Дед Скрипун – Уйын Полоза. Книга первая (страница 51)

— Как в игрушке компьютерной? — Задумался Максим.

— Ну так мы в игрушке и есть, только не в компьютерной. — Хмыкнул ехидно Игорь. — В компьютерной умереть невозможно. Возродишься, пивка хлебнешь, и по новой играть продолжишь, ну а тут сдохнуть проще чем в носу поковыряться, и заметь, не понарошку, а по-настоящему. По-моему, мы пришли. — Он остановился на краю скользкого, поросшего мелким кустарником склона. — Вот твое болото, даже лягушки квакают. Как в прошлый раз не заметили? Рядом ведь были.

— Локация земляничная отвлекла. — Ответил на автомате Максим, сам размышляя над пояснениями друга. — Почему ты мне раньше про уровни не рассказывал?

— Чудак, человек. Когда мне с тобой душевные разговоры было вести? — Засмеялся Угрюм. — Ты как к нам попал, так ни минуты спокойной не было, одна сплошная война. Да ты и не спрашивал, такое ощущение складывалось, что и так все знаешь, уж больно уверенно себя вел. Зеленые обычно растерянные приходят, в рот заглядывают, в любую байку поверить готовы, а ты словно родился тут.

Заявился сразу с крутыми квестами, с «Кольтом» моего кореша в руках, и сразу из него нехилого стрелка упокоил, профессора из дерьма вытащил, и поверить в себя заставил. Девахе свободу дал, а затем еще и нашествие менквов вырезал в одиночку. Ну и чему тебя такого крутого учить? Тут самому в ученики подаваться пора.

— Все равно мог бы про уровни рассказать. — Обиделся Максим.

— И чтобы это изменило? Ты бы их качать не стал? Или дал бы себя Баклану пристрелить? Не брюзжи как старый, жизнью недовольный дед. Радуйся. Мы живы, посильней чутка стали, и болото твое сраное нашли. Осталась малость, после встречи с мяскяем не сдохнуть, и квест выполнить. Где только теперь эту сволочь искать. Когда не надо, всегда тут как тут, а когда надо, не досвистеться.

— Пошуметь надо. — Гвоздев достал пистолет. — На стрельбу прибежит.

Кваканье лягушек мгновенно смолкло, испугавшись выстрела, но тут же с новой силой, возмущенно, и еще более громко затянуло свою песню, видимо от пережитого испуга.

Друзья стояли и молчали в тишине, под хор пресмыкающихся, и нудную капель дождя с мертвых кустов на гнилые листья. Они ждали, того, кого в других условиях предпочли бы обойти стороной, не попадаясь на глаза. Но судьба, или может проделки Полоза, не оставили им другого выбора.

Страха не было. Они уже привыкли к состоянию постоянной опасности. Человек быстро свыкается с обстоятельствами, и адаптируется к условиям. Говорят, что после глобального катаклизма, на земле могут выжить только три самых приспосабливаемых к изменяющемуся миру существа, это крысы, тараканы, и человек. Конечно, никто этого не проверял, и это всего лишь догадки. Вот пусть догадками и остаются, что-то совсем не хочется проверять.

Огненный шар медленно выплыл из тумана, завис ненадолго в стороне, в паре шагов от ожидающих его появления людей, и упав на землю, вытянулся в высокий, пылающий столб, который мгновенно превратился в черного монаха, скрывающего лицо под опущенным капюшоном черной рясы. Ехидно хмыкнув, тот подошел ближе, и обойдя вокруг игроков остановился напротив Максима.

— Не ожидал вас тут снова увидеть, «Надежды Полоза». — Заговорил мяскяй не снимая капюшона, но предварительно уважительно поклонившись. — В прошлый раз, я, в награду за выполнения моего задания отпустил вас живыми, но вы вновь вернулись. В этот раз я не сделаю такой глупости. Вы умрете. В последнее время на мою землю не часто заходят игроки, мне скучно. Ваша смерть развлечет меня, и накормит духов болезней. Но так как вы по доброй воле пришли в мой мир, то я дам выбор, как умереть. Решайте: чума, или оспа?

— Нам все равно. — Нагло рассмеялся Максим. — Детей пугай своими страшилками. Убить ты нас не сможешь. Это мы убьем твоих духов и тебя.

— Ты врешь. — Уверенно заявила тварь. — Как ты собираешься убить то, чего не видно. От духов болезни нет спасения, и их нельзя уничтожить, они на столько малы, что в них не попасть из оружия, каким бы точным оно не было.

— Я и не собираюсь в них стрелять. — Улыбнулся Гвоздев, и задал неожиданно вопрос. — Что ты знаешь про пиявок?

— Пиявок? — Недоуменно переспросил Ахтамак. — Причем тут пиявки? Их полно в болте. Что я о них еще должен знать?

— Ну хотя бы то, что они бывают лечебными. — Уверенно произнес Художник. — И то, что духов твоих они употребляют на завтрак обед и ужин, в виде основного блюда.

— Здесь таких нет. — Замялся монстр, неуверенно обернувшись в сторону болота, словно пытаясь рассмотреть там угрозу.

