Дарья Волкова – Раз, два, три – две полоски сотри (страница 31)

— Того это! — передразнила Мария Владиславовна сына. — Где-то что-то мы в твоем воспитании, похоже, упустили.

— Меня все в моем воспитании устраивает! — огрызнулся Влад.

— Запомни, сын! — Мария Владиславовна не убирала прицела указательного пальца. — Женщина говорит «Я сама» не от хорошей жизни. Особенно, когда речь идет о ребенке.

— А от какой?!

— От вот такой! — Владу ткнули пальцем в грудь. — Когда мужчина ведет себя не так, как положено!

— Мама, я тебе еще раз повторяю — ребенок получился случайно!

— Ты еще скажи — нечаянно! В моем детстве говорили — «За нечаянно бьют отчаянно». Ты был близок с женщиной. Ты априори несешь ответственность за этого ребенка. Так же, как и она. Она эту ответственность приняла. А ты… — тут Мария Владиславовна сердито фыркнула. — Позор на мои седины!

Влад покосился на прекрасно подстриженные и уложенные светло-русые волосы матери.

— Мам, ты переигрываешь.

— Познакомь меня с ней. А потом можешь быть свободен. С матерью моего внука я договорюсь сама.

— Никаких больше «сама»! — рявкнул Влад. — Я все решу сам. А потом уже… — он махнул рукой и сердито отпил чая.

— Любопытно, — пробормотала Мария Владиславовна. — «Сама», значит, нельзя. А «сам» — пожалуйста. Ладно. Я подожду. Но недолго. Будешь суп?

— Буду.

Идея посетить отчий дом оказалась правильной. Только не в том смысле, в каком Влад предполагал. А, может, и в том.

Ю может самкать сколько угодно. Это и его ребенок тоже. Ю великодушно дала Владу время подумать и принять решение. Все, он решил.

Глава 11

Владу казалось — после того, как они с Ю в последний раз поговорили — каким-то глупым писать ей, договариваться о встрече. Что там идти от «Северной звезды» до клиники Ю — минут пять. Перехватит ее после работы.

Влад промаялся минут двадцать возле крыльца, замерз и только потом сообразил заглянуть и поинтересоваться — на работе ли вообще Юстинья Ефимовна? А то, может, у нее не приемный день или как там у них бывает.

— Здравствуйте, — Влад не стал жадничать на улыбку. — Подскажите, Юстинья Ефимовна на месте?

Улыбка произвела нужный эффект, во Влада стрельнули кокетливым взглядом.

— У нее уже закончился прием, — прощебетала девушка-администратор. — Но она еще не уходила. Поэтому…

— Спасибо. Сориентируйте, ее кабинет — направо, налево?

— Направо.

Ну, раз прием окончен, то можно и не стучать — пациентку в неглиже Влад там явно не застанет. Он нажал на ручку, и дверь мягко поддалась.

— Все-все, Анна Львовна, я уже ухожу.

Вот Анной Львовной Влада до этого дня никогда не называли!

Юся не могла себя заставить встать с кресла. Уже и прием закончен, и Анна Львовна пару раз намекала, что пора бы и честь знать, и нечего больше на работе торчать. Все так. Юся редко задерживалась после приема, разве что были какие-то веские причины.

Сейчас единственной причиной была какая-то тотальная апатия и слабость. Что, будем на беременность списывать? Так все анализы в норме. «Тебя в космос можно запускать», — это слова Миры. Но, когда Юся пожаловалась на вялость и утомляемость, Мира тут же предложила оформить больничный лист.

Да какой ей больничный? Работой нельзя пренебрегать, работа Юсю кормит. А все ее симптомы — это в чистом виде психосоматика. Обида, разочарование, все не так, как я рассчитывала. Ничего. Справится. Только еще немного посидит и потупит. А то во время приема тупить было нельзя, а сейчас очень хочется. Сидеть в кресле, тупить и смотреть в окно.

