Дарья Сафронова – Ведовское. Наследие Гневояра (страница 5)

– Бабушка, как… – пролепетала девочка, переводя дыхание, – как ты это делаешь? Женщина улыбнулась в ответ и взглядом указала Маше на кровать, предлагая присесть. Она прекрасно понимала, что им с внучкой предстоит долгий, но увлекательный разговор, впервые она будет рассказывать Маше не сказку на ночь, а историю своей жизни. Несомненно, впереди была бессонная ночь с множеством открытий. Тайне Машиного дара, трепетно хранимой многие годы, предстояло быть раскрытой в день ее тринадцатилетия – времени, чтобы продолжать оттягивать неизбежный разговор, не осталось.

Глава 4. Открытая тайна

После разговора с бабушкой у Маши голова шла кругом, но все же девочке удалось усвоить несколько вещей. Во-первых, ведуны – это не плод бабушкиной фантазии, они, действительно, существуют, просто живут обособленно, стараясь не привлекать излишнего внимания и не выставляя способности на обозрение! Ведуны имеют царство, надежно скрытое от глаз простых людей, оно носит красивое название Ведовское. Самое интересное, что в Ведовском по сей день управляет настоящий царь! Во-вторых, ее любимая бабушка – ведунья. Она родилась и выросла в Ведовском в семье, в которой ведовские способности передавались от поколения к поколению. Волей случая она встретила дедушку, влюбилась и приняла нелегкое решение покинуть привычный мир. В-третьих, бабушкин дар удалось унаследовать Маше. Именно поэтому с девочкой с раннего детства происходили необычные вещи! И, наконец, главное! Существует ведовская школа, где детей со способностями учат управлять даром, чтобы они правильно использовали знания и умения, во избежание казусов, какой произошел у Маши с книгами. Девочка уже зачислена в ведовскую школу, именно об этом оповестила ее волшебная птица, явившаяся далеким майским днем и оставившая перо, словно, приглашение в сказку. В детстве бабушка тоже получила переливающееся разными цветами перышко.

– По мере того, как ты будешь набираться умений и знаний, перо тоже будет наполняться ведовской энергией. Оно всегда будет с тобой и придет на помощь, если потребуется, – продолжала рассказ бабушка. – Но помни: никто не должен прикасаться к нему. Человек, со злыми умыслами завладевший твоим пером, может навредить тебе, лишить дара. Этого нельзя допустить. Перышко всегда должно быть надежно спрятано от посторонних. В этом тебе поможет мой подарок. Это не простая шкатулка. Она выточена из куска самого алатырь-камня, обладающего силой могучей, нет которой ни конца, ни края.

Маша заворожено перевела взгляд на шкатулку. С первого взгляда на нее девочка поняла, что это необычная вещь. Словно неведомая сила исходила от каменной вещицы.

– Таких вещей не много, даже в ведовском мире, – бабушка коснулась ладонью шершавой поверхности. – Артефакты, созданные из священного камня, невозможно обмануть. Они сами выбирают хозяина, эта шкатулка уже не первое столетие служит нашей семье. Мне ее подарила прабабушка.

– А шкатулка точно признает во мне хозяйку? – засомневалась Маша, опасливо поглядывая на волшебную вещицу. Кто знает, что на уме у своевольных артефактов?

– Уже признала, – улыбнулась женщина. – В противном случае она бы ни за что не позволила себя открыть. В тебе течет кровь твоих предков, семейные артефакты очень хорошо это чувствуют.

– То есть маме шкатулка тоже откроется?

– Шкатулка нашла свою хозяйку, вряд ли теперь я или мама сможем ее открыть. Хотя вреда она нам с ней определенно точно не причинит. А вот на месте дедушки я бы была с ней осторожной.

– А где же теперь будет храниться твое перо? – неожиданно осенило Машу. – Где еще так надежно его можно спрятать?

– Ой, за меня не беспокойся! Я же не еду в школу, – поспешила успокоить бабушка внучку. – Мое перышко будет храниться дома, здесь с ним ничего не случится.

– Значит, все-все ведуны получают такое же перо? – продолжила расспросы девочка.

– Не все, – отрицательно покачала головой в ответ женщина. – Перо может быть ярким разноцветным, а может быть и иссиня черного цвета. Только светлые ведуны получают перо от радужной птицы. К тем, кто имеет темные наклонности, является громовой ворон.

– Бабушка, а если получишь перо от ворона, значит, станешь колдуном?

– Маша, в современном мире деление на светлую и темную стороны условны. В Чароведе я познакомилась с замечательными людьми, которые получили перо во время грозы.

Неожиданно Маше по слуху резануло слышанное вечером от незнакомца слово. Чаровед! Именно про него говорил молодой человек, которого девочка вначале приняла за сумасшедшего! За всеми неожиданными открытиями она успела совершенно позабыть про вечернее происшествие. Не без колебаний, Маша решилась рассказать бабушке про нежданного посетителя. Было немного страшно, что родные передумают отправлять ее на обучение, и волшебная сказка закончится для девочки, не успев начаться. На протяжении Машиного рассказа выражение бабушкиного лица постоянно менялось: сначала девочка заметила тревогу, которая постепенно сменилась неподдельным возмущением и даже яростью. Такой бабушку девочке не приходилось еще видеть ни разу. Женщина за плечи притянула к себе внучку, крепко обняла и с жаром заверила девочку:

– Маша, ни что, ты слышишь меня? Ни что не сможет помешать тебе стать настоящей ведуньей! Как бы они того не хотели – ты унаследовала дар славных предков. Ты часть старинного знатного ведовского рода, и всем нашим недоброжелателям придется это принять!

