Дарья Зарубина – Русская фантастика – 2018. Том 1 (страница 99)
– Добро пожаловать на борт «Желтой каракатицы», бригадир-инженер.
– Так вы, – недоверчиво уточнил Хефти, – беретесь за контракт?!
– А почему бы нет. Простая работа, хорошие деньги – что еще надо парню вроде меня, с дюжиной корсарских патентов.
– Да расслабься ты, – в третий за последние четверть часа раз посоветовал Хефти боцман Фрар. – Бери пример с ребят. Им даже окунуться можно, главное, – гном лениво ткнул рукой в сторону треугольных плавников, то и дело возникающих в кильватере, – следить, чтобы эти крысы помойные не спутали тебя с требухой, которую им кок вываливает. А то ведь чик – и все хозяйство, как у девки, гы-ы.
– Спасибо, но, – вздохнул Хефти, – я воздержусь.
– Как знаешь. – Фрар поправил соломенную шляпу и откинулся на спину, заставив раскладной бамбуковый стульчик жалобно скрипнуть. Кроме шляпы и бороды, на боцмане имелись только коротенькие кальсоны – как подозревал Дормаер, надетые специально для гостя, потому что большая часть команды, расположившаяся на циновках позади рубки, вообще не утруждала себя заботой о приличиях. Словно в баню попал… впрочем, подумал Хефти, рассеянно глядя, как волны с тихим шипением облизывают нагретый солнцем форштевень, разница небольшая. В сюртуке он бы уже давно запекся, как бабушкин яблочный пирог. К счастью, у боцмана нашлась «лишняя» роба.
– Небось, про здешние места всяких ужасов понарассказывали, – донесся из-под шляпы голос боцмана. – Только вот чего я тебе скажу: все эти писаки, что людские, что даже наши, здешней воды на вкус не пробовали. А наш, – понизив тон, боцман оглянулся на мостик, – Дед, скажу тебе, по эту сторону Зубастого Рифа самый лучший. Он знает, когда можно дать парням лишний денек погреть кости. Пусть… настоящее веселье будет дальше… только штаны успевай менять.
– Я думал, – прикрывшись ладонью от солнца, Хефти попытался разглядеть острова справа по курсу – три темные полоски на краю между морем и небом, колышущиеся в мареве, – что и море Цветов считается опасной зоной.
– Ну как бы да, – отозвался Фрар. – Считается… особенно ежли смотреть из метрополии да в телескоп. А ближе к телу, хех… сюда в набеги ходил чаще других Греон Кровавый Рог, а с ним сейчас перемирие…
– Перемирие, – медленно повторил Хефти. Понятное вроде бы слово выглядело… невозможным. Он попытался представить, как громадная туша зеленокожего – в жутком клепаном шлеме, с повешенным к поясу связками черепов – вваливается в Зал Договоров, швыряет палицу на стол и рычит в лица людских и гномьих дипломатов: «Моя хотеть мира! Много мира!»
– С орочьим вожаком? Как такое возможно?!
– Орк, сумевший взять под лапу пять островов, уже не простой вожак, он вождь вождей. А еще, – боцман потеребил косичку бороды, – ему есть что терять. Вот и получается, что никакого перемирия нет… но Греон больше не посылает свои джаггернауты в рейды, зато его патрули время от времени ловят «заблудившийся» транспорт со старыми ружьями… как-то так, да. А еще…
– «Пузырь» на десять часов! – вопль сигнальщика хлестнул по палубе, словно плеть. И почти сразу коротко взвыл ревун – раз, другой, третий… уже на полпути к рубке Хефти вспомнил, что этот сигнал означал «срочное погружение!». Палуба накренилась, накативший с носа пенный вал подхватил брошенные матросами циновки – но Дормаер уже карабкался по лестнице вверх… два шага до люка и прыжок вниз. Почти сразу кто-то дернул его за рукав, оттаскивая в сторону, и вовремя – следом шумно ссыпался боцман, зажимая локтем стул, за ним спрыгнули вахтенные. Последним, нарочито неторопливо, как показалось Хефти, начал спускаться капитан Сид. Он еще держался за перекладины, когда в отсеке разом потемнело – глухо лязгнул металл, щелкнули запоры и обиженно зашуршал-забурлил упустивший добычу океан.
– Сколько?
– Тридцать семь, капитан. – Штурман захлопнул крышку часов. – Не так уж плохо для «стада ленивых свиней», а?
– Да, пожалуй, – отозвался капитан. – Отбой тревоге. Всплываем.
