Даша Сказ – Создадим Новый Мир (страница 61)
– Юстия Флавия Вондер! Дочь кесаря. И сестра Феникса.
Кажется, малышка уже устала повторять одно и то же. Тут, дома, она не нуждается в представлениях, а здесь…
– Очень приятно, – согнулась Айминь, вытянув руки вдоль тела.
То же самое сделали Гадюки. Краем глаза я заметил, как они кивками и жестами общались с Мирой. Та отвечала с широкой улыбкой.
– Прекрасно видеть всех в сборе, – вышел из-за моей спины Джант. – Я директор Черепаховой Академии, Джант. Возможно, вы мало знаете о нашем городе-государстве. И я хотел бы о нём поведать. И заодно отвести вас во дворец и всё показать. Как вам такая идея?
Айминь и Имхотеп переглянулись и кивнули друг другу.
– Пожалуй, это звучит интересно, – вскинув нос, кивнул Имхотеп, на что Айминь вновь посмеялась в ладошку.
– Загадочная Черепаховая Академия… Не терпится узнать, кто же вы такой, господин Джант.
В конце концов Джант хитро усмехнулся мне и увёл наследников внутрь, дав нам время выдохнуть. В основном Юстии. Не нужно было пламенное сердце, чтобы увидеть пот на её лбу и услышать тяжёлое дыхание.
– Ну как? Ты в порядке? – первой спросила Мира.
Юстия смущённо кивнула, отворачиваясь от Миры. Всё-таки её поддержку сестра пока плохо воспринимала, зато не отстранялась – уже хорошо.
Я сел на корточки, посмотрев сестре в глаза.
– Запомнила имена? – Я щипнул её за бок.
– Ай! – тут же пришла в себя она. – Вообще-то это не так просто. Их сто-о-олько!..
Она обвела руками воздух. Мира чуть прикрыла рукой рот, скрывая смешок.
– Но я вижу, что тебе они понравились. Ты так много за сегодня увидела и узнала…
– Ага, – кивнула Юстия и вновь потупила взгляд. – С… Спасибо тебе. Без тебя я бы…
– Не благодари. Я просто не мог оставить тебя одну в этой золотой клетке. – Я взял её маленькую руку. – Ты, наверное, устала. Спать пойдём?
– Нет, как так, у меня же столько обязанн… – Она тут же зевнула с широко открытым ртом, как котёнок.
Я усмехнулся и потрепал её за плечо:
– Давай, топай вперёд, к себе в комнату. Тебе надо подготовиться к завтрашнему празднику.
Юстия закивала и резко… кинулась в объятия. Я прижал к себе её маленькое уставшее тельце и выдохнул. Видеть её счастливой – то, ради чего я всё это и затевал. Мы почти поставили точку в этой истории, но я уже вижу плоды своих трудов.
После Юстия отпрянула и заторопилась ко дворцу, где её ждала мать. Я же поднялся и поймал на себе взгляд Миры.
– Что такое?
– Ты тоже устал, – тихо проговорила она, взяв меня за руку. – И не только сегодня.
– Надо успеть всё сделать. Завтра последний спокойный день. Послезавтра мы пойдём…
Я взглянул на горизонт, за Авем, где наконец развеялась буря. Те земли звали меня, звали пламенное сердце.
– Думаю, наследники тоже очень устали и уже расходятся по своим покоям, – проговорила Мира, шагая ко мне. – Им не нужно твоё сопровождение.
– Но если…
Она приложила палец к моим губам и улыбнулась, чуть склонив голову. Ушки её встрепенулись, и я чувствовал, как краснею от умиления.
– А что, если у тебя уже мало сил? А если на завтра и даже на послезавтра не хватит? Если кое-кто за тебя очень беспокоится и хочет, чтобы ты не мучил себя?
Прильнув ко мне, она обхватила меня руками и уткнулась подбородком мне в грудь. Не выдержав её умоляющего взгляда, я погладил Миру по ушам, и та расплылась в улыбке.
– Ну только потому, что ты просишь.
– Спасибо, Феникс. – Она прижалась к моей груди ушком и прошептала: – Спокойнее, пламенное сердце… Я с тобой.
Она услышала моё тяжёлое сердцебиение. Её не обмануть.
– Спасибо, Мира. – Кажется, я начал чувствовать, как в её руках сердце наконец успокаивало свой ритм. – Я люблю тебя.
– Я тоже тебя очень люблю.
Закат подошёл к концу. В сумерках остались только я и она. Славное, лучшее окончание дня.
