Дарья Ву – Пешка. История Дафны (страница 23)

– А ты уж прям так долго живëшь, что всë знаешь.

– Не всë, – он положил подбородок на мою макушку. – Но что-то знаю. Например, что еда готова. Иди мой руки.

День проходил вяло, скучно, медленно. В этот раз я взяла с собой в поездку только одежду на ночь и деньги на какие-нибудь перекусы, билеты Каиль взял на себя и пообещал обидеться, если попытаюсь вернуть. Я смотрела на корешки книг, занимающих полки. Кто-то расставил их по цветам, от тëмного оттенка к светлому на каждой полке, всегда слева направо. Каиль, заметив, как я зачитываю названия и авторов, разрешил взять что-нибудь почитать. Он также предлагал погулять или сесть за настольную игру, чтобы скрасить время. От последних вариантов я отказалась. Юноша с улыбкой наблюдал, на какой книге я остановлю свой выбор. В коллекции были в основном книги по экономике и истории. Биографии значимых персон. Книги со схемами для выкройки и шитья. Ничего из этого читать не хотелось.

– Художественную литературу мама унесла в родительскую комнату, другую разобрали мы с Калебом. Она считает, что так выглядит солиднее. По спальням гости обычно не ходят. Но ты можешь зайти, в мою во всяком случае, точно.

Я отвлеклась от книг и посмотрела на хитро улыбающегося юношу. Кивнула. Он устало вздохнул.

– Какая ты сегодня скучная. Отлепляйся от книг, пошли на улицу, облака давно разошлись.

– Я не хочу.

– А я и не спрашивал, – ухмыльнувшись.

Каиль в шутливой манере пообещал, что если я сама не выйду, перекинет меня через плечо как мешок и всë равно вынесет под солнце. Проверять сколько в шутке правды не хотелось. Я устало вздохнула и пошла сама.

Мы бродили по городу. Каиль что-то рассказывал, иногда даже спрашивал, но вскоре замолчал. Я отвечала запоздало и переспрашивала, о чëм он. Юноша взял меня за руку, переплетя мои пальцы и сбавил шаг, подстраиваясь под мой неторопливый темп.

– Янины сегодня может и не быть, так что расслабься уже, – проныл Каиль. – Рассматривай нашу поездку, как… Ну, не знаю.

– Свидание? – пошутила я, но юноша состроил недовольную рожицу.

Он остановился и развернулся ко мне лицом.

– Да хоть так. Или просто как поход на азартную игру. Посмотрим на уличных бойцов. Только ставить не будем. Узнаем, что из себя представляют Пешки. Хорошо? – Каиль обнял меня крепко-крепко. – Расслабься, ну пожалуйста.

– Угу.

– И не угукай, – он засмеялся. – Хочешь, сходим на виноградник за городом? Здесь недалеко, только придëтся сразу идти на арену, без захода домой. Зато поедим виноград. А с Калебом и на месте встретимся.

– Угу.

Каиль недовольно рыкнул и ущипнул меня за щеку.

Он шëл чуть впереди, но моей руки не отпускал. Молчал, а мне вдруг захотелось поговорить. Вместо этого я разглядывала, как подскакивают концы повязки при каждом шаге.

– И всë же, – осторожно заговорила я, – что с твоим глазом?

– С ним всë хорошо, – Каиль не обернулся и даже не притормозил.

– А со вторым?

– А второй ещë и всë видит к тому же. Почти пришли.

Пришла моя очередь выказывать недовольство. Бурчание лишь развеселило Каиля. Зато он был прав, мы добрались до целого лабиринта из зелëных стен. На самом деле это были решëтки, но виноградные лозы расползлись столь широко, что покрыли собой все ячейки. Каиль отпустил меня и направился осматривать ягоды, срывать и пробовать на вкус. И мне протянул одну гроздь. Он делал всë это так спокойно, что я подивилась. Когда же заметила в одном из проходов тележку местного работяги, то занервничала.

– Если нас сейчас застукают, – начала я, но была перебита смехом. – Эй, ты чего?

– Нас некому застукать, – Каиль выглядел довольным собой. – Виноградник принадлежит моей семье. Угощайся, ягоды поспели. К тому же мы не съедим слишком много, а значит хватит на всë, чем занимается мама.

– А чем она занимается?

– Готовит вино, а из оставшихся ягод и косточек делает какие-то кремы. Женщинам нравится, кажется, крема раскупают даже быстрее вина.

Юноша набрал ещë немного винограда и уселся прямо на траву. Я опустилась рядом с ним. Вокруг пахло сладостью сока, а ещë жужжали насекомые. Виноград оказался сладким и сочным. Я боялась запачкаться, но Каиль успокаивал, что мы всегда можем умыться здесь же. Возле виноградника стоял небольшой домик, в котором и проводились основные работы, а за ним прятался колодец. Каиль спокойно рассказывал мне о том, что в детстве его мать часто брала сюда с собой. Так что он мог бы и с закрытыми глазами по винограднику бродить не заблудившись. Я слушала, ела ягоды и смотрела на его профиль. Хотелось потянуть за тесëмки повязки.

