Дарья Зарубина – Русская фантастика – 2018. Том 1 (страница 130)

Не только масштабность действия, но и тот факт, что оно отнесено в далекое будущее, выгодно отличают роман Зонис не только от творчества ее коллег по «цветной волне», но и от творений большинства отечественных авторов, для которых будущее, за исключением разве что постапокалиптических развалин, является заповедной территорией.

Книги Юлии Зонис ближе к фантастике англо-американской. И в выборе тем и локаций, и в стандартах развлекательности, предполагающих динамичные сюжеты, сериальность повествования и клиффхангеры для читателя. Вот и «Инквизитор и нимфа» обрывается на самом интересном месте, едва ли не на полусло…

Сетевое прошлое «цветной волны» предопределило ее творческую траекторию, проявившись одновременно и в легкости пересечения границ и нарушения иерархий, и в готовности следовать заданным темам и установкам. Именно эти родовые черты и привели авторов «цветной волны» в «Этногенез» – так называемый «межавторский проект», создаваемый под присмотром литературных продюсеров с непременным согласованием синопсисов и утверждением текстов.

Конечно, участие в таком проекте, помимо очевидных выгод, вело и к расширению читательской аудитории. Вот только аудитория эта преимущественно осталась аудиторией «Этногенеза», не проявив особого интереса к самостоятельному творчеству писателей из «цветной волны». В том числе и потому, что маркетинговой волей продюсера имена авторов даже не указывались на обложках «проектных» книг.

На мой взгляд, участие в проекте сыграло с писателями недобрую шутку, надолго отложив появление оригинальных (а не вторичных, написанных по согласованным с кураторами синопсисам) произведений. Вдвойне досадно, что пожертвовали творческой самостоятельностью не только писатели, у которых уже вышли авторские книги, но и те, кто, вызвав читательский интерес первыми произведениями в малой форме, предпочел сольным романам межавторские проекты. Один из таких писателей Максим Дубровин – автор запоминающихся рассказов «Дорога, на которой мы плакали» (2005) и «Смерть Птицы» (2010), а также двух романов «про сыщиков» для проекта «Этногенез».

После оскудения тиражных пажитей и вырождения «Этногенеза» приобретенный опыт работы в «проектах» и врожденная склонность к коллаборациям привели к тому, что авторы «цветной волны» открыли свой проект – с китами и броненосцами.

Роман-мозаика «Кетополис» стал настоящим opus magnum «цветной волны». В этом самобытном проекте приняло участие несколько авторов, среди которых Шимун Врочек, Дмитрий Колодан и Юрий Гордиенко, Наталья Федина и Лариса Бортникова, Карина Шаинян, Иван Наумов и Максим Дубровин. Плод их трудов увидел свет в 2012 году (хотя, по уверениям соавторов, работа над книгой началась задолго до этого). Рассказы и повести, перемежаемые псевдодокументальными вставками, складываются в единую панораму жизни большого города. Соединение любимых «цветной волной» городских локаций и тяга к экзотике предопределили местонахождение Кетополиса: это столица выдуманного островного государства где-то в Тихом океане.

Время действия книги отнесено в начало двадцатого века, и на ее страницах романтика в стиле «ретро» соседствует с технологиями, основанными на использовании паровой энергии. В этой дани уважения модному паропанку прослеживается влияние западной фантастики. И авторы «цветной волны» специально подчеркивают это выбором общего (одного на всех и тоже «цветного») псевдонима. На обложке «Кетополиса» указано имя Грэя Ф. Грина – исландского писателя и сценариста.

Литературная мистификация была проработана весьма подробно, и «биография» этого писателя, чье «настоящее» имя – Халлдор Олафур Лакснесс, раскрашена многочисленными деталями наподобие контрабанды экзотических попугаев через границу Мьянмы и премии от исландских полицейских сил «за точность отображения работы полицейских» и «за гражданскую позицию».

Столь же колоритен и Кетополис. В нем нашлось место и сумасшедшему Вивисектору, и загадочному Канцлеру, офицерам и джентльменам, гангстерам и актрисам, «переделанным» и плетельщицам. Все они и прочие обитатели города живут в ожидании Большой Бойни – охоты на китов, которые угрожают самому существованию Кетополиса.

Необычный, атмосферный, изобретательный по структуре и в декорациях «Кетополис» был тепло принят читателями и отмечен «Золотым Росконом» как лучший фантастический роман года.

