Дед Скрипун – Группа Фале (страница 13)

— Это тебе мое «здравствуй». — Усмехнулся гость. — Разговор еще впереди. Я заставлю тебя не только говорить, но и ползать у моих ног в соплях и моче, и просить стать моим рабом.

Фале вновь плюнул тому под ноги и улыбнулся. Тебе не сломить волю гордого Эльфийса. Червяк на ножках. Гронд умеет терпеть боль. Главное не отключиться и не показать слабость, застонав в небытие.

— Упрямый, как весь ваш род. — Покрытая чешуей рожа склонилась к лицу и посмотрела с ухмылкой в глаза. — Ты не сдохнешь. Твои муки будут вечными, и в конечном итоге ты сломаешься…

Как же это приятно, плюнуть врагу в рожу. Ну и что, что тот не обиделся и безучастно вытер унижение трехпалой ладонью. Главное, что Фале это понравилось, и какое ему дело на последовавшую за этим боль, он доволен собой, а мучения можно и потерпеть. Только бы оставаться в сознании. Тело, в отличие от духа, слабо.

— Как там Чирнелло. — Задумчивый Николай Сергеевич сидел, нахмурившись в кресле и задавал этот вопрос уже в третий раз, не слушая ответа.

— Перестань себя терзать, Гронд. Тут никому не нравится это задание. — Гоо отхлебнул из чашки, поставил ее на стол и склонился заговорщически к писателю. — Скажу даже, что все его с удовольствием провалят.

— Ну да, ну, да. — Самому себе ответил собеседник и вдруг встрепенулся осознав, что ему только что сказали. — Ты сдурел, ворона, какое провалят… Это задание высшего, только он в праве решать, кого оправдать, а кого наказать. Мы обязаны выполнить его волю. Еще раз услышу такие слова, отправлю в «Облако ожиданий» распределителем душ.

— Только не это. — Черный джентльмен в наигранном ужасе прикрыл рот и повернулся к угрюмой Вернерре. — Нет поганее места, эти новоявленные покойники, постоянно дергают тебя за рукав, и с ужасом в голосе спрашивают: «Что дальше со мной будет? Я умер? Меня в рай или в ад?», тут свихнешься, расталкивая их в нужные двери, читая перед этим досье.

— Хватит! — Рявкнул раздраженно писатель, обрывая монолог. — Я задал вопрос и жду ответа.

— Я тебе уже два раза отвечал, но ты не слышал. Отвечу в третий. Кот внедрился успешно и втирается в доверие. Велел передать, что в следующий раз отправит нас всех самих жрать кошачий корм и лакать молоко из блюдечка. Ему, благородному Муронянину, это противно и унизительно.

— Он агент Высшего, пора к этому давно привыкнуть. — Не смог сдержать улыбки Николай Сергеевич. — Пусть терпит, его подопечному, по моим подсчетам немного осталось, болезнь прогрессирует, а он не лечится.

— Может и мне поучаствовать? У него ведь жена была моей ровесницей. Я могла бы познакомиться и последить. — Вернерра посмотрела на писателя ожидая реакции.

— Еще чего… Ни лезь куда не просят. — Последнее время писатель был раздражен и несдержан, и потому ответил довольно грубо.

— Я только предложила. — Пожала плечами девушка.

— Извини. — Фале смутился. — Злость рвется наружу. Тяжело сдерживаться.

— Я просто подумала, что смогла бы с ним подружиться, скрасив последние дни. — Прошептала с надеждой Вернерра. — Он несчастен в этой жизни, а что ждет его после смерти, мне даже представить сложно.

— Да что Вы! Сговорились! — Вновь взорвался писатель и вскочил с кресла, заходив нервно по комнате. — Я, по-вашему, бесчувственный чурбан, и ничего не понимаю? Мне тоже жаль этого парня, но у меня приказ. Воля высшего. И с чего вы решили, что он непременно будет наказан?

— Я сейчас не об этом. — Уперлась девушка, отстаивая свое предложение. — Я о поддержке несчастного человека в трудную минуту. Я о сострадании.

— Ладно, уговорила. — Иди знакомься. — Гоо пусть разработает легенду.

— Алло! Это вас беспокоят по поводу электроснабжения. — Приятный мужской баритон прозвучал в телефонной трубке. — Вы будите сегодня дома? Во сколько будет удобно подойти.

— А что у меня с электричеством не так? — Удивился Семен. — Я вовремя плачу, просрочек нет.

— Да не беспокойтесь вы так, просто сверка показаний счетчика с нашими данными. Простая формальность, ну и пломбу посмотреть надо, для отчетности. — Странный звонок, но беспокойства не вызвал. Полиция не стала бы предупреждать о приходе. Степан не хотел бы провести последние дни в кутузке.

— Я дома весь день, только к вечеру отлучусь, часам к восьми. — Кивнул он в трубку.

— Хорошо, принято, ожидайте. — Связь оборвалась.

Черный огромный кот потерся мурлыканьем о ногу. Отрада для души. Прибился неожиданно. Всего несколько дней назад. Степан возвращался домой, а тот сидел на крыльце и словно его ждал. Вошел в двери, как всю жизнь тут прожил — хозяином. Так с тех пор и остался. Видно, что не дворовый. Ухоженный. Чей-то домашний, владельцы наверно места не находят, ноги сбили, а он тут. Степан даже объявления подал о находке, без всякого вознаграждения, но пока глухо.

