Дем Михайлов – Грань забытых земель (страница 6)

Осмотрев поджаренный початок – а это был именно початок с напоминающего кукурузу высокого растения, найденного на берегу ближайшего ручья, – я протянул его Бому:

– На!

С величайшим подозрением осмотрев дымящийся плод моих варварских трудов, полуорк оскалил клыки и резонно спросил:

– А почему я?

– Ты полуорк, – легко ответил я. – Ты всеядный и с луженым пузом.

– Это там, – столь же легко возразил он, отодвигаясь назад. – А здесь – далеко не факт.

– Да факт, факт, – закивал я, наклоняясь к нему и вытягивая палку с насаженным початком. – Ешь давай.

Полуорки – наиболее стойкая к любым пищевым отравлениям игровая раса Вальдиры. То, отчего эльф сразу скорчится в агонии, у полуорка вызовет разве что намек на изжогу. Подобная их стойкость объяснима глобальной игровой историей – в которой орки раз за разом проигрывали другим расам, теряя богатые пищей территорией и уходя в почти бесплодные скалы и пустоши. Вот там они и научились есть то, что пищей вовсе не являлось, попутно изобретя невероятные адские блюда – я как-то видел их знаменитый кулинарный шедевр, пафосно именуемый «Женское хрусткое лакомство из остатков сытного жралова ушедшего в бой воина». «Лакомство» представляло собой разбитые молотком панцири и кости пустынных черепах, опаленные на огне и политые млечным соком огненной сангвинарии. Хрусти себе на здоровье… если зубы позволяют…

Благодаря такому долгому и мрачному наследству минувших веков орки и камни жрать могут, а полуоркам досталось немало желудочной стойкости.

Но это лирика.

– Ешь! – уже требовательней произнес я, поднося дымящийся початок с остатками подергивающихся лап к зеленому носу полуорка. – Надо же знать, съедобно или нет!

– Скорми Орбу, – предложил Бом, отодвигаясь еще чуть дальше. – Он любит такое всякое…

– Ешь, блин! – буркнул я. – Хотя бы кусочек…

– Черт с тобой! – рявкнул в буквальном смысле слова припертый к стене полуорк, вжавшийся в покрытую полустертыми рунами колонну. – Вот помру – и останетесь без танка! Рыдать будете на моей окровавленной кольчуге!

– С чего окровавленной-то? – усомнился я.

Молча забрав у меня «кукурузу», Бом оглядел початок со всех сторон, шумно принюхался и, пожав плечами, откусил сразу четверть. С хрустом прожевал, склонив голову, прислушался к ощущениям, проглотил и… солнечно и клыкасто заулыбался:

– Сладко! Реально как кукуруза, но будто смешанная с кусочками говядины и чесночного сыра. Прямо высокая кухня! – закинув в рот остаток, он прожевал и одобрительно кивнул: – И ядовитая.

– Тьфу! – буркнул я, разочаровано опуская палку. – И чего ты тогда радуешься?

– На меня этот яд почти не действует, – пояснил казначей и похлопал себя по могучей груди. – Я же полуорк. Могучий и всеядный.

– Ты только что ныл на эту тему!

Проигнорировав мой укор, Бом продолжил перечислять достоинства сего блюда:

– А еще я получил неплохой бафф на силу и выносливость – по пять единиц сроком на десять минут. Яд наверняка не отпустит столько же, но он реально на меня действует едва-едва, и регенерация трудится быстрее него. Неплохо! Нажарь еще штук десять таких, а?

– С радостью, – кивнул я, втыкая импровизированный шампур в очередной взвизгнувший початок. – Но не хотел бы я знать тонкости перекрестного опыления этой «кукурузы».

– Я растения Вальдиры довольно плотно изучал, – заметил проходящий мимо Храбр. – Но такого не помню. Уже заскринил ее, описал в своих заметках и спрятал в рюкзак початок и несколько листьев. А сейчас хочу сделать отвар из корней, стебля и молодых побегов – чуйка подсказывает, что эффект будет. Не знаю какой, но будет. Бом выпьет и расскажет…

– Не буду я это пить! – рявкнул во весь немалый объем легких Бом. – Я вам свинка подопытная? Всерьез убить хотите? Так можно поступить проще – дайте мне почитать еще один свежий «Вестник Вальдиры». Мы тут сидим и кукурузой ядовитой хрустим, а там такое происходит…

– Да уж, – хмыкнул я. – У нас тут тишь да гладь, а там столкновение миров. И знаете что?

Дождавшись, когда ко мне обернутся все устроившиеся на вершине холма друзья, я развел руками и с улыбкой признался:

– Лично я прямо рад, что хоть на этот раз мы не находимся в самом эпицентре событий.

Взгляды друзей незамедлительно выразили абсолютное недоверие к моим словам. Вздохнув, я пояснил проще:

– Наконец-то ни я, ни вы, ни клан ГКР ну просто никак не связаны с творящимися там безобразиями. Никто меня не поминает недобрым словом, никто не ищет, никто не желает никому из нас зла – даже агры не нападают. К тому же там сейчас творятся такого масштаба события, что… ну вот что мы сумеем сделать, ребят? Клан у нас молодой, все середнячки, легендарными сетами и эпичным оружием мы не обвешаны. У нас на руках город Тишка – и мы, как можем, заботимся о нем. Там сейчас Кирея рулит, заодно приглядывая за Роской – и я спокоен. Ну а падающими с неба монстрами и всем Зар’граадом пусть занимаются те самые старые прославленные и очень богатые кланы вроде Неспящих. Мне еще грыз сердце непонятно откуда взявшийся Аньглубинглот – но с ним вроде как разобралось уже нечто, если верить «Вестнику».

