась своим чередом, и некоторые вещи оставались неизменными.
Глава вторая
Прибытие
– Вытяжку мы наладили, господин, – отчитывался старший брат каменщик, – в стенах сделали несколько дополнительных щелей для притока воздуха.
– Что с конюшней? – поинтересовался я, с наслаждением делая первый за утро глоток бодрящего отвара. Надоедливый снегопад наконец прекратился, что несказанно радовало – сугробы во дворе были уже по колено взрослому человеку. Если вчера воздух во дворе подмораживал и заставлял ежиться, то сейчас дышал настоящей стужей и хотелось немедленно укрыться в тепле.
– Заканчиваем возводить стены. К завтрашнему дню и крышу положим. Благо из дерева строим – с камнем мороки было бы не в пример больше. Сегодня же начнем класть печь для обогрева, еще одну ночь на таком холоде животные не перенесут.
– Неплохо. – прокомментировал я, глядя как укутанные в меховую одежду мужчины, копошатся на стенах конюшни. – Не маловата ли постройка?
– На десяток лошадей с лихвой хватит. – отозвался Древин. – Рядышком еще навес для сена пристроим, да и ладно будет.
– Когда ледник заложите? – продолжил я расспросы, хозяйским взглядом охватывая свои владения.
– С ледником посложнее будет, господин. – несколько виновато ответил мастер. – Для него надо яму рыть, да поглубже. Иначе к весне все потечет. Я так считаю, что сейчас нам ледник и не надобен вовсе – при такой-то холодине мясо можно и во дворе без опаски оставлять.
Когда до меня дошел смысл слов мастера, я удивленно замер. А ведь и верно. В отличие от меня мастер-каменщик зрит в корень. К чему сейчас строить абсолютно ненужный ледник, когда на дворе такая холодина? Лишние затраты сил и ресурсов. Нам и без того есть где хранить мясные туши – брось на деревянные настилы, дай замерзнуть, присыпь снежком и льдом. И готов – до наступления тепла мясо в полной сохранности.