Пошел на кухню, насыпал корма, погладил черную спину, очередной раз удивился с каким недовольным выражением на морде кот ест корм, и вернулся в комнату к телевизору, который молотил что-то свое, что было абсолютно неинтересно. «Фон». — Говорила она. Вспомнил и боль иглой пробила душу.

В дверь позвонили. На пороге стояла симпатичная девушка в форме энергетика.

— Вас предупреждали о моем приходе. Можно пройти? Где у вас счетчик?

— Он ждет. — Гоо положил трубку на аппарат. — Вначале удивился, но вроде не испугался.

— В его положении пугаться глупо. Он одной ногой в могиле. С онкологией шутки плохи. — Пробурчал писатель. — Не нравится мне ваша затея. Но здравый смысл в ней все же есть.

— Илью позвать? Пусть машину готовит? — Джентльмен поднялся и пошел к двери не дожидаясь ответа.

— А если объект заметит. Где вы видели, что бы контролеры на лимузинах с собственным шофером разъезжали. — Мотнул головой писатель.

— Он ее подальше высадит, и проводит. Парень провожает девушку, что тут необычного, заодно и подстрахует. Это не помешает.

— А… Делайте что хотите. Мне уже становится безразлично. Выгорел. — Махнул рукой Николай Сергеевич. — Только не упустите объект.

Автомобиль оставили на соседней улице. У дверей нужного дома остановилась держащаяся под ручку парочка. Девушка явно нервничала. Ничего удивительного, как бы не относились к нему друзья, как бы не сочувствовали, но он все-таки маньяк.

— Может передумаешь. — Илья заглянул в глаза.

— Нет. — Вернера упрямо мотнула головой. — Там Чирнелло один, да и этот парень… — Она задумалась не зная, как пояснить свои поступки. — Жаль его. Он несчастный, потерял жену и умирает.

— Не забывая при этом отправить на тот свет пятерых. — Нахмурился Илья.

— А ты как бы поступил на его месте?

Он задумался, потом отвернулся от ее требовательного взгляда и нерешительно ответил, пожав плечами.

— Не знаю, наверно так же. — Голос его дрогнул.

— Вот и не осуждай. Легко обвинять, когда сам не в его шкуре. — Она решительно протянула руку к кнопке звонка.

Без выяснений: «Кто пришел?», дверь открылась. На пороге стоял хозяин квартиры. Широкоплечий, высокий, голубоглазый брюнет, мечта девушек, но осунувшийся, с темными кругами под глазами и бледный. Он без всякого интереса выслушал объяснения Вернерры о цели ее появления, и отошел в сторону приглашая проходить в дом.

Степан с интересом смотрел на тянущуюся на цыпочках к счетчику девушку, пытающуюся снять показания. Симпатичная. Фигура как у его Аленки. Очень похожа. Тупая боль воткнулась в душу ноющей занозой. Ему еще рано умирать, остался еще один. Прячется, боится, но все еще жив. Ничего, он уже знает, что надо делать.

— Вы так и будите смотреть как я мучаюсь? Вон ваш кот и тот понимает, что надо помочь. — Нескрываемый сарказм прозвучал в голосе девушки, а то, как она подмигнула коту, выглядело как прямое оскорбление, еще и показалось, что черный приспособленец, (так Степан его называл), ей подмигнул и улыбнулся.

— Не я к вам пришел. Работайте. — Зачем нагрубил, и сам не понял. Даже котяра перестал мурлыкать осуждая. Нет, конечно же черный не понял человеческой речи, он просто испугался громкого и грубого голоса, вот и замолчал. — Простите. Настроение сегодня просто не к черту. Давайте я вам продиктую показания. — Попытался извинится Степан, и у него получилось, девушка отошла в сторону, пропуская его к счетчику и улыбнулась.

— Какой у вас кот замечательный, и необычный, первый раз вижу мейн-куна такой черной расцветки, у него даже глаза темные. Удивительно. Весь как ночь. — Она присела и потрепала черного между ушей, но тот недовольно фыркнул и отошел в сторону.

— Он на вас обиделся? — Удивился Степан. — Неожиданно. Интересно, что ему не понравилось?

— У меня есть один знакомый, знаток кошек, я у него непременно при встрече спрошу. — Рассмеялась девушка и подмигнула коту, а тот словно понял. Фыркнул и отвернулся.

— Ну что же, мне пора. — Смутилась гостья. — Простите, нам не положено так себя вести с клиентами.

— Ну что вы. Мне было приятно. — Степан встал так, чтобы она не смогла пройти к двери. — А тот парень, что остался у дверей. Он ваш друг?

— Жених. — Она выглядела немного испуганно.

— А давайте пригласим его внутрь, и попьем вместе чаю. Я последнее время не избалован гостями. Если это противоречит инструкциям, то даю слово, что никому не скажу.

— Почему бы и нет. — Пожала она плечами, и выглядело это так знакомо, так как пожимала когда-то жена.