— Нет. — Согласно кивнул Максим. — Но я знаю где они есть, и могу принести сюда и поселить вот в этой грязной луже. — Он указал в сторону квакающих лягушек. — Тут им очень понравиться, не сомневайся, но вот понравиться ли это тебе?

— Ты врешь? — Под капюшоном монстра начал наливаться огненный шар.

— А ты проверь. — Хмыкнул Максим. — И не вздумай трансформироваться в шарик и сбежать. — Угрожающе добавил он. — Пиявки быстро размножаться, и через полгода в твоей локации не будет места, где ты от них спрячешься.

— Конец тебе, сученок. Братан нашел способ тебя прижать. — Надвинулся на Ахтамака Угрюм сжимая кулаки.

— Я так и быть отпускаю вас, и не убью. — Затараторил скороговоркой злобно Мяскяй отступая. — Уходите, и не появляйтесь больше в этой земле.

— Э!.. Нет братан. — Захохотал Игорь. — Так просто ты от нас не отделаешься, слишком многим ты нагадил, и слишком многие хотят надрать тебе за это одно место.

— Что вы хотите? — Прошипел монстр оглядываясь.

— Для начала прочти это. — Максим протянул письмо.

Ахтамак взял в руки свиток и прочитав, надолго замолчал. Он думал, и было видно, что прочитанное ему не нравиться.

— Это похоже на ультиматум. — Наконец заговорил он. — И условия для меня неприятные. Тут говориться, что в случае отказа вы меня убьете, а известно ли вам, что я бессмертен?

— Есть способ. — Злобно улыбнулся Максим. — Пиявки сожрут духов, а духи поддерживают твою жизнь. Ты просто исчезнешь, растворишься в небытие, когда их не станет.

Мяскяй вздрогнул словно его ударили:

— То есть, вы не оставляете мне выбора?

— Поверь, у меня руки чешутся тебя грохнуть. И не только у меня. — Прошипел Угрюм. — Только обстоятельства личного характера не дают мне этого сделать прямо сейчас, не предоставив права выбора. Ты столько народа убил, столько горя принес, что жалости не заслуживаешь. Ответь на вопрос: «Чем тебе мисы помешали? Что такого угрожающего своему существованию ты углядел в Отстойнике, что решил его уничтожить»?

— Никто мне не мешал, и никого я не уничтожал, я правлю в этой локации, и не лезу никуда. — Начала визгливо оправдываться тварь. — Все это вранье. Вы просто ищите повод меня уничтожить.

— Тогда кто? — Игорь шагнул на встречу Ахтамаку и тот снова попятился.

— Откуда мне знать? Я только здесь хозяин. — Он нервно обернулся, подыскивая удобный путь для побега.

— Стоять! Сука! Мы еще не договорили. — Схватил его за капюшон Угрюм, занеся для удара кулак.

— Остынь. — Перехватил руку друга Максим. — Он не врет. Нет его вины в нападении на Отстойник. Ему действительно этого не надо. Он не вылезает из этого болота. Тут кто-то другой старается. Ты сам Убыра вспоминал, может это его рук дело.

— Живи. — Брезгливо отдернул руку Игорь. — Если бы не Еляк… — Он недоговорил, сплюнул и отошел.

— Ну так что ты выбираешь, Ахтамак? — Занял место друга Художник.

— У меня нет выбора, и я соглашаюсь на перерождение. Только тут есть одна проблема. Нужен специальный нож для ритуала, и кровь смертного. Найти нож трудно, и я не знаю где его искать, а кровь должна быть от добровольно отдающей ее жертвы. Насильственная смерть не подойдет. — В голосе Ахтамака зазвучало торжество победителя. Условия перерождения практически невыполнимы, вряд ли найдется дурак, готовый даст себя убить ради меня, а с ножом вообще ничего непонятно, значит все останется по-старому, и угрозы жизни нет.

— Давай, присаживайся-ка, и все подробно рассказывай. — Максим опустился, и сел на прелую листву. Рядом устроились недовольный Угрюм, и мяскяй. — У тебя нет выбора, Ахтамак. Или я тебя убиваю, или ты всеми силами помогаешь мне совершить ритуал перерождения. Говори, что за нож нужен, и обязательно ли убивать жертву для ритуала, или подойдет кровь живого человека?

— Я многого не знаю. Все что известно, почерпнул из древних манускриптов в библиотеке дворца земляники, когда был еще человеком. Там много путанного, в тех письменах. Про кровь говориться только то, что она нужна свежая, не свернувшаяся. Про кинжал сложено четверостишье:

Сверкающим прозрачным жалом,

Вскрыв вену свежей жертвы, вскрой себе.

И две руки соединив кровавыми бинтами

Восстань, стань вновь хозяином своей судьбе.

Это все, что мне известно, но могу сказать одно, что разрезать мою кожу обычной сталью невозможно, какой бы степени закаленности, и остроты она не была. Нет такого металла в земле Уйына. Не создал Полоз еще ничего подобного.

— Раз метала нет, то он нам и не нужен, есть у меня чем тебя прооперировать. — Усмехнулся Максим доставая кинжал. — С тем, с чем не справляется железо, справиться хрусталь. Осталось только решить, чью кровь использовать, мою, или Угрюма.

— Меня режь. — Игорь уверенно протянул руку. — Кровь перемешается, и я стану хоть немного, но ближе к своей Еляк.