Даша Пар – Равновесие крови (страница 69)
Однако стоило доиграть этот фарс до конца. Поэтому Никлос спокойно прошелся по сцене и сел в выставленное специально для него кресло, напротив самых ярких представителей старой аристократии.
А ведь здесь были все. Абсолютно все главы семей старой знати, даже несколько женщин-вдов присутствовало. Они сидели, хотя должны были стоять, пока не сядет король. И в их глазах горело презрение. Волки, почуявшие слабость вожака.
Впереди всех находился Брошин, а рядом с ним Вран. Чуть поодаль Викр и Сторен, и даже Астерия нарисовалась, с гадкой ухмылкой на губах. И множество других драконов, еще утром низко кланяющихся королю, а на прошлом военном Совете горячо поддерживающих все решения Никлоса. Сейчас они бросали вызов самой тьме и не понимали этого.
В зале царила звонкая, как лезвия отравленных ножей, тишина. Они ждали его первых слов.
– Так по какому поводу вы посмели оторвать меня от дел? – невозмутимо, но в то же время зло спросил он.
Король был один. Совсем один против слаженной группы своих подданных. Он отпустил Богарта, чтобы не вмешивать его в дела короны, велел Селесте ждать, не пустил в зал тех немногих, кто готов был встать на его защиту. Он пришел, чтобы напомнить присутствующим, против кого они выступают.
Нориус проходил одежды насквозь, выбирался из-под черной рубашки, просачивался сквозь плотную ткань пиджака, клубился в штанинах брюк, словно пряча под собой костер. Тьма кольцами расходилась вокруг Никлоса, но сдержанно, выжидательно, желая подавить волю восставших против короля.
– Ваше Величество, вам известно, что прошлой ночью была похищена ваша подопечная кэрра Селеста Каргат? – с холодным вызовом заговорил Брошин Адегельский, встав с места и пройдя вперед. Рядом с ним не было внуков, но присутствовал младший сын Акрош, который сидел на месте Виклоша и явно чувствовал себя не в своей тарелке.
По рядам пробежал негромкий недовольный ропот, и Ник понял странную вещь – они не выказывали привычного страха перед нориусом. Даже когда тьма приблизилась к первым рядам, они не дрожали как осиновые деревца, только внимательно следили за черными дымчатыми щупальцами.
– Разумеется, я в курсе, – кивнул Никлос. – Мне передал эту информацию ваш внук, кэрр Тьен Адегельский не далее как сегодня утром. Он говорил, что это сделали подводники и что им помог Вран Грацбурский.
– Вздор! – взъелся, но как-то наигранно, Вран. Его жена сохраняла абсолютную невозмутимость, только легкая невинная усмешка промелькнула на ее устах.
– Мы можем узнать у Тьена, когда он вернется. Сейчас он занимается важными государственными делами, – закивал Брошин, с чувством превосходства глядя на короля. – Однако суть в том, что мы обеспокоены случившимся. Мы потеряли белокрылую драконицу! Целительницу, деву, которая даже внешне похожа на святую Клэрию. Символ благополучия. И нашей силы, – резонно закончил он. – А ведь говорили, что нужно защитить девушку от подводников. Сначала они пытались убить ее, но ошиблись. Потом пытались соблазнить дарами моря. А потом похитить. Я лично предлагал вам наказать русалок за их дерзости, но вы ничего не делали! – зал разразился громким недовольным гудением, даже топотом, и Ник цепким взглядом прошелся по лицам подданных. Они не отводили глаз. Это был настоящий вызов. И уверенность Никлоса дрогнула.
– И теперь ее нет! Да, мы знаем, Селеста потеряла много сил после исцеления кэрры Мирты, но она восстановится. А подводники сумеют заставить ее выступить против нас. С ее поддержкой к ним на помощь придут и другие государства! – скорбно вещал Брошин, обращаясь к аудитории, а после лично к королю: – А вы их не остановили! Не предотвратили случившееся! Война уже началась, но вы ничего не делаете. Не используете свои силы, чтобы подавить зарвавшихся рыб. Ваше Величество, да вы как будто не воспринимаете всерьез угрозу, нависшую над нашим королевством! – воскликнул глава Серебряного дома, и его сторонники одобрительно закивали, чуть ли не хлопая в поддержку своего предводителя.
Следом вышел Вран, и его лицо, полное трагедии и сочувствия, исказилось в притворном участии:
– Мы понимаем, вы так рано потеряли семью, а ведь ваши отец и дед завещали выстроить дорогу мира к подводным обитателям. И сейчас вы пытаетесь найти баланс и выполнить волю предков. К несчастью, но этот путь обречен, ведь они не желают добра. Они с самого начала обвиняли нас в покушениях на своих существ и нарушении природного баланса. Потом дерзкие выпады в сторону прелестной Селесты, а потом нападение на наши корабли. Они призвали жуткий шторм и уничтожили Нимфеум – единственный символ дружбы между нашими королевствами! – как заправский оратор, Вран склонил голову набок, ловко манипулируя вниманием публики. Он прошелся из стороны в сторону, словно раздумывая над собственными словами, хотя Никлосу ясно – эта речь была отрепетирована. И не единожды.