У Маши отлегло от сердца, значит, обучение в Чароведе состоится! Машинально девочка бросила взгляд на часы. Было уже три часа ночи. Проследив за внучкиным взглядом, бабушка засуетилась:

– Надо же, как поздно! Совсем я тебя заговорила! Ложись-ка, моя дорогая, спать. Чего сегодня не рассказала – завтра дорасскажу. Утро вечера мудренее!

Спорить Маша не стала, только сейчас поняв, насколько она устала за день. Как только голова девочки коснулась подушки, она моментально уснула. Бабушка заботливо поправила одеяло, прислушалась к ровному и спокойному дыханию спящей внучки, улыбавшейся во сне. Значит, все-таки доброе сновидение видит девочка, несмотря на все пережитые за день эмоции и переживания.

Глава 5. Возвращение белой голубки

Несмотря на дневной зной, лунные августовские ночи отличаются прохладной свежестью, что невольно наталкивает на мысли о скором приближении осени. Звездная россыпь на небе и огромный красновато-желтый диск полной луны почти как днем освещали дорогу, только ночные неясные тени, отбрасываемые привычными окружающими предметами, отчего-то выглядели при свете луны зловеще, навевая на редкого путника тревожные мысли. Но полнолуние ничуть не смущало Ольгу Николаевну Морозову, торопливо вышедшую из дома и зашагавшую по дороге. Женщина, по всей видимости, не учла ночной прохлады, поспешила в путь в одном лишь тоненьком летнем домашнем сарафане. Правда, в самый последний момент с собой был прихвачен теплый темно-синий платок, который вскоре был накинут на плечи, но все равно не спасал от пронизывающего прохладного ветерка. Идущая лишь плотнее закуталась в него, предпочтя не возвращаться домой. Ее путь лежал за пределы поселка. Проходя мимо последнего на улице дома, Ольга невольно ускорила шаг, стремясь как можно быстрее миновать строение. Женщина направилась в сторону реки прямо к заброшенной мельнице, пользовавшейся у жителей поселка дурной славой. Мельница по праву считалась «нехорошим местом», рядом с ней выходила из строя техника. Мобильные телефоны переставали ловить связь, хотя в поселке подобных проблем никогда не возникало. Животные внезапно теряли ориентацию и могли часами бродить по кругу, пропадая без следа. На людей местность действовала гнетуще, хотя с дороги последнее время никто не сбивался и без вести из поселка не пропал. Старожилы старались обходить мельницу стороной, еще с детства помня бабушкины сказки о ведьминых плясках и сгинувших без следа путниках. Истории передавались от поколения к поколению, обрастая со временем совсем уж невероятными фактами. Отчего-то никто не обращал внимания на тот факт, что полуразрушенная мельница уже ни одно десятилетие, а если верить рассказам то и ни одно столетие, оставалась в прежнем состоянии. По закону времени строение должно было бы уже давно рухнуть. Ольга, подготавливая мероприятие по истории родного края со школьниками, отыскала красивое предание, записанное одним краеведом про мельника (1), жившего в шестнадцатом веке. Говорилось, что жадный до денег мельник, желая заполучить в свои карманы еще больше золотых монет, заключил с нечистой силой сделку. Обогатиться ему удалось, вот только плата за то была неимоверно высокой. Ценой за богатства оказалась душа. Впрочем, сейчас эту историю воспринимали не более, чем красивую легенду… В стороне от мельницы находилось заросшее болото, которое на первый взгляд не бросалось в глаза, что добавляло опасности. Родители строго-настрого запрещали ребятишкам приближаться к нему. Только неугомонные ватаги местных мальчишек все равно ухитрялись нарушить запрет. Приблизившись к мельнице (мало кто из местных жителей отважился бы подойти так близко), Ольга оглянулась и, лишь убедившись, что вокруг нее нет ни души, вошла внутрь строения. Оказавшись в небольшом помещении, напоминавшем старый, наполненный запахами тлена и сырости сарай, женщина почувствовала гнетущую тревогу. Никогда раньше проходы не действовали на нее, как на обычного человека. Видимо, живя в современной цивилизации среди обыкновенных людей, она начала отвыкать от ведовства. Эти мысли не раз уже посещали ее при взгляде на потускневшее, но все еще разноцветное перо. Ольга все больше становилась похожа на обычную обывательницу. Осознавать это было горько. Как жаль, что она не догадалась захватить с собой спички. Лежащий в кармане сарафана мобильник с фонариком сейчас был абсолютно бесполезен. А прибегать к ведовству, чтобы осветить местность не хотелось – это могло привлечь к ее появлению излишнее внимание. Понемногу глаза начали привыкать к темноте. Вдруг кто-то глухо закашлялся, и прямо перед женщиной материализовалась полупрозрачная слегка светящаяся фигура, напоминающая силуэт мужчины. Постепенно видение становилось более ярким, и вскоре стоящий мужчина вовсе перестал напоминать призрака, обретя вполне плотское строение. Одет он был в длинную холщовую рубаху и шаровары, ноги обуты в лапти. Редкая седая бородка клоками свисала на грудь, а хитрые вороватые глазки внимательно рассматривали Ольгу. – Чуть я не пойму, тебя отпугивать иль неть, касаточка, – задумчиво проговорил он тоненьким голосом, щуря маленькие серые глазки, и в упор рассматривая женщину. Поняв, что посетительница не торопится пугаться и убегать восвояси, старичок призадумался.