Даша Громова – Вопреки (страница 15)
Время в полете шло очень медленно, и когда я вновь посмотрел на часы, то оказалось, что прошло менее получаса с моего последнего взгляда на них. Я решил проветриться и побродив меж пустых кресел, сел в свободное, достав телефон в попытке отвлечься от полета, потому что внутри меня все ещё пульсировал сигнальный маяк, готовый в любой момент запустить свою сирену. Поэтому я решил открыть Дашино сообщение. Не знаю, что нового я хотел там увидеть, но мне казалось, что если я перечитаю, то будет хотя бы иллюзия того, что она рядом, на соседнем сидении, печатает все это, иногда хмуря брови или поджимая губы в поиске точной метафоры для моего маргинального положения в ее глазах. Все бы отдал, чтобы сейчас увидеть это зрелище! Но телефон явно не разделял моего желания и предательски не загорался, сколько бы я ни нажимал на кнопку включения и сколько бы раз ни подносил палец к сенсору. Я достал зарядку из рюкзака, но и это не дало своих плодов, оставив меня один на один с черным экраном безразличия.
– Макс! – Вздохнул я, повернувшись в его сторону, но Макс спал как убитый. – Ма-а-акс! – Я потормошил его, зашипев более настойчиво. Макс еле-еле разлепил глаза и посмотрел на меня. – У меня телефон не работает! – Макс посмотрел на часы, потом на меня, потом вновь на часы, поправляя их на руке.
– Половина пятого утра, какой телефон? Почему ты не спишь?
– Не хочу! Он даже от зарядки не включается…
– Может, он перезагружается, – сонно поморщился Макс, потирая нос.
– Я понял! Вы с папой решили и телефон мне поменять, чтобы точно меня назад не возвращать?! – Воскликнул я и заулыбался. – Серьезно? Вы даже не смогли это обсудить со мной? Я что вам, игрушка какая-то?
– Послушай, я не хочу тебе рассказывать о том, что это вынужденные меры и что никто не хотел быть жестоким, и я не хочу с тобой ссориться из-за какой-то ерунды.
– Ерунды? – Изумился я, вскинув брови.
– Куда ты пошел? Лёша! Я с тобой не договорил! – Крикнул Макс, перейдя в середине на недовольный шепот. Я махнул рукой и сел в кресло через три ряда от него.
– Не хочу сидеть с предателем! – Метнул я в надежде, что он расслышит все ноты презрения в моем голосе. Тоже мне, конспираторы нашлись! Но блаженная тишина длилась недолго, потому как передо мной тут же оказался Макс, протягивая нераспечатанную коробку. – Что это?
– Твой новый телефон.
– Он мне не нужен, я стану отшельником и буду жить в лесу! И вообще, отстань от меня!
– Удивляюсь, как тебя твой папа терпит! – Бросил Макс, положив белую коробку на соседнее кресло. Как только он скрылся из поля моего зрения, я тут же взял ее в руки, стараясь неслышно снимать пленку. Не должен же Макс услышать, что я так быстро сдался!
Когда самолет начал снижаться, я застал себя на тех же креслах, но укрытым пледом и с подушкой под головой. Я даже не заметил, что проспал почти семь часов, но ноющая шея и затекшая спина смогли убедить меня в обратном. Мы приземлились в рассветную дымку тихого аэропорта, казавшегося рисунком с открытки из-за своего спокойствия. Жизнь здесь ещё не проснулась…
– Ну что, готов, Чарли? – Спросил Макс, подавая мне рюкзак и пропуская вперед себя на выход. О боже, я же теперь Чарли… совсем забыл!
Добро пожаловать в игру
Я находился в ужасной тишине, которая резала слух, что я даже мог услышать, как бьется мое сердце и пульсируют вены в висках. Просто закройте глаза и представьте, как вы лежите в помещении, в котором не происходит ничего, настолько абсолютно ничего, что вы даже способны услышать ваши мысли, – но вокруг не раздается и шороха – жизнь находится только внутри вас, но не факт, что вы живете в этот момент. Я открыл глаза в надежде увидеть хоть что-то, что могло объяснить эту тишину, но не увидел ровным счетом ничего, кроме белых стен и постоянно трещащей лампочки, давящей на глаза своей тошнотворной желтизной.
Помещение с каждым мгновением все более походило на больничную палату, но только довольно странную больничную палату. Здесь не было окон и была лишь одна койка – моя, а ещё дверь была наполовину прозрачной, что совершенно не упрощало моего понимания действительности. Конечно, меня это настораживало, но больше меня стало тревожить то, что я не мог повернуться или нормально лечь – что-то настолько сковывало мои движения, что я даже не мог посмотреть вниз себя. Потому что как только я начинал двигаться, у меня начинало тянуть поясницу и кисти рук. Боже, что за пыточная?..
За дверью раздались чьи-то шаги, и я был рад, что я здесь не один. Надеюсь, это Макс, который объяснит мне, что, чёрт возьми, происходит. Но когда дверь распахнулась, за ней никого не оказалось, кроме мрачной пустоты, из которой начинало вылезать нечто странное, похожее на силуэт, постоянно расплывавшийся в моих глазах, что я не мог даже сфокусироваться на его очертании, потому что он, как пластилиновый шарик, принимал новые формы, как только начинал двигаться ко мне. Надеюсь, он хотя бы дружелюбный!
