Давид Самойлов – Ранний Самойлов: Дневниковые записи и стихи: 1934 – начало 1950-х (страница 72)
Как жила ты, того не ведаю –
Мы родились врагами.
Но была ли ты легкой победою
Над словами, слогами?
Или без отдохновенья
Над черновиками
Мучило тебя вдохновенье
Каменными руками?
Мы к тебе не ходили друзьями
И в друзья не просились.
В какой парижской яме
Бредила ты о России?
Пограничные полосы,
Иноземные грады. –
Мы различные полюсы,
Между нами – разряды.
Ты – царица невольная,
Не вкусившая власти.
Между нами, как молнии,
Накипевшие страсти.
Ты – беглянка болезная,
Заплутавшая в чаще.
Между нами – поэзия,
Этот ливень кипящий.
Марина, Марина,
Много мы ошибались:
Сухие долины
Райским долом казались.
Трудно нам живется,
Трудно плывется
По глухому морю,
По людскому горю.
Но щедрей и угрюмей
Наши вольные страсти –
Ты – как золото в трюме,
Мы – как парус и снасти.
У глубинного кабеля
Ты заляжешь, тоскуя.
Нас же выкинут на берег,
На потребу людскую.
Может, где-то на Каме
Для веселых людей
Поплывем челноками
Под весеннею сетью дождей.
Иль, как символ братанья,
Об осенней поре
Прогорим над Бретанью
В полуночном костре.
Назначенье поэта –
Счастье или ярмо?
Ты, Марина, – комета
В полете ее непрямом.
Ты еще возвратишься
Из далеких гостей,
Когда в мире затихшем
Будут мерять по силе страстей.
Ты еще повторишься –
Не как облако в тихой воде,
А как в песнях парижских
И московских людей
Повторяются вольные,
Не признавшие власти
Накопившейся молнии
Накипевшие страсти.
Тревога