Иногда бывает так, что место, годами приносившее разочарование, становится похоже на дом. Ты слишком много лет провёл там, слишком долго наслаждался моментом, слишком долго усматривал восхитительные крохотные детали, слишком долго привыкал к радующим мелочам. И когда по кесарскому дворцу вновь расползался виноградник, а море шумело усыпляющим шуршанием волн, я понимал: что бы со мной ни произошло на последнем испытании, я буду скучать.
Пёстрая толпа народов с высоты лестничного пролёта казалась яркой мозаикой со своим сюжетом – путающим, но манящим загадкой. Вспоминаются былые времена, когда я ещё не был уверен, окажусь ли здесь, на пиру, среди друзей и соратников.
Виктория по обыкновению демонстрировала свои таланты восхищённой публике, пока Генри и Жанна ассистировали ей за спиной. Юстия, их новая сестра, к которой Четвёрка только начала привыкать, заворожённо наблюдала за представлением. Робкий Олав нашёл друга в нежном Лиафвине. Адрастея и Оро продолжали спорить о чём-то за столом, ломящимся от рыбы самых разных мастей. Хотя вряд ли это можно было назвать дискуссией: Адрастея что-то упорно рассказывала Оро, пока тот кивал, вдумчиво жуя щупальце кальмара. Имхотеп и Айминь живо делились всевозможными подробностями своего быта: от сложностей жизни в качестве обожествлённого правителя до странных привычек своего народа. Муракара не стал приводить Птенца на шумное празднество и просто остался в комнате, чтобы уложить его втроём с няньками-Наседками.
Мы же с Мирой и Джантом предпочли остаться в стороне. Джант уже заболтал всех, кого только мог, и, прокручивая что-то в голове, надиктовывал какие-то зашифрованные сообщения в диковинный браслет.
– Какое-то новое изобретение Черепаховой Академии? – пыталась завести разговор Мира, но Джант ответил ей лишь вскинутой бровью.
– Нет конечно! Старое как мир. Мы его используем в качестве навигатора, будильника, визуализатора, передатчика… Потом объясню подробнее. – И продолжил разговор с браслетом на неведомом языке, покручивая детали устройства. В этом плане он не доверял никому и уединился, отказываясь что-либо объяснять.
Мы же с Мирой стояли плечом к плечу. Она оглядывалась, ни к кому не решаясь подойти. А я уговаривал её:
– Думаю, каждый из них будет рад тебя видеть.
– Но тогда я других обижу…
– Вовсе нет. Они понимают, что ты не можешь разорваться.
– А вдруг нет? Ты же не можешь… – Она осеклась, смущённо уставившись в ноги.
– Читать их мысли? – продолжил я. – Эмоции точно могу.
Честно говоря, я привирал: я уже плохо понимал, где моё сочувствие, а где волшебство.
– Ты… Что ты будешь делать, если дар окончательно пропадёт?
Я шумно выдохнул от её вопроса. Но она так взволнованно обернулась ко мне, что я не мог её подвести.
– Я бы даже сказал,
Она скромно улыбнулась, переведя взгляд на мраморный пол. А я отвернулся к сумеркам за окном и задумался…
А я смогу? Смогу привыкнуть? И вообще… Дадут ли мне привыкнуть?
Сжав кулак, который Мира не видела, я постарался не терять лица. Богиня не самое милосердное существо. Она знает цену благословению. Может быть, моя цена больше, чем мы думали? Чем я думал?..
– О, смотри! Гили и Захария… и кто-то ещё? – растерялась Мира, а я подскочил на месте.
– Так, нет-нет-нет… Их нельзя оставлять одних!
Я заскакал вниз по лестнице.
– Что такое? Кто это? – прыгнула Мира следом.
– Доминика! – громко шепнул я. – Девушка, в которую влюблён Захария!
Доминика всегда отличалась высоким ростом и вместе с тем взглядом, который делал её ещё выше. Во многих смыслах. А ещё кудрями цвета золотистого песка, подвязанными в конский хвостик. А ещё глазами цвета грозового неба, порой разрывающимися молниями. Настоящая великанша – я ждал, когда она проломит потолок, но, к сожалению, этого пока не случилось.
Захария на её фоне лепетал и оттого казался ниже – во всех смыслах. Он вечно тошнотворно заискивал, но оттаскивать его в такие моменты он запретил. Видя его таким вновь, нарушить это правило хотелось только сильнее.
А вот Гили – та, кто могла составить Доминике конкуренцию. Она ведь не просто лошадь…