– Почему я здесь? Что происходит? Почему я весь… – Стоп! Подождите! А почему у меня на запястьях, чуть выше бедер и на щиколотках были застегнуты фиксаторы? Что за?.. Это мне уже перестает нравиться! Плохие шутки! – Что это? – Воскликнул я, смотря на силуэт с таким выражением лица, словно оно могло выразить все мирское непонимание.
…Яркая вспышка ослепила глаза.
Когда я вновь начал различать силуэты, то нашел себя на железнодорожной станции, стоящим меж путей. Я пошевелил пальцами рук, удостоверившись, что фиксаторы пропали, и попытался найти лестницу на перрон. Но как только я сделал шаг, тут же услышал гудок машиниста, бьющий своим скрипом по ушам. Но не стоять же тут и ждать, пока меня собьет поезд? Несмотря на рьяное сопротивление машиниста моим движениям, я двинулся вперед под ярко-красный свет семафора и неразборчивую речь диктора из динамиков. Вообще, к поезду меня тянуло как магнитом, и только сейчас я, кажется, начал осознавать, что иду ему навстречу, но времени, чтобы выбраться, уже не оставалось – локомотив был прямо передо мной. Я зажмурился, выставив руки вперед, и приготовился к удару.
…Снова эта ужасная вспышка. Как же она достала!
Я падал вниз… Чёрт возьми, я правда лечу куда-то вниз! Кто-то толкнул меня со всей дури в грудь, и я падаю с большой высоты, потому что едва разбираю пролетающее мимо себя. Нет уж, лучше верните меня к поезду, там все хотя бы произойдет молниеносно… Где-то вдалеке я видел силуэт мужчины, выбежавшего на балкон, но он не предпринимал ни единой попытки, чтобы замедлить этот кошмар.
Это было странно, но я совершенно не почувствовал столкновения с землей, лишь только колючий снег, который тут же забрался мне под воротник и толстовку, обжигая тело. Больно не было. Совершенно! Только страшно. Очень страшно и одиноко. Я лежал на земле, а губы почему-то сами произносили это:
– Чш-чш-чш, ты должен отдохнуть… – Чья-то женская рука погладила меня по щеке, прервав мое декларирование, и закрыла ладонью глаза. – Поспи! – Да вы что, сговорились все?!
– Я не хочу спать, я хочу проснуться! – Я отдернул ее руки от своего лица, сгорая от злости. – Я хочу проснуться! Я ХОЧУ ПРОСНУТЬСЯ! – Заорал я настолько громко, насколько это было возможно.
– Всё нормально? – Я открыл глаза и увидел перепуганного Макса. Я осмотрелся по сторонам: мы были все ещё в такси. Пощупав свою руку, я понял, что это сон, и кивнул Максу в ответ. Надеюсь, это был не вещий сон… а то иначе я предпочел бы сойти с ума уже сейчас, чем переехать!
Вам, наверное, интересно, как выглядит Рэй? О, если бы я был в хорошем расположении духа, то описал бы его как славный городок, но сейчас он мне казался одиночной камерой, в которой меня оставили навсегда.
Такси неспешно подъехало к многоэтажке, на парковке которой стоял мой черный спорткар. Хоть что-то приятное за утро… Хотя, куда я поеду? Я вообще не знаю города, кроме как где ближайшее кафе и универ – такой себе набор путешественника. Мы вышли из такси, выгрузив два моих чемодана и сумку Макса, направившись по дорожке ко входу.
Парадная дома была не такой узкой и крохотной, как в Энске: у лифта стояли два нефролепсиса, а у журнальной полки было развесистое алоэ. У стойки возле окна стояло несколько высоких барных стульев, а за ними небольшой лобби-бар. За лифтом – выход во двор, где был просторный бассейн, окруженный высокими пальмами, прорастающими через мраморную бежевую плитку, лежаки и открытый коворкинг с цветными лавочками, на которых сидело несколько человек со стаканчиками кофе и ноутбуками. И если не знать, что это жилой комплекс, то казалось, что ты попал в уютный современный отель, совмещенный с рабочим зданием: атмосфера двора была свободно-деловой. Интересно, какой вид будет с двенадцатого этажа? Я уже совсем забыл с моего последнего визита, что тут есть… Но прежде чем всё вспомнить мне очень хотелось всё произошедшее за последние сутки забыть во сне, который мёртвым грузом опускался на мои веки последние несколько часов.
Когда я открыл глаза за дверью комнаты было тихо, а судя по часам, стоявшим на моем рабочем столе, дело близилось к ночи. Я сонно потянулся и, сев на кровати, посмотрел в окно. Город жил своей вечерней жизнью: горели вывески кафе, сверкали витрины магазинов, слышался уличный гам, где-то играли на гитаре, распевая местные песни, по дороге проносилось бессчетное количество машин, спешащих куда-то в центр, – в общем, все было как и дома, только вот совсем не по-домашнему.