Дарья Ву – Пешка. История Дафны (страница 25)

– Думаешь, он обучался, как мы с тобой? – подал голос Калеб.

– Ну, ты же выходил на арену, но я его не узнаю. Не из нашей, – уверенно ответил Каиль.

Как только перед Яниной открыли тяжëлую дверь, я вновь подскочила со своего места и схватила Каиля за руку.

– Идëм, пожалуйста, вдруг она уйдëт.

Мы вместе обогнули зал и подобрались к лестнице, по которой бойцы спускались и поднимались после боя. Янина уже ступала от лестницы куда-то в зал. Я ускорилась, оставив Каиля позади.

– Яна! – позвала подругу, подбегая к ней.

Она обернулась и взглянула на меня. Остановилась. Я тоже, всего в шаге от неë. Мне хотелось обнять еë, но я не смела. Взгляд. которым девушка наградила меня, мог заморозить любого быстрее самого дикого ветра с острова. Я не понимала, чем заслужила еë пренебрежение. Янина хмыкнула и без ответа отвернулась от меня, готовая уйти.

– Янина, подожди, пожалуйста, – умоляла я.

Не помню точно, что именно я ей говорила. Кажется, просила простить меня. Говорила, что хочу общаться с ней. Со стороны моя сбивчивая речь напоминала мольбу отвергнутой, но плевать. Янина сказала мне немного:

– Ты думаешь, я злюсь на ту глупость? Нет, Дафна, просто мы разные. Ты слишком рафинирована, вот и всë. А теперь уйди, потому что меня ждëт семья.

Она была готова уйти, но подошëл Каиль. Он как бы случайно задел девушку, и я заметила, как Янина вздрагивает от холода. Она удивлëнно посмотрела на юношу.

– Что ты творишь? – испуганно и в то же время зло произнесла Янина.

– Ой, простите, – заговорил Каиль извиняющимся тоном. – Я плохо управляю своей силой. Иногда могу случайно заморозить человека. Правда, Дафна? Еë вот дважды подмораживал.

– И всë? – Янина смотрела на меня, сбитая с толку.

– Ну, – Каиль взял меня за руку и сильнее необходимого сжал ладонь, отчего я на мгновенье запнулась. – Ну, да. Вроде, только дважды.

Янина нахмурилась, всматриваясь в виновато улыбающегося юношу, а он резко отвернулся от неë ко мне лицом, встав между.

– Калеб говорит, что уже уходит, и если мы не пойдëм за ним сейчас, то ночевать придëтся на улице, – он обернулся к Янине. – Прости, но я украду Дафну.

Каиль потянул меня за собой раньше, чем девушка сдвинулась со своего места. Я видела, как к ней подошëл другой Пешка. Он наклонился и что-то, видимо, спросил про нас. После народ скрыл от меня их пару. Каиль вëл на улицу.

Только там я остановилась и потребовала о Каиля того же. Я не знала, злиться на него или плакать. Брови нахмурены, губы задрожали. Увидев меня в таком состоянии, Каиль отпустил мою уже начавшую ныть руку. Он взял моё лицо в горячие ладони и приподнял так, чтобы я смотрела точно на уровне его глаза. Наклонился и поцеловал, нежно и в то же время жадно. Я задрожала, позволив слезам покатиться из глаз.

– Это от напряжения, – оправдывалась перед ним.

– Идём домой, – шепнул в губы. – А завтра решим, что мне с тобой делать, Стрекоза.

– Каиль, ты ведь неслучайно, да? Что ты прочëл?

– Ничего серьëзного, – отмахнулся он. – Всего лишь воспоминание из вашего общего детства. Просто какая-то игра.

Я всмотрелась в лицо юноши. Кажется, он говорил правду.

– Вот про Калеба я соврал. Прости, не понравилось, как ты выглядела, словно вот-вот заплачешь, – он покачал головой. – На самом деле он уже свалил и совсем не домой. Сказал, что даже не знает, ночью вернëтся или утром! Пойдëм?

Я покорно двинулась следом, и через некоторое время мы вошли в затихший дом. К комнате юноши крались почти на цыпочках, чтобы не побеспокоить уже спящих его родителей. И только там с громким щелчком был включён свет. Каиль сбросил наши сумки в кучу возле кровати, он решил, что тащить матрац через весь дом будет слишком громко, посреди ночи-то. Тем более неудобно и шумно расстилать мне в гостевой комнате. Он сетовал, что не озаботился о постели для меня днëм.

– Что поделать? И я бываю забывчивый, – покивал юноша.

И потому он скомандовал мне забираться на его софу. Юноша напоследок окинул свою комнату, будто боясь в ней заблудиться, вырубил освещение и тоже забрался под одеяло. Рядом со мной. Я шумно вдохнула.

– Тише ты, – шутливым голосом попросил он.

– Я и так молчала, – прошептала.

– Я и не про болтовню.

Он поцеловал меня в висок и пожелал спокойной ночи. Мы лежали молча, пока я не смогла больше выносить его наблюдающего взгляда. Даже в темноте ощущается!