Этот роман-мозаика репрезентует все те черты, которые отделяют «цветную волну» от предшественников и современников. Показательно, что читательские отзывы о книге полны упоминаний произведений и писателей, вспоминающихся при прочтении «Кетополиса». Таково неизбежное следствие начитанности, влекущей за собой подражательность, и упоминавшейся уже литературоцентричности писателей из «цветной волны». Однако сюжеты и образы, вдохновившие авторов «Кетополиса», в процессе их переноса на страницы романа претерпели примечательные метаморфозы, которые с удивительной наглядностью подчеркивают еще одну особенность «цветной волны».

Хорошая иллюстрация таких трансформаций – «переделанные», чей образ (да и само название) восходит к «нью-кробюзонской» трилогии Чайны Мьевиля – лидера так называемых «новых странных», революционизировавших (во всех смыслах) жанр фэнтези. Так вот. В то время как для убежденного троцкиста Мьевиля «переделанные» (люди и иные существа, изувеченные для большей работоспособности или и вовсе – просто так) служат олицетворением рабочего класса и напоминают о классовой же борьбе, в «Кетополисе» они являются лишь живописной, экзотической диковинкой, предназначение которой – быть частью антуража и атмосферы произведения.

Действительно, авторы «цветной волны» предпочитают дистанцироваться от социальной реальности. Спрятаться от нее в вымышленных литературных мирах, как в пряничных домиках. Особенно заметна эта тенденция к бегству от реального в сравнении с произведениями «четвертой волны» отечественной фантастики, центральной темой которых была как раз социальная проблематика.

А вот тексты «цветной волны», как правило, внеактуальны и лишены примет современности, которые бы выходили за пределы бытовых подробностей и обращались к тому, что принято называть «повесткой дня».

Впрочем, и из этого правила есть исключения. Повесть Ивана Наумова «Мальчик с саблей» (2010) посвящена трагическим – и героическим тоже – событиям в бывшей Югославии (в повести скрытой за вымышленным топонимом «Тополина»).

Такое расхождение с «коллегами по волне» легко объяснимо: Наумов – писатель старшего поколения. Среди «цветной волны» он оказался «явочным порядком», в силу позднего, по современным меркам, литературного дебюта.

Выделяется Наумов не только тематикой произведений, но и уровнем писательского мастерства. Именно ему принадлежит лучший фрагмент «Кетополиса» – повесть «Прощание с Баклавским» (2010). Ее герой, старший инспектор Досмотровой службы Его Величества Михеля Третьего, борется с контрабандистами в гавани Кетополиса, защищая город от поставок галлюциногенного наркотика. Перипетии детективного сюжета вырисовывают фигуру Ежи Баклавский как персонажа, словно сошедшего со страниц нуара. Это герой, обреченный на поражение.

Образ защитника и стража типичен для произведений Наумова. Таковы оберегающие мирную жизнь жителей Тополины военные из повести «Мальчик с саблей» и Эрик Умберс из рассказа «Кресла Тани Т.» (2012), охраняющий мир от Тухлой Тени из своих кошмаров.

Таков и логист Дмитрий из «Рутинаторов» (2014), который пытается предотвратить распространение опасных устройств, способных манипулировать сознанием человека. И персонаж повести «Сан Конг» (2008), стоящий на страже туземных обычаев, сокрушаемых рациональной и технократической цивилизацией. Пусть силы неравны, но противостояние двух культур обернется общей катастрофой.

Подобные кросс-цивилизационные сценарии часто встречаются в творчестве Наумова. Например, рассказ «Обмен заложниками» (2005) из одноименного авторского сборника описывает сосуществование на далекой планете двух разумных биологических видов: людей и рептилий – шнехов. Увы, финал опасного соседства также трагичен. Даже взаимная любовь оказывается бессильной перед ксенофобией общества.

Противостоят друг другу два осколка земной колонии в повести «Созданная для тебя» (2012[18]), отмеченной премией «Малая Филигрань». Одни, полностью положившись на милость гостеприимной планеты, словно оказались в раю, где не нужно заботиться о крове и пропитании, – и потеряли память о своем прошлом, утратили смысл существования. Другие, жители «Мертвого пятна», сохранили упрямую верность человеческой цивилизации, но с каждым поколением выживание становится для них все более сложной задачей.

Судьба обоих миров зависит от колесача Хадыра, преодолевшего границу между ними. И хотя на сей раз писатель оставил читателя в неведении относительно выбора, сделанного персонажем, в дальнейшем Наумов будет более прямолинеен: цель его героев – защита существующего порядка вещей и положения дел, сохранение status quo.

В то время как персонажи Наумова охраняют границы, разделяющие миры и культуры, сам писатель легко пересекает выдуманную литературными сообществами, но существующую черту между фантастикой и «большой» литературой.