Даша Сказ – Создадим Новый Мир (страница 27)

Его речи звучали загадочно, пространно. Даже пламенное сердце едва проникало сквозь туман мыслей Джанта. Возможно, туман, вызванный самим Джантом.

– Нас всех назначили возродить Зазеркалье, – растерянно вскинула уши Мира. – Мы и впрямь особенные… наверное.

– Судя по выражениям лиц, вы всё-таки чувствуете в моих словах подвох, – слегка наклонился Джант, усмехаясь. – И правильно. Ничто нельзя рассматривать с одной стороны, у всего есть глубина. У каждого знания есть своя иная сторона.

Заинтригованный, я готов был последовать за Джантом куда угодно. В его речах крылись далеко не юность и наивность, а мудрость и опытность великовозрастного волшебника.

– Боюсь, простые рассказы погоды не сделают, – загадочно отметил Джант. – Я покажу вам, что они значат. Заодно и провожу внутрь черепахи.

Он двинулся вперёд, и я, держа Миру за руку, шагнул следом. В отличие от меня, заворожённого пламенным сердцем, она никак не могла оторваться от невероятного создания, горой вставшего перед нами.

И оно становилось всё ближе. Всё ближе её голова, покрытая огромными чешуйками. Всё ближе рот с тонкими рептильими губами. Всё ближе глаза-озёра, глубокие, как само море.

– А у неё есть имя? – негромко спросила Мира.

– Конечно, – охотно кивнул Джант, но добавил: – У каждого своё.

– В смысле? – заинтересованно завиляла хвостиком Мира.

– Ну… Это связано с одним из смыслов Черепаховой Академии, – вновь загадочно поводил руками тот. – На то воля каждого – называть её по-своему. В конце концов, имя не влияет на её суть. У лучшего друга нет имени – только характер.

– Ого, – выдохнула Мира. – А как ты её называешь?

– Если я скажу, то это повлияет на ваше восприятие, – заумно покачал головой Джант. – Но вы любопытные подростки, поэтому как мне отвертеться от ответа? Я зову её Адалинда. Так звали мою мать.

Впервые в зелёном густом тумане промелькнул силуэт. Силуэт такого же ярко-голубого цвета, как волосы Джанта.

– Она тоже здесь? – поинтересовался я. – Или?..

– Она… давно умерла, – замялся Джант. – Конечно же, с начала войны ведь много веков прошло…

– То есть… ты родился до войны?!

– Да. Незадолго до, – пожал плечами Джант. – А разве это важно?

Он и впрямь вовсе не юноша. Такой древний наследник?..

– Не волнуйтесь, бодрость духа я сохранил, – гордо вскинул нос тот, и язычки огненных волос заволновались на ветру.

– Ты ведь столько можешь нам рассказать!.. – вновь опередила мои слова Мира.

– О, я не уверен, что это… моя история, чтобы её рассказывать, – вновь уклонился от ответа Джант. – Но ничего, если вам так интересно, то все ваши ответы здесь, перед вами.

Он обвёл рукой панцирь черепахи. Теперь за большой головой его было едва видно.

Из двух большущих ноздрей на нас повеял ветер. На мгновение он так усилился, что я побоялся не устоять на ногах, но вовремя схватившая меня Мира удержала нас. Джант же как ни в чём не бывало с любопытством наблюдал за нами.

– Какой удивительный дар… Медведи всегда слыли сильнейшим берским племенем, – отметил он, оглядывая Миру.

– Да… Я не всегда была такой, – смущённо прижав уши, ответила она.

– Что ж, я бы с удовольствием послушал об этом, но, – подойдя ближе, коснулся рукой большой чешуйки Джант, – чуть позже. Сейчас я хотел бы вам поведать иное знание… А точнее, не я. А она.

Он кивнул на черепаху, и мы с Мирой удивлённо переглянулись.

– Она… умеет разговаривать? – недоумевала Мира.

– О… Нет-нет! – рассмеялся Джант. – Это всего лишь метафора. Я хотел сказать, что Адалинда может кое-что показать. Возможно, то, чего я не смог бы рассказать иначе.

Мы шагнули вперёд, уставившись в нос черепахе.

– И… что нужно делать? – уточнил я.

– Нужно, чтобы она приняла вас, – похлопал её по чешуйке Джант. – Прикоснитесь к ней. И вы получите благословение. И вместе с ним то самое знание.

Переглянувшись, мы с Мирой кивнули друг другу. Что же за чудо должно произойти, благодаря которому мы всё узнаем?..

