Даша Семенкова – Девочка с острова драконов (страница 6)

– Твой сад прекрасен, – ответила Аби, теребя край тонкого пестренького саронга, который Наго подарил ей взамен платья, чтобы было не так жарко. – И фрукты все очень вкусные. И за подарки спасибо, мне они, правда, очень-очень нравятся! Но...

– Говори, не бойся, – видя ее растерянность, Наго старался, чтобы голос его звучал мягко. – Что ты хочешь?

– Ты обещал отнести меня к людям, – пряча глаза, сказала Аби еле слышно. – Мне здесь тоже хорошо, но я соскучилась по дому...

– Разве я обещал, что доставлю тебя домой? На Запад? – удивился Наго. – Это немыслимо! Вспомни, сколько дней ты плыла сюда!

– Но... как же так? – губы девочки задрожали. – Куда же ты тогда собирался меня отправить?

Наго понял, что сам не знает, что ей ответить. Он посмотрел на Аби. Еще немного, и она расплачется. Нет уж, сейчас точно не стоит говорить об этом, ведь она покидает остров не сегодня и даже не завтра. К чему лишний раз волновать девчушку?

– Сама подумай, стоит ли рисковать и пускаться в такое длинное путешествие? Кто ждет тебя там, на Западе? Твоя семья вся была на том корабле?

– Нет, – воскликнула Аби, улыбнувшись. – Матушка не поехала с нами. Она обещала прибыть позже, другим кораблем, и разыскать нас.

– Тогда тебе просто нужно подождать. Когда она приедет, будет искать тебя. И однажды мы непременно об этом узнаем, – ответил Наго с облегчением.

Теперь ему не нужно было выпроваживать девочку или выдумывать причину, чтобы оставить ее на острове. Все разрешилось само собой. Увы, Наго не мог знать, что мать Абигаэл не собиралась ни на какой корабль, она говорила это, чтобы не огорчать дочь. Ее ждал трибунал инквизиции по обвинению в ереси, поэтому отец взял крошку Аби, младшую дочь и любимицу семьи, на корабль, отплывающий в далекую экспедицию, в попытке уберечь ее, если мать признают виновной. Не знала этого и Аби — ее не посвящали во взрослые дела.

Потому Наго с легким сердцем решил оставить все как есть и постараться сделать все возможное, чтобы время, пока Аби будет оставаться на его острове, они провели весело и беззаботно. Видя, как девочка загрустила, вспоминая о семье, он сказал:

– Помнишь, ты не верила, что я могу летать без крыльев? – отошел на шаг и принял облик дракона. Аби не удержалась, испуганно отшатнулась. – Подойди. Смелее.

Абигаэл сделала пару робких шажков и остановилась на расстоянии вытянутой руки от дракона. Белая-белая, как свежевыпавший снег в лучах солнца, его шкура походила на змеиную, а когти, казалось, были сделаны из настоящего золота и отполированы до блеска.

– Я покажу тебе остров с высоты птичьего полета. Забирайся мне на спину.

Немного посомневавшись, Аби собралась с духом и забралась верхом на дракона, улегшегося на брюхо, чтобы ей было удобней это сделать. На ощупь его чешуя оказалась сухой, теплой и похожей на кожу самой лучшей выделки, только более нежной, бархатной. Усевшись, Аби не удержалась и провела по его спине ладонью, отчего дракон замер, обернулся и вопросительно на нее посмотрел. Вопреки кажущейся грубости, шкура его оказалась столь же чувствительна, как кожа человека.

Велев держаться крепче, Наго поднялся на ноги, сделал несколько шагов, оттолкнулся — едва заметно, лишь мышцы напряглись под руками Аби, и оторвался от земли. Медленно, чтобы не напугать девочку, он начал набирать высоту, чувствуя, как она сначала вцепилась в пластины его гребня изо всех сил, а потом, когда они поднялись над кронами деревьев, восторженно ахнула и ослабила хватку.

Перед глазами Аби открылся вид захватывающей красоты. Обширный сад был окружен склонами лесистых гор и холмов, поросших густой травой. Впереди длинный спуск полого убегал вдаль, где сливался с широкой полосой песчаного пляжа, а за нею распахивался ослепительный, сверкающий на солнце простор голубого моря. Дракон поднимался все выше, линия берега разворачивалась перед глазами: полукруг бухты с обеих сторон упирался в черные обрывы скал – море придало им неровную, причудливую форму. Выше – и за скалами показались крутые зеленые берега, а за ними – извилистые очертания края острова, яркие светлые пятна песчаных отмелей, рифы, торчащие из воды.

– Так вот как видят мир птицы, – прошептала Аби с восхищением. Наго услышал и остался доволен тем, какое впечатление произвел на нее полет.

– Держись крепче, – сказал он, набирая скорость. Вопреки ожиданиям, девочка не испугалась, не завизжала, как обычно. Наверное, увиденное так ее поразило, что даже страх позабылся.

Когда они приблизились к берегу, Аби заметила странных существ. Отдаленно похожие на ящериц, но очень большие, даже с высоты, они грелись на солнце или не спеша передвигались по песку. Аби не то что не видела – никогда и не слыхивала о подобных тварях.

