Дарья Ву – Спасти демона (страница 54)

– Понятия не имею, – честно произнёс Патрик. – Теперь нам обоим путь к Костроунам закрыт.

– А вот и Костроун, – сказала Линда.

Я оглянулась и увидела Жана, входящего в столовую вместе с другими ребятами из клуба крокета. Обозлённый рык Тадеуса пронёсся в сознании. Я вспомнила, как демон схватил Жана за ворот и поднял над полом. Или вспомнил Тадеус, невесть, когда присоединившийся к нашей болтовне? Я раздражённо встряхнула головой. Жан смеялся над какой-то шуткой и не обратил внимания на нашу троицу. Тадеус прошипел несколько ругательств, а мне передались его эмоции. Или же мои собственные накопились до такой степени, что держать их в себе и дальше сил не оставалось. Жан со своими друзьями сели через два столика от нашего. В моей чашке нетронутым остался остывший шоколад. Патрик лишь охнул, Линда улыбнулась, но никто меня не остановил. Жан общался со своими друзьями по клубу. Они что-то активно и поглощённо обсуждали, а потому не взглянули на подходившую к их столику девушку с чашкой. Они все обратили на меня внимание слишком поздно. Чашка уже была занесена над кудрявой головой, а шоколад стекал на шевелюру. Жан замер и, казалось, перестал дышать.

«Ударь!» – совсем по-детски вскрикнул Тадеус.

Я знала, он о чашке. Мне и самой хотелось с размаху опустить её на голову Жана. А Жан обернулся. Злой, обиженный, испуганный и растерянный.

– Альва, – горько шепнул он. – У меня не было выбора.

– Выбор есть всегда.

– Ты не понимаешь, – оправдывался бывший лучший друг.

Все в столовой затихли и наблюдали за нами. Костяшки моих пальцев побелели, но чашка опустилась плавно и не на жанину голову, а на его поднос.

– Я не хотел, – промямлил Костроун. – Прости.

Он смотрел на меня взглядом бездомного щенка, выпрашивающего внимание. И мне вдруг стало очень противно. Горло будто что-то сжало, грудь сдавило и не давало глубоко дышать. Звонок, раздавшийся так вовремя, спас меня от истерики, от криков и ругани, готовой в любую секунду сорваться с языка. Послушной ученицей я пошла на урок химии.

– Ты как? – поинтересовался Патрик.

Я закусила губу и ничего не ответила. Мысленно попыталась заговорить с Тадеусом, но его рядом не оказалось.

– Итак, сегодня разбиваемся на пары!.. – объявил Джонатан Эклунд и в хаотичном порядке принялся нас перемешивать: Ванвиссер и Костроун за последнюю.

– Но, – начали мы оба.

– Никаких «но»! За парту сели.

– Альва, – тихо позвал Жан, когда мы получили задание. – Давай поговорим.

– Не хочу с тобой разговаривать, – также тихо отозвалась я, боясь, что учитель заметит.

– Хорошо. Тогда слушай. Ты же знаешь, я всегда на твоей стороне. Мы с отцом вернулись с утра. И он знал, что в доме кто-то есть. У него есть перстень особый, сразу сообщает, если в дом проникли. Он его недавно приобрёл. И собирался домой поехать, а я подумал, вдруг, это ты? И попросился вперёд. Я не знал, что он вызовет из Братства алхимиков. Я надеялся успеть раньше, но встретил их почти у дома. Так что вам ещё повезло! Будь там отец, ты бы так легко не отделалась. Альва, ну, прости. Что мне оставалось? Я всегда тебя поддерживал. Вспомни, сколько мы дружим!

– Костроун, – обратился Эклунд, – для вас перемены слишком коротки? Не успели наотдыхаться? Прошу за дверь.

– Простите, я больше так не буду.

– Хорошо, но чтоб я больше вас не слышал.

Джонатан вернулся к чтению какой-то книги, пока весь класс был занят опытами. Жан понуро замолчал и больше не отвлекал. Только перед концом занятия он вновь заскулил о старой дружбе и о том, что всегда и во всём меня поддерживал, поддерживает и поддерживать будет.

Я уже хотела ему поверить, а потом вспомнила реакцию Тадеуса на Жана. Мне ужасно захотелось связаться с Тадеусом и спросить его совета. Кому как не белому демону знать, можно ли доверять Костроуну.

– Прошу, – ныл Жан. – Альва. Мир?

– Не знаю, – устало отозвалась я после шестого урока, последнего на сегодня. – Я не уверена.

Жан понуро опустил голову. Я старалась не смотреть на него и уйти не оглядываясь. Шаге на третьем меня окликнула Линда, а рядом с ней топтался Патрик.

– Идём ко мне, – сообщила девушка, хватая меня и Патрика за руки.

– Не могу. Я всё ещё под домашним арестом.

– Ненадолго! Всего на часок другой?

– А когда наказание пройдёт? – поинтересовался Галлахи.

– Я не знаю, – призналась честно.

Почему-то до сих пор и не думала спрашивать об этом у родителей. И решила сегодня спросить. Линда упрашивала меня ослушаться, пока из школы не вышел её муж, и девушка упорхнула от нас. Патрик предложил проводить меня до дома. И Жан, как оказалось, поплёлся следом.

– Хочешь, я ему врежу? – серьёзно спросил Патрик, оглянувшись в очередной раз и вновь увидев Костроуна на некотором отдалении.