Перевернув переставший визжать початок, я отодвинул его чуть дальше от огня и начал насаживать следующий на другую подходящую палку, продолжая задумчиво рассуждать:

– Там вот король Альгоры сходку важных персон объявил. Кого-нибудь из нас позвали?

– Не позвали! – горько вздохнул Док и уронил рядом со мной охапку сухого хвороста. – Подонки! Смерть капиталистам! Монархию на эшафот! Еще дрова надо тащить?

– Надо, – кивнул я, и штатный лекарь снова отправился заниматься совсем не профильной работой.

Но нас всего пятеро, и каждый старается работать за троих. Иначе нам грядущей дороги не осилить. Пока я разглагольствую – продолжая жарить початки и остатки мяса, – Бом чистит оружие и броню, Храбр собирает травы по тому выцыганенному у меня салатному рецепту, Док прочесывает кусты и склоны в поисках хвороста и грибов, а Орбит… лысый ловелас сидит рядом с добродушной сегодня Затти и что-то ей поясняет, жестикулируя с бурной неумелостью. У нас за плечами тяжелая битва, закатное солнце вот-вот опустится, и поэтому я не стал ничего говорить тощему романтику. В целом картинка вокруг костра на вершине холма была прямо каноничной – золотая классика вставших на отдых авантюристов, потрепанных последней схваткой.

– Нас не позвали, – продолжил я мысль, – потому что мы нифига не заслуженные.

– В конце той статьи вывесили длинный список званых персон, – мимоходом заметил Бом, запихивая за пояс увесистые округлые камни.

– И что?

– Наместник Седри среди приглашенных.

Я невольно передернул плечами, вспомнив последнюю нашу с ним встречу лицом к лицу…

– Само собой! – рядом со мной уселся Храбр. – Он ведь контролирует немалую такую часть королевских земель и должен быть в курсе дела.

– Седри там всякие шляются, – согласился я вслух. – Еще одна причина пока лишний раз не светиться. И вообще у нас хватает врагов явных и неявных. Так пусть они лучше монстрами залетными занимаются, а нас пока не трогают. Ну и главное – лично я устал от всего этого масштабного и эпичного, – признался я начистоту и палкой с дергающимся в затихающей агонии початком указал на тянущуюся вдаль зеленую равнину, прорезанную несколькими тропами: – Вот! Супер же! Мы, пятеро чужаков-авантюристов, неведомо где, почти ни с чем, начав с нуля, каждый день должны делать простое и привычное дело – с боем прорываться через монстров все дальше и дальше. Простая четкая и – самое главное – ясно видимая цель. Вот мой бальзам душевный…

Я оглядел товарищей и понял, что хотя бы отчасти они разделяют мои ощущения. Бом задумчиво щурился вдаль, Орбит с Затти повернулись и смотрели туда же, где у горизонта мерцали тускнеющие в закате водные жемчужины далеких озер, Храбр подпер подбородок ладонью и прикрыл глаза, а усевшийся в траву на склоне Док вдруг замычал какую-то незатейливую знакомую мелодию.

– Где-то пару приключений назад я вдруг понял, насколько сильно этого не хватает, – вздохнул я.

– Чего не хватает? – спросил Храбр.

– Настоящей Вальдиры. Той, что у вечерних потрескивающих костерков, когда весь день ушел на поиск чертовых квестовых монстров в густых чащобах, когда едва ушел от разбойников верхами по деревьям, свалился в реку, где меня чуть не сожрал голодный сомяра, наконец выбрел на крохотную безопасную полянку, разжег костер, заварил крепкого деревенского чайку и сидишь себе, вслушиваясь в шаги наступающей ночи…

Бом удивлено присвистнул:

– Да в тебе издох поэт, Рос…

– Испортил все! – зло зашипел Храбр. – А я ведь прямо представил себе все это… И знаешь – ты прав, Рос. Сильней всего я был счастлив, когда начинающим алхимиком у небольшого костерка варил свои первые простенькие зелья, все ингредиенты для которых собрал самолично – до последней тычинки и лапки! И вот такое умиротворение… в котелке побулькивает смесь, плывет по воздуху мерцающий дымок, что-то тихонько поет в душе…

– Ты что там варил, а? – подозрительно взглянул на него полуорк. – Мерцающее и поющее… Сдать бы тебя страже…

– Да ну тебя!

– И я! – ожил Док и поднялся сусликом из травы. – Когда на десятом уровне с зачаточными заклинаниями исцеления я едва-едва оттащил от края смерти сразу двоих вечно лезущих на рожон дебилов-напарников, затем получил свои законные и жалкие десять процентов от добычи, все продал, сдал квест… и сидел себе на сторожевом посту с кружкой дешевенького пива, слушал, как неподалеку бородатый бард истязает гитару, а эльфийка терзает арфу… вот прямо счастье я ощутил… прямо настоящее… А теперь вроде счет в банке, снаряжение отличное, клан суперский… а вот того самого простенького дешевого счастья больше нету.