– Боюсь, ваша добросердечность завела королевство в тупик. Если мы не будем сильными перед нашими соседями, никто не будет уважать Каргатских королей. И если вы не хотите проявлять истинную силу нориуса, я вижу только один выход, – будто с тяжестью в голосе резюмировал Вран, трагично глядя на короля. Позади Брошин негромко добавил: «Да-да, это единственный выход», будто и ему в голову пришла похожая мысль.
– Я вас внимательно слушаю, – Ник сохранял спокойствие и невозмутимость. Легкая улыбка скользила по его губам, расцветая при особо ярких эпитетах двух главных заговорщиков. Подумать только – они объединились! А ведь оба – сильные лидеры, не терпящие компромиссов. Интересно, что их свело вместе?
Пропуская между пальцев нориус, Никлос отвел небольшую нить за спину, чтобы она незаметно для окружающих покинула зал и спустилась в потайную комнату, где ожидала своего выхода Селеста.
– Наше королевство базируется на силе нориуса. Разумеется, мы ни в коей мере не собираемся бросать вызов вашему могуществу. Но считаем, что необходимо создать баланс между силой и ответственностью, – расплывчато заговорил Вран. Его голос предательски дрогнул, обнажая нарастающее волнение канцлера. На лбу выступили первые капельки пота, и он протер его платком.
– В чем это выражается?
Дальше продолжил Брошин:
– Мы считаем, что назрело создание правительственного Совета из старейших представителей аристократии. Парламентская монархия, – в голосе старика прозвучал опасный металл, в отличие от Врана, он не сомневался. Как и большинство аристократов, которые чуть ли не подпрыгнули от радости при мысли о такой форме власти.
– Лихо вы тут решили изменить политический строй королевства! – Ник даже крякнул от удивления, хотя он предполагал, что они совсем зарвутся и предложат ему полностью отказаться от трона.
– Вы поймите, мы думаем только о благе королевства! Такая форма власти открывает большие перспективы перед нами. Более того, она перекликается с предлагаемой реформой короля Вернона, – мягко проговорил Вран, который изначально опасался, что Ник не станет слушать, а просто махнет рукой, и нориус их всех уничтожит.
– Это все? – Ник оглядел присутствующих. В ответ ему высказали еще ряд условий: отмена ряда необдуманных законов, снижение налогов со старой аристократии, выдача премиальных для присутствующих, как передовиков в войне с подводниками. Был еще ряд желаний попроще, но король уже не вслушивался. Он передал Селесте наказ идти за нориусом.
Представление продолжается.
Если бы не Маркл, я в жизни не смогла бы собраться так быстро и выглядеть настолько хорошо. Уже привыкнув к черному и золотому, я с удовольствием касалась ажурной плотной вышивки на облегающей верхней части платья, которая формой напоминала военный сюртук с плечиками и фальшивыми двубортными пуговицами.
Черные свободные штанишки под низом дополняли вызывающе деловой стиль. Весь костюм украшен золотыми элементами, цепочками, брошками и кольцами. Все вместе совсем не характерно для женщины. Странное нарушение этикета – вызов обществу.
Такой наряд не сшить за несколько часов, его разрабатывали неделями, а значит, Ник изначально планировал довести меня до такого уровня власти и ответственности. Чтобы никто не видел просто девушку и подопечную короны. Нет, я выгляжу как представитель силы. Причем в костюме нет ни единого элемента света, только знаки отличия Каргатов. Тем самым Никлос показывал, что в первую очередь я принадлежу к его семье. И ариус – не свободная сила, а продолжение нориуса. Умно.
– Великолепно! – благоговейно шепчет Маркл, заканчивая с макияжем и отходя в сторону, чтобы полюбоваться на дело рук своих. Я благодарю его, а он заискивающе спрашивает: «Позволите?», и, дождавшись моего согласия, берет меня за руку и прикладывает пальцы к своему лбу, что-то бормоча под нос.
– Вы же понимаете, что я не святая Клэрия? – осторожно уточняю я, когда он с какой-то просветленной миной отходит в сторону. В ответ Маркл лишь улыбается и удаляется с поклоном.
Я не успела понервничать, хотя чувствовала себя странно с тех пор, как ушел Артан. Маршал обещал быстро обернуться, но, видимо, дел оказалось больше, чем он думал. В комнату через щель под дверью медленно вполз нориус. Он закружился вокруг ног, сжался на моем запястье, словно браслет, и потянул за собой.