Дарья Романова – Встречи на грани миров (страница 3)
Летняя жара повисла в воздухе прозрачным маревом. Лениво, сонно, хочется лежать в тенёчке и не двигаться. Григораша с мамой собираются в деревню. Там – клубника, там – сад, делай что хочешь! Можно даже на озеро сходить, под присмотром, конечно же. Григораша ждал эту поездку, очень ждал, а теперь загрустил.
– Гриня, ты чего это? – спросила мама.
А ему ответить нечего. Отпроситься бы во двор…
– Ну, пойдём! Только ненадолго.
Григораша рад. Как здорово, что у него такая добрая мама! Пусть ненадолго, ему хватит. Только нужно кое-что взять.
Во дворе всё, как обычно. Мама к другим родительницам на лавочку у песочницы, а Григораша – к черёмухе.
– Девочка-из-Дерева! Ты здесь?
Ветви дерева сонно колыхнулись, из тени вышла молодая женщина с густыми, до земли волосами. Склонилась к Григораше, улыбнулась ласково.
– Здравствуй, Листочек.
Она всегда так его называла, он привык. Если разобраться, чем Листочек хуже Грини? Такое же имя.
Он, смущаясь и краснея, протянул ей что-то, зажатое в кулачке.
– Я уезжаю… на лето. Вот, подарок тебе принёс.
Понравится, не понравится? Подарив машинку, он подумал, что сглупил. Она же девочка, девочкам нравятся совсем другие вещи.
Он разжал ладонь. Брошка – золотая веточка с белыми цветами и зелёными камушками-листьями засверкала на солнце.
– Она… очень красивая.
Григораша несмело посмотрел в глаза женщине. Она не шутит? Ей правда нравится? Прохладные пальцы гладят брошку, и цветы сверкают ещё ярче прежнего! Григораша осмелел, сказал:
– Это на одежде носят. Давай покажу.
Он взял брошку, приколол её к платью женщины. Она вздрогнула, но продолжила улыбаться. Прохладная ладонь взъерошила ему волосы.
– До встречи, Листочек.
– До встречи…
Он не успел договорить – на плечо легла мамина рука.
– Ну что, идём домой?
Григораша еще раз оглянулся на черёмуху, улыбнулся.
– Идём.
Два месяца в деревне пролетели незаметно. Гриня ел ягоды, пил молоко, купался в озере, помогал бабушке по хозяйству и даже собственноручно пас гусей! А ещё лазил по деревьям, подружился с соседской ребятнёй и нашёл клад – позеленевшую медную пуговицу. В город он вернулся довольный, загорелый и окрепший. Первое, что сделал Гриня, оказавшись в родном дворе – подбежал к черёмухе. Там и сидел, у прохладного ствола, пока не задремал и его, сонного, увели домой родители.
На следующий день они всей семьёй собирались в гости к маминой подруге. Пока мама наряжалась, Гриня с отцом успели попить чай и даже поиграть. Гриня хмурился – это время он мог провести во дворе, но в праздничной одежде его туда не отпускали.
– Где моя брошь? Серьги нашла, а она куда делась, ума не приложу!
Мама зашла на кухню, растерянная и расстроенная.
Папа с Гриней переглянулись.
– Ты не трогал?
Мама вопросительно посмотрела на сына. Он пожал плечами.
На взгляд Грини, у мамы было более чем достаточно украшений. Удивительно, что она заметила пропажу брошки.
Папа обнял маму.
– Никуда не денется, найдём. И к этому платью отлично подойдёт кулон, который я на 8 марта подарил. Надень его?
Улыбнувшись, мама ушла за кулоном. Гриня выдохнул – кажется, всё обошлось, и посмотрел в окно, где шелестела листьями черёмуха.
Наступила осень, Гриня пошёл в садик. Теперь он реже гулял во дворе, но при первой возможности бежал к черёмухе. Иногда просто стоял возле неё, словно к чему-то прислушиваясь. Гладил кору, улыбаясь – и ветви качались, даже если не было ветра.
Серые тучи не сходили с неба, моросил противный мелкий дождь. Листья облетали, устилая землю. Гриня уже несколько дней ходил задумчивый. Он давно не видел Девочку-из-Дерева, только слышал голос. А сегодня она и вовсе замолчала. Он звал её полчаса, замёрз и промок – но не почувствовал и тени присутствия. Гриня тревожился: может, она заболела? Ей нужна его помощь? Что станет с ней, когда придёт зима?
На следующий день у Грини поднялась температура, он чихал и кашлял. Целую неделю он лежал в кровати, пил лекарства. А там, за окном, с черёмухи облетали последние листья. Отчего-то Гриня знал – когда упадёт последний, Девочку он больше не увидит.
Ночью шёл ливень, под утро ударили заморозки. Гриня видел, на черёмухе осталось совсем немного листьев. Он ещё не выздоровел, но больше ждать не мог. И, выбрав момент, когда мама ушла в ванную, выбежал из квартиры.
В ботинках на босу ногу, в куртке, накинутой поверх пижамы, Гриня, поскальзываясь, добежал до черёмухи. Крепко обнял холодный ствол.
– Это я, Листочек! Выходи, ну пожалуйста! Ты же здесь, я знаю, выходи!
Гриня закашлялся, заплакал, размазывая слёзы. Неужели не успел?
Ветви дерева качнулись, и его волос коснулись костлявые пальцы.
– Здравствуй.
Гриня поднял голову – и замер испуганно. Возле него стояла до невозможности худая женщина, во всём чёрном – только брошь в виде цветущей веточки тускло блестела на груди. От роскошных волос остались редкие тёмные пряди.
Но всё-таки это была она, его Девочка-из-Дерева.
Гриня всхлипнул и крепко её обнял.
– Я думал, ты не придёшь. Я думал, с тобой что-то случилось!
Женщина грустно покачала головой.
– Не хотела… тебя пугать. Я меняюсь, Листочек, сам видишь. Цикл подходит к концу.
Гриня отстранился, посмотрел на неё серьёзно.
– Что с тобой будет дальше?
Тонкие сухие губы тронула улыбка.
– Я усну… и проснусь весной.
–Ты снова будешь маленькой? Мы будем вместе играть?
Целую зиму не общаться – это грустно. Но если весной всё будет по-прежнему, он дождётся, обязательно!
Женщина посмотрела в серое низкое небо.
– Не знаю, Листочек, я же всё забываю. Просыпаюсь – и как заново рождаюсь, понимаешь?
Гриня задумался. Это, конечно, усложняет дело – но ничего страшного!
– У тебя же есть мои подарки! Посмотри на них, и всё вспомнишь! И я тебя не забуду!
Женщина вздохнула, с дерева упало ещё несколько листьев.
– Может быть, и забудешь. Ты взрослеешь, Листочек. Когда люди взрослеют, они многое забывают.
Гриня упрямо сжал губы.
– Не забуду. Ты же мой друг!
Женщина погладила его по голове.