Одновременно мы протянули руки. Дрожащими пальцами я коснулся черепахи, на мгновение ощутив твёрдость и шершавость её чешуи.

Но дальше всё изменилось. Устремилось вперёд, вытягивая моё сознание далеко-далеко, разворачивая его и раскручивая, выбрасывая, отпуская и ловя. Глаза черепахи вспыхнули передо мной видением, распахиваясь и вбирая в себя, проводя…

Прямо как тогда. Как тогда феникс пронзил меня.

Я вырвался. Меня потянуло, маня и обнимая. И мои глаза наконец-то открылись свету.

Зазеркалье. Руки Создательницы над эпохами. Народами, землями, городами, правителями. От холодов ледяных гор до жара бесконечной пустыни. От вздымающихся шпилей дворцов до куполов церквей и шаманских хижин.

От непонимания и растерянности до расцвета. Праздники, рынки, торжества. Милостивые государи, тираны, первооткрыватели.

Зависть, злоба, жадность, алчность. Руки хватают мешки с золотом, рассыпая его. Народ, склоняющийся то к одной стороне, то к другой. Победоносные шествия и кровь.

Война. Война за Земли, вскапывающая почву топтанием ног воинов, погибающих миг за мигом. Война за Воды, окропляющая кровавыми пятнами моря и океаны. Война за Небеса, вызвавшая алый дождь.

И разруха. Пустота. Забвение. Долгое, дольше войны. Мне казалось, я потерялся или и вовсе умер, но…

Искра. Черепаха вдохнула в меня надежду.

И я открыл глаза. Она всё ещё передо мной. Величественная и будто нисколько не изменившаяся.

– Что… Что это было? – пролепетала Мира, и я заметил, как та не смела отвести взгляд от глаз черепахи.

– Принятие, – гордо возвестил Джант, улыбаясь. – Она поделилась с вами всем, что имела. Памятью.

– То есть она всё это видела? Страны, времена? – ошеломлённо спрашивал я, пока Джант медленно отвечал.

– Да, Проводник Феникс. Она намного моложе других государств, но она помнит о них всё, что увидела с самого рождения. Она наблюдает за нами и хранит знания лучше любой книги.

– Но как она побывала везде и сразу? – задавалась вопросами Мира. – Она такая огромная, что, кажется, она не смогла бы просто ходить по округе, тем более незаметно.

– Однажды она родилась совсем маленькой, – продолжил Джант, отвечая на её вопрос и одновременно игнорируя его. – Но у неё, как и у вас, был дар. Магия, которая не под силу ни одному существу в Зазеркалье. Магия перемещения в пространстве. Мы называем её телепортацией.

Мы с Мирой переглянулись. Я и впрямь о таком никогда не слышал… Удивительно! Это место удивительно!

– Мой отец нашёл её тогда крохотной, но особенной. Силами моего отца она выросла и окрепла. – Лёгкая печаль коснулась губ Джанта. – И многое время изучала Зазеркалье. Пока не случились войны… И её сила пропала.

Причину этого мы не знаем до сих пор. Но, возможно, нашими общими силами она вновь сможет перемещаться?

Вздох. Видимо, дальше Джант не был готов продолжать.

– Твой отец… так же долго жил, как ты? Как он смог вырастить её? – перешёл к другой теме я.

– Да, он жил, наверное, даже дольше меня. Но… не будем об этом. Сейчас это совсем неважно.

Вновь силуэт в тумане. Но на этот раз я совсем не разглядел его очертаний – лишь то, что это парящий человек в чудной одежде.

Я впервые почувствовал, что… понимаю. Такого не было с другими наследниками. Я их ощущал, я узнавал их изнутри и приходил к пониманию, но здесь… Чувство, будто изначально, совсем не зная Джанта, я уже стоял рядом с ним, готовый узнать, уже понимая.

– А тепе-е-ерь! – оживился вдруг тот, раскидывая руки. – По-настоящему, искренне добро пожаловать в Черепаховую Академию! Самый волшебный и самый свободный город Зазеркалья!

Как по приказу, черепаха принялась открывать рот. Мы с Мирой невольно сцепили руки, инстинктивно ожидая чего-то страшного. У Миры даже шерсть дыбом встала.

Свет. Тот самый, проводивший Джанта. Он ослепил, но после мгновения рассеялся.

– Пойдём. Я вас проведу.

Мы шагнули вслед за Джантом. Сухой язык черепахи проваливался под нашими ногами. Я чувствовал, как кожа Миры покрывалась мурашками.

И наконец мы могли перестать щуриться. Черепаховая Академия предстала перед нами во всей красе.