Хефти не поверил своим ушам. А затем и глазам – когда следом за офицерами поднялся на мостик и заглянул в монокуляр. «Пузырь», с которого началась тревога, вовсе не был надуманным предлогом, темная клякса болталась в небе уже милях в пяти от «Желтой каракатицы». И в подгорную оптику было превосходно видно: математически выверенно-строгие овальные формы гномских небесных кораблей создателям «пузыря» виделись разве что в кошмарных снах.
– Это же…
– Гоблины, – спокойно подтвердил стоящий рядом капитан, – наместник подрядил их еще в прошлом квартале. Клан Двурогой вершины или как-то так…
– Но…
Ван Треемен промедлил с ответом – все-таки зрелище донельзя растерянного гостя с далекого материка стоило того, чтобы насладится им сполна. Слишком уж редко выпадал случай ткнуть кого-нибудь из них в «
– Простая арифметика, бригадир-инженер. Час полета воздушного крейсера класса «Гортек Троллебой» обходится в четыре с половиной золотых империала. Прибавь сюда двойное жалованье команде за участие в боевых операциях, повышенный расход солнечного газа в жарком климате, износ двигателей на грязном топливе. Гоблы берут двадцать серебряных марок за день и тут же тратят их в лавке колониальных товаров… ну и на спирт, разумеется.
– В университете нам читали курс военной экономики, – Хефти провел рукой по лбу, стирая липкий, горячий пот, – но все же… признаюсь, капитан, я не был готов… из-за океана ваша война выглядит иначе.
– За океаном, – капитан с досадой мотнул головой, – застряли в прошлой Эпохе, когда войной норовили обозвать любую драку за пару деревушек и стадо тощих коз. А сшибку хирда из сотни бородачей с рыцарской хоругвью на поле, где от края до края доплюнуть можно – величайшей битвой всех времен.
Он вдруг показался Дормаеру старым, нет, ужасно древним – реликтом былых времен, помнящим Эпохи, о которых давно забыли даже самые длиннобородые из подгорных мудрецов.
Должно быть, что-то в его взгляде отразилось – ужас? жалость? безмерное удивление? – потому что ван Треемен кивнул, словно в ответ на безмолвный вопрос.
– Еще немного, бригадир-инженер, и мы выйдем к Зубастому рифу. Наслаждайтесь пока… – капитан глубоко вздохнул, – дышите полной грудью. Когда мы пойдем вниз, жизнь закончится, начнется танец со смертью.
Холодно.
Гномам к холоду не привыкать – любой из них будет махать в забое кайлом, когда человек давно бы превратился в стылую ледышку. Там, под горами, холод всегда рядом, чуть зазеваешься – а он тут как тут. Лезет костлявыми пальцами под одежду, тычет иглы в суставы, скручивает в судороге мышцы.
Хефти Дормаер наивно считал, что уже чего-чего, а холода ему боятся нечего. И не боялся – пока «Желтая каракатица», жадно глотнув балласта, падала вниз, вниз, вниз, под термоклин, в черную бездну. Чего пугаться, ему хватало и без того – корабль скрипел и трещал, казалось, еще немного – и океан раздраженно скомкает жалкую игрушку возомнивших о себе коротышек, словно ребенок – фантик от горькой конфеты. Казалось, прошла вечность, прежде чем падение замедлилось и прекратилось. И еще одна вечность – прежде чем «Каракатица», чуть качнувшись, медленно двинулась вперед.
А потом Хефти почувствовал холод.
Умом он понимал, что впечатление обманчиво – в конце концов, их окружала вода, а не лед. И глубина не могла быть настолько велика, чтобы давление сдвинуло точку замерзания больше чем на пару градусов. Проблема была в перепаде. Там, на поверхности, их жгло тропическое солнце, а здесь…
За спиной бригадир-инженера протяжно лязгнул металл. Обернувшись, Хефти увидел, как сквозь люк протискивается пещерный монстр. Облезлый мех топорщился на плечах в бледно-мертвенном зеленоватом свете люминесцентных светильников, тускло отблескивали длинные когти, но хуже всего были глаза твари – два белесых круглых пятна на морде, слепо уставившихся на гнома. Все как и в тот раз, много лет назад, в старом заброшенном штреке, – только рука, привычно метнувшаяся к поясу, вместо рукояти короткого «забойного» меча схватила воздух.
– Троллем деланные очки!
Хефти даже не сразу осознал связь между произнесенными словами на странно искаженном кхазалиде и вырывающимися из пасти твари облачками пара. Он по-прежнему пытался нащупать меч, когда монстр… вырвал у себя глаза.
– Чем только не смазывал… а как нырнем, запотевают враз…
– Подшкипер?! – От испуга он даже не сразу вспомнил имя соседа по ракетным стеллажам. – Бембур?!
– Да уж не гранд-адмирал Балин, – хохотнул гном. – Эй, а ты чего не оделся-то? Тута застудиться на раз-два.