– Не хочу, – хихикнула я. – Что, если у него и правда не было выбора?

– А сейчас узнаем, – раздражённо сообщил Патрик и остановился. – Жан, иди сюда! Мы тебя видим.

Не видящий подвоха Костроун заторопился к нам. Я тоже не знала, чего именно ожидать. Патрик, на секунду, напомнил мне Тадеуса. Он столь же проворно схватил Жана в тиски крепких рук и встряхнул.

– Нас хотели кинуть за решётку! Не в обезьянник, по-настоящему посадить. И если бы не родители Альвы, я не знаю, сколько бы мы там пробыли. А ей, между прочим, был нужен врач! Она почти все силы отдала Тадеусу. Звезда Тера раскалилась и постоянно светилась! Зачем, Жан? – и оттолкнул Костроуна.

Жан несколько отступил и сильно размахивал руками, чтобы не повалиться. Вернув равновесие, он запустил руки в волосы.

– Я не мог иначе, – вновь оправдывался Жан. – У меня не было выбора! Я помог вам! Спас вас!

– Помог угодить за решётку? Спас нас? Спас Альву от долгой и счастливой жизни? Я тебя огорчу, но нет. Она всё ещё жива. И мы от своего не отступим!

– Я и не прошу вас отступать! Я не желаю ей смерти! И никогда не желал!

Патрик и Жан потихоньку подступали друг к другу. Пыхтящие, злы и раскрасневшиеся от напряжения. Люди замедлялись и поглядывали в нашу сторону. Я боялась подступиться к ребятам и как-то дать им понять: мы на улице не одни.

Патрик толкнул Жана. Жан плюнул другу в лицо и угодил в очки. Галлахи снял их и вручил мне, занёс кулак. Костроун был проворней. Мы привлекали всё больше внимания. Парни повалились на землю и принялись колошматить друг друга, а я беспомощно орала на них и умоляла остановиться.

Мне уже плевать, что натворил Жан, если Патрик его сейчас убьёт!

– Вы оба два идиота! – кричала я, срываясь на визг и кинула в них круглые очки. – Прекратите! Пожалуйста! Патрик! Жан! Если вы не остановитесь, я уйду! Сейчас же!

Они не слышали. Жан дал Патрику коленом в промежность и поднялся на ноги. Он замахнулся, чтобы пнуть Галлахи. Я кинулась на Жана, колотя того по спине и продолжая визжать сквозь набирающие скорость слёзы, обжигающие лицо. Он не обращал внимания и пинал Патрика. Тогда Патрик схватил Жана за ногу и повалил обратно на землю. Я рыдала и боялась, что мы теперь попадём за решётку втроём. Не придумав ничего лучше, я бросилась между поднявшимися на ноги юношами. Патрик не успел остановить кулак и ударил меня в бок. Жан поймал дрожащими руками.

Всё прекратилось также внезапно, как и началось. Патрик вымаливал у меня прощение и целовал между фраз. Жан тяжело дышал и согнулся пополам. Я рыдала, и ребята решили, что сейчас не самый подходящий момент возвращать меня домой.

Втроём мы отправились на детскую площадку и заняли там скамейку. Мамаши, завидев избитых парней похватали своих детишек и увели прочь.

– Больно? – спрашивал Патрик, поглаживая по спине и целуя за ухом.

– Я куплю нам попить, – предложил Жан, поднимаясь со скамьи.

– Мне мороженое! – крикнула я вдогонку.

Жан обернулся и улыбнулся, как улыбался, когда мы вместе готовились к поступлению во ВША, а я всё нудила и отвлекалась на закуски. Тепло и так, словно те далёкие дни прошли не раньше прошлой недели.

– Я ему верю, – в итоге решила я, наблюдая за удаляющимся юношей и укладывая голову на широком плече любимого.

Патрик болезненно вздохнул, но ничего не сказал. Он поцеловал меня в макушку и продолжил гладить по спине.

Идя домой я помолилась всем богам, чтобы мама не задалась вопросом:

– Почему так поздно? – её голос настиг меня, едва я переступила порог.

– Дополнительные занятия. Я так много пропустила, что попросила… э… Грегори О’Доэрти объяснить материал, а он такой: «Подойдёшь после занятий!». Если б я знала, что он меня так задержит! – я театрально закатила глаза и развела руками.

Надеюсь, мама не станет проверять мою версию. Тем более, что он, хоть и муж моей подруги, а преподаватель строгий и подобной лжи не потерпит. Не сомневаюсь.

Мама сузила свои прекрасные глаза, постучала каблучком и кивнула, оставшись довольна моим объяснением.

– А долго мне нельзя с друзьями гулять? – зачем-то брякнула я, забыв подождать пару минут после оправданий.

– Хочешь узнать, долго ли ещё прикрываться дополнительными занятиями? – улыбнувшись переспросила она. – Гуляй, но предупреждай меня заранее. И больше никаких спонтанных «занятий». Лучше извинись перед учителем и скажи, что у тебя уже есть другие дела.

– Тогда я завтра пойду в гости к Линде, можно?

– Так это она О’Доэрти, а не Патрик? – с улыбкой поинтересовалась мама.

– Конечно. У Патрика фамилия Галлахи, – улыбнулась и я. – Я правда к ней пойду, а не к нему.