– Зачем ты прячешь глаз, если с ним всë в порядке?

Каиль замолчал. Я видела, как он сжал челюсти. Посмотрел куда-то вдаль.

– Никто не скрывает глаз, если с ними всë в порядке, Стрекоза. Также хуже видно.

– Вот и я удивляюсь.

– Давай честно, – Каиль наконец вновь посмотрел на меня, – ты мне нравишься. Я бы хотел встречаться с тобой. Можешь даже называть нашу прогулку свиданием, если хочешь. Я не отговариваю тебя от встречи с Яниной, даже помогаю. И я не спрашиваю, почему это так важно. Не спрашиваю, зачем столько времени проводишь с тем заучкой в очках. От тебя прошу только не лезть к моим глазам. Неужели много?

– И никому не говорить, что мы пара.

– И это тоже, – согласился юноша.

Я поджала губы. Тон, которым Каиль произнëс последнюю фразу, звучал до обидного резко. Сжав и расслабив кулачки, я придвинулась к юноше и села так, чтобы наши колени соприкасались.

– Ты мне тоже очень нравишься, – после раздумий сказала я. – И поэтому я хочу больше знать о тебе. Сложно что ли? Я-то не болтушка. Никому не стану рассказывать, что у тебя под повязкой. Можешь не показывать, просто скажи. Что случилось?

– Родился я, вот что случилось.

Я ждала продолжения, но Каиль, кажется, больше ничего говорить не собирался. Я молчала, он тоже. Я наклонилась, заглядывая ему в лицо. Юноша улыбнулся.

– Помнишь, ты с Калебом спорила, что у стражей иногда дети рождаются с одним цветом глаз, а он шутил, мол бывает, но точно не с чëрным?

– Да.

– А ты всë ещë думаешь, что бывают?

– Конечно, если в семье… – я замолчала.

Каиль улыбался шире. Я только хотела сказать: «покажи», как сгрëб меня в охапку и усадил к себе на колени. Я и пискнуть не успела, а он уже развернул меня к себе спиной и так обнял, ткнувшись лицом в моë плечо.

– Ну вот и верь, – заключил юноша и поцеловал у основания шеи.

Я затаила дыхание. Каиль нежно касался моей шеи. Он обнимал меня за талию, а едва ощутимые поцелуи поднимались к мочке моего уха.

– Не забывай дышать, – горячо выдохнул он.

Я вздрогнула и вдохнула со звуком. Каиль рассмеялся, а по моим щекам и ушам расплылся жар стыда. Захотелось вырваться из его рук и ударить за смех. Юноша держал крепко. Отсмеявшись он тихо сообщил в мои волосы, что теперь точно знает, что мне нравится.

– Пойдëм уже отсюда.

– На арену ещë рано, Стрекоза. Не торопись.

– Пойдëм ещë куда-нибудь.

– Мне и здесь хорошо, – нагло заявил Каиль.

И тем не менее он встал и помог подняться мне. Мы оказались лицом к лицу. Мои руки в его.

– Сними повязку, – не унималась я.

Каиль лишь покачал головой.

– Какая недоверчивая. Давай дома?

– Правда, снимешь?

– Ну, конечно.

– А Калеб знает, что у тебя глаза… Ой, прости, конечно, он знает. Но почему ты прячешь? Я не понимаю.

– Да потому, – Каиль погладил меня по локтям, – что мало кто верит в то, что страж с чëрными глазами может оказаться просто стражем. И их не переубедить, даже если сказать, что я таким родился, а не приобрëл эту особенность с возрастом. Понимаешь?

Думаю, я понимала, о чëм он говорил. И когда Каиль отпустил меня, подалась к нему и обняла, вдыхая приятный аромат миндаля и цитруса, к которым теперь примешалась виноградная нота. Мне хотелось как-то показать юноше, что я ему сочувствую. Прятать глаз приходилось из-за глупости фанатиков, верящих в перерождение. И тех, кто на этой вере играл. Какие у него хорошие родители, что помогли Каилю всë скрыть! Они защищали его и оберегали всю его жизнь. На моей защите всегда была только Янина.

– Я тебе завидую, – призналась я.

Каиль хихикнул и потрепал меня по волосам.

Мы ушли от виноградника молча, но теперь это не было в тягость. Я думала о том, что узнала, а ещë снова нервничала и потому теперь уже сама хваталась за руку юноши. Он не сопротивлялся, но смотрел на меня так, будто готов отвести к себе домой, стоит мне только заикнуться, что испугалась, передумала. Поэтому я молчала и старалась на него не смотреть. Мне нравилось, что Каиль так заботится обо мне, но сходить на арену было важно. Даже если Янины там не окажется, хотя я и надеялась на обратное.