– Кто это там, внизу?

– Мои младшие братья, – ответил Наго и сделал над ними круг. – Драконы острова. Позже я познакомлю вас поближе, чтобы они тебя признали.

– Они тоже умеют летать? – спросила Аби с некоторой опаской.

– Нет. Они не летают, не говорят, не наделены разумом как я или ты. В сущности, они мало чем отличаются от зверей.

– А сколько здесь настоящих драконов? – сама того не желая, Аби задала вопрос, до сих пор вызывавший у Наго тоску. – Таких как ты?

Наго промолчал, плавно развернулся и полетел прочь от лежбища гигантских ящеров. Некоторые из них подняли головы, провожая его взглядами. Аби вдруг поняла, что, если бы у Наго была семья, вряд ли ей удалось бы прожить здесь столько времени, не познакомившись с ними. «Наверное, он лишился своих родителей, – с грустью подумала она, – так же, как я». От этой мысли слезы потекли так быстро, что она даже не успела их утереть, и несколько слезинок капнули на шкуру дракона. Наго повернул голову и посмотрел на девочку. Аби заметила — хоть его глаза сейчас были гораздо больше, а морда дракона все еще казалась ей свирепой и пугающей, взгляд не отличался от взгляда Наго в обличье человека.

– Я последний, – ответил он. – Здесь наверняка, да и на других островах никто давно уже таких, как я, не встречал. Но, прошу тебя, не вздумай реветь. Только представь, как сильно тебе повезло меня встретить! Должно быть, в прошлых жизнях ты совершила какой-то очень хороший поступок... эй, что ты делаешь?

 Абигаэл прильнула к драконьей спине, обхватила руками, прижалась щекой и расплакалась. Ей было жаль Наго, последнего дракона на всем белом свете. Жаль себя, покинутую на острове, затерянном в океане. Своих родителей. Да и просто настало время, наконец, вдоволь поплакать после всех пережитых волнений, ведь несмотря на смелость, она была всего лишь ребенком.

– Прекрати немедленно! Разве тебе не нравится мой остров? Посмотри, сейчас мы полетим к вулкану. А потом я хотел показать тебе пляжи с розовыми песками. Но к чему все это, если ты все одно ни на что не смотришь, только ревешь?

Но, конечно же, своими речами он не в силах был ее утешить. Слезы лились нескончаемым потоком, и Аби ничто больше не радовало и не развлекало. Уткнувшись носом в спину Наго, она рыдала и никак не могла остановиться. Наго вздохнул. Слезы девочки тронули его до глубины души, но слова Онтонга не шли из головы, грызли червем сомнения. «Человеческие отродья лишь притворяются милыми и невинными, – говорил Онтонг, скаля в улыбке клыки, – чтобы выжить в жестоком мире. А на самом деле они коварны и хитры».

Чувствуя, как маленькие теплые руки обнимают его, а тело доверчиво прижавшейся девочки сотрясается от рыданий – слез, вызванных сожалением и о его судьбе, Наго решительно отогнал видение. «Она слишком мала, чтобы быть коварной, – мысленно ответил он воображаемому собеседнику. – Дети как податливая глина, прежде чем она затвердеет в камень под палящим солнцем, от чего будет зависеть форма, которую она примет? Не от того ли, что приложит большую силу?»  Наго думал о том, как изменится Абигаэл, оставшись с ним на острове навсегда, какой она может стать, когда повзрослеет. Он больше не видел в ней чужака, напротив – чем больше дней они проводили вместе, тем ближе она казалась ему.

Не имея понятия, как обращаться с детьми, Наго, сам того не зная, сделал лучшее, что мог: он просто позволил Абигаэл выплакаться, не жалея ее и не упрекая. Медленно и плавно он летел, пока ее рыдания не превратились в редкие всхлипы, а потом и вовсе не утихли. Уставшая от плача, овеваемая прохладным встречным ветерком, убаюканная мерным покачиванием полета, Аби уснула. Почувствовав, как обмякло ее тело, Наго обернулся.

– Вот как, – озадаченно пробормотал он. – Что же.

Осторожно, чтобы ее не потревожить, он развернулся и направился обратно. Бесшумно приземлился в саду, позволив Аби соскользнуть в мягкую траву. Она пробормотала что-то, но не проснулась. Тогда Наго превратился в человека — за последние дни ему приходилось делать это чаще, чем за предыдущую сотню лет, взял Аби на руки и уложил в хижине.

После этого случая Абигаэл успокоилась. Она понемногу осваивалась на острове, привыкая жить как дикарка, в лачуге из банановых листьев в саду, где никогда не бывает холодов, даже дожди, хоть и лили стеной, были теплыми. Наго она совсем перестала бояться, ведь кроме него у нее никого больше не осталось.

Наго же перестал сомневаться по ее поводу. Он позволил себе подружиться с забавным человеческим детенышем и с удовольствием возился с ней, знакомил с окружающим миром. Оказалось, это вовсе не так уж плохо, когда нарушают твое одиночество. Вскоре Наго стало казаться, что Аби – такая же часть его мира, как море, дождь или драконы, будто она была всегда, и здесь ей самое место.