– Может, ты прекратишь? – не выдержала я.

Юноша со вздохом отвернулся. Как же неудобно спать в уличной одежде! Я кое-как нашла положение, в котором уставшее тело не ныло, но заснуть не смогла. Я неподвижно лежала и прислушивалась к ночи. Скоро дыхание Каиля показалось мне достаточно спокойным и размеренным, чтобы решить, что юноша заснул. Я осторожно села и стянула кофту, которая мешала спать. Моя сумка стояла возле постели, потому мне не должно было представлять труда дотянуться. Вот только Каиля никак не обогнуть. Медленно уперев ладонь в край постели, я наклонилась над юношей, всматриваясь в темноту и ища сумку.

– Продолжай, – ехидно предложил Каиль.

От неожиданности рука моя съехала. Я упала прямо на юношу и сразу же почувствовала, как его руки проходятся по моей спине, поглаживая по позвоночнику.

– Пусти, дурак, – пискнула я, испуганно. – Я всего лишь хочу переодеться ко сну.

– Может и мне стоит? – мурлыкнул он, не давая мне сдвинуться.

– Каиль, – с нажимом проговорила я.

Ворча что-то неразборчивое, юноша отпустил меня.

– Если сядешь на меня, будет удобнее, – предложил он.

Слава Луне, что ночами темно. Иначе бы, готова поспорить, Каиль рассмеялся на весь дом, наблюдая, как я заливаюсь краской. Схватив ночную сорочку, я быстро вернулась на свою половинку и натянула одëжку.

– Да, – сказала я, не глядя на юношу, – тебе тоже стоит переодеться, так спать удобнее.

– Да легко.

Он сел, скинул с себя одеяло, а после поднялся с софы и, зачем-то, повернулся ко мне лицом. Улыбнувшись и поймав мой взгляд, юноша стянул брюки и рубашку. Каиль улëгся обратно лишь в трусах. И в повязке на глазу.

– Каиль?

Он вопросительно промычал в ответ.

– Ты не снимешь повязку?

– Она не мешает.

– Ты же обещал, что когда мы вернëмся, то снимешь еë.

– Тогда повернись ко мне.

Послушно обернулась и легла набок. Юноша, лëжа лицом ко мне, дотянулся рукой до бантика на затылке. Он потянул тесëмки, взял тремя пальцами за саму повязку и снял. Левый глаз остался закрытым.

– Каиль, – растянуто произнесла я его имя, надеясь, что юноша откроет оба глаза.

– Как же приятно это имя звучит из твоих уст, – произнëс нежно.

Он потянулся ко мне, привставая на локте. От удивления я сама широко раскрыла глаза. И успела заметить улыбку на его губах, перед тем как они коснулись моего лба. Подложив руку мне под поясницу, Каиль уронил меня на спину, нависнув надо мной. Он невесомо поцеловал меня в висок и щеку. Горячая ладонь поглаживала ткань моей сорочки на подоле.

– Шею или губы?

– Что?

– Шею или губы? – шепнул он повторно, опаляя дыханием мой подбородок.

До меня с трудом доходило, что Каиль имел в виду. Я прошептала в ответ: «Губы», и юноша накрыл их в поцелуе, а сам прижался ко мне. В доме кто-то захрапел, но Каиля это совсем не отвлекало. Я неловко и смущëнно обняла его за шею. Запустила пальцы в волосы. Раскрыла рот под его настойчивыми попытками разжать мои губы.

Глава 16

Рука юноши казалась слишком тяжëлой. Она давила на грудную клетку, но я боялась разбудить его и какое-то время лежала неподвижно, разглядывая пушистые ресницы и слегка приоткрытый рот. Когда тело заныло от неподвижности, легонько отползла к стене. Каиль заворчал сквозь сон, но вновь затих так и не проснувшись. Я выдохнула, успокоившись. Откуда-то снизу раздавались шум и голоса. Похоже, мы единственные ещë не покинули постели. И теперь я вовсе не вылезала бы из неë никогда в жизни. Если в прошлый мой приезд Каиль спал на матрасе на полу, то в этот раз мы оба заняли его софу. Я очень боялась, что кто-нибудь это заметит. Щëки и уши горели, но я понимала, что вечно пролежать под одеялом не выйдет. «Впрочем, – думала я, – мне и не надо вечно, только до вечера, а там сбежим в порт и вернëмся в академию, где никто ничего не знает».

– Дура, – произнëс Каиль неразборчиво.

Я вздрогнула и посмотрела на него. Спит.

Выходить из его комнаты в одиночку казалось ещë страшнее, нежели одной. Я погладила его по щеке. Слегка ущипнула. Юноша нахмурился, но не проснулся. И я позвала его по имени, сначала тихо, затем громче. Каиль смешно сморщил лицо и уполз с головой под одеяло.

– Ещë немного, – пробубнил он, обнимая меня и притягивая к себе. – Дай подремать хоть в выходной.