Стукнула дверь. Сейчас Анна Львовна возьмется за нее всерьез.

— Все-все, Анна Львовна, я уже ухожу.

— Ну, если тебе очень надо, могу и Анной Львовной побыть.

Юся резко, так, что закружилась голова, повернулась вместе с креслом.

Влад.

Голова почему-то не перестала кружиться.

— Привет.

— Привет, — тихо отозвалась она, глядя на него из кресла.

Влад сделал несколько шагов. Он уже привык, что Ю не отличалась румянцем во всю щеку, но сейчас она была бледнее обычного. В голове снова всплыло это дурацкое слово «малахольная». И «чахоточная бледность» заодно. Он сделал еще несколько шагов.

— Как ты себя чувствуешь?

— Нормально.

— Тогда почему ты не встаешь? — Влад подошел совсем близко. И теперь Ю пришлось бы запрокинуть голову, чтобы смотреть на него. Но она вместо этого лицо опустила, и он видел только ее густые черные волосы на затылке.

— Вот. Встаю.

Хреново она встала. Потому что тут же пошатнулась. Это еще что такое?!

— Что случилось?! — пальцы Влада как-то сами собой оказались на ее плечах. — Тебя ноги не держат!

— Держат меня ноги, — пробормотала Ю, делая вялую и безуспешную попытку освободиться.

— Вижу я, как держат! Ты сказала, что нормально себя чувствуешь. По-моему, это ни хрена не нормально. И бледная вон вся!

— Гемоглобин в норме.

— Гемоглобин — это кто, твой коллега? Я рад, что у него все в порядке. А у тебя явно нет.

— Из нас двоих дипломированный врач — я, — Ю попыталась снять его руку со своего плеча. Пальцы у нее просто ледяные!

— Как ты работала с такими руками?!

— В перчатках не так чувствуется, но да… Мне пациентки жаловались, что руки сегодня холодные.

Влад с все нарастающим нехорошим предчувствием слушал ее негромкий и будто заторможенный голос. Где его язва Ю?! Где эта его «Я сама»?!

— Так. С холодными руками работать нельзя. В таком состоянии — тоже.

— Это мне решать.

— Это МНЕ решать.

Влада накрыло мощным и долгожданным ощущением, которое он очень любил. Когда ты знаешь, что делать, и уверен на сто процентов, что ты все делаешь правильно.

Он некоторое время смотрел на ее белый халат. Так, Ю же должна сначала переодеться, прежде чем уходить отсюда? Но додумать он не успел — за его спиной открылась дверь кабинета. Влад обернулся, причем почему-то так, чтобы прикрыть собой Ю. В кабинет вплыла дородная женщина, тоже в белом медицинском облачении. И Влад вдруг как-то понял, что эта та самая Анна Львовна.

— Так, ты пока посиди, — он почти насильно усадил Ю обратно в кресло, а потом сделал несколько шагов к вошедшей женщине. Так и есть. Бейдж на объемистом бюсте подтверждал, что из них двоих Анна Львовна — она. Она смотрела на Влада чуть хмуро и немного с любопытством.

Наверное, это помощница Ю. Медсестра или как она там называется,

— Владислав Андреевич Шилов, — он давно привычным и отработанным движением протянул руку и пожал мягкую и теплую ладонь. Вот у этой Анны Львовны руки нормальные, с такими работать можно. А Ю — нельзя. — Здравствуйте, Анна Львовна, рад познакомиться.

Недоверие во взгляде сменилось изумлением. Но руку ему ответно пожали.

— Анна Львовна, у меня к вам просьба.

Анна Львовна метнула взгляд на Ю, чуть свела тонкие, ниточкой, брови.

— Слушаю.

— Юстинья Ефимовна завтра не сможет прийти на работу. И послезавтра, скорее всего, тоже. Вы можете как-то… как-то отрегулировать этот вопрос?