Дарья Попова – Шуго и изгнанник Севера (страница 15)

- Перестань, все получится, - аииритянин крепче сжал подругу, а сам был готов молится Ветару и всем другим богам, только бы мидирианка не умерла. - Диас прикончит меня, если тебя не станет! Так что не подведи.

Сугор нервно засмеялась, наполняя себя мужеством принять ситуацию и довериться.

Абакавир с кровожадным оскалом наблюдал за всадниками, ожидая финала этой трагедии. По его прикидкам девчонка уже должна была быть слепой и парализованной, и дело оставалось за малым. В легких поселится паралич, и сердце сразу остановит свой ход. Мужчина не в первый раз расправлялся с неугодными ему людишками с помощью яда неисцелимости. Самое эффективное средство в любых спорах.

Однако, сколько времени прошло? Определенно, уже больше пяти минут, а девчонка все еще обнималась с мальчишкой, живая! Уверенность Абакавира таяла с каждой новой минутой, пока Эрис продолжала дышать. Его густые брови поползли на лоб, и охотник грязно выругался.

Эрис прислушивалась к своему телу. Самочувствие напоминало простуду, легкая слабость перемещалась по венам, небольшой жар тлел в груди, лоб стал мокрым. Но на этом все. Боясь лишний раз пошевелиться, она медленно и осторожно отпрянула от аииритянина и сделала самый глубокий вздох, на какой только была способна.

Рен улыбнулся ей.

- Ну вот видишь, сработало же, - с напускной невозмутимостью сказал воин, отпуская подругу из объятий.

- У меня нет слов. Рен, у тебя получилось.

- У нас получилось, - поправил он. - Главное - пить пилюли каждый день, и мы будем защищены от яда неисцелимости.

- Да вы волшебники! - присвистнула Амми.

Еще во время подготовки к спасению Диаса, Рен озадачился вопросом защиты от яда неисцелимости. Все охотники на Шуго использовали его против небесных посланников и против врагов. У юноши хранилось растение, в прошлом излечившее смертельную рану Дарбис. Боргурка - тот самый цветок, который единственный в своем роде был способен нейтрализовать яд неисцелимости. Рен сделал из него порошок, а затем изготовил пилюли.

Вместе с Эрис они пили лекарство каждый день.

Проверить эффективность противоядия всадники могли лишь поранившись оружием с ядом, но специально они это делать не стали. И вот роковая отравленная стрела решила все сомнения. Боргурка работала и защищала от смерти.

Рен помог Эрис подняться, когда Абакавир снова громко и неприлично выругался.

Амми удовлетворенно изучила поле сражения, и вернулась к Диасу. Девочка проверила его пульс и реакцию зрачков на свет, рок мави все еще цеплялся за жизнь. Зверовед перевела дух и посмотрела на Бривару - их мысли нашли отклик друг в друге. Сестры были в опасности, и рассчитывать им больше не накого. Отныне они враги королевства и беглецы из собственной гильдии, а дядюшке Спирону не нужно придумывать повод, чтобы прикончить их обеих.

- Ну что, ты довольна, сестрица? - цыкнула Амми и прищурилась. Старшая Бендига выдержала тяжелый обвинительный взгляд звероведа.

Эрис взмахнула рукой с золотой нитью связи, после чего Каин спустился с небес. Когти вины от собственной бесполезности заскребли в его груди. Он просто послужил большим факелом, пока его друзья рисковали жизнью. Так еще и Эрис слишком уж грубо отдала ему приказ в пылу сражения. Шуго был уверен, что с Диасом сугор вела себя мягче и заботливей.

Мимо льва стремительно прошел Рен, оставив за собой легкий флер мороза в воздухе. Воин спешил к Дарбис - корни с нее были сняты, но кошка оставалась без сознания. Укол жидкого Допутура лишил бедную рок мави сил и самоконтроля. Юноша сел подле нее, бережно провел рукой по голове. Внутренним зовом он обратился к Шуго, и мерцающая нить сверкнула на его кисти и горле Дарбис. Она приоткрыла один глаз.

- Я здесь, все в порядке, - успокоил Рен, и снежная кошка медленно моргнула, будто задавая немой вопрос. - Они тоже все целы. Диас жив, сейчас мы решим, что делать. А ты пока отдохни, я буду рядом.

Дарбис фыркнула, ее голова откинулась, глаза снова закрылись.

Аииритянин вернулся к Абакавиру, и от леденящей ауры разгневанного воина у того волосы покрылись инеем. Не позволив охотнику проронить и слова, юноша движением пальцев заморозил ему рот. Сделал он это так безжалостно, что ледяная корка почти перекрыла мужчине дыхание. Бешенные глаза Абакавира нервно бегали, а сам он злобно мычал.

Тем временем Эрис оставила Премиллу, чтобы воссоединиться с Диасом. У сугор сдавило горло змеиными тисками, когда она рассмотрела его отломанный рог. Ящер и без того рассыпался и угасал, а этот мерзавец Абакавир еще больше навредил ему. Девушка будто танцевала на углях, каждая клетка ее тела сжималась в намерении бежать в поисках помощи.

- Мы должны идти, - обратилась она к друзьям.

- Нам с Амми придется остаться, пока Дарбис не восстановится. Бросать их одних вместе с Бриварой небезопасно, - констатировал аииритянин, и сугор мотнула головой.

Словно пущенная стрела, она с поразительной быстротой и собранностью снарядилась в одиночное путешествие. Каин наделил Диаса благодатью. Божественные искры забегали по чешуе ящера, и после вспышки на земле остался лежать юноша. Аииритянин быстро облачил его в теплую одежду. Эрис забралась верхом, а Рен позади нее устроил Диаса и привязал его ремнями.

- Так, красавица, слушай, - подошла Амми, сурово взирая на сугор. - Вы пойдете по главной дороге прямо к городу Дак-тар, - по слогам произнесла она, словно от этого ее объяснение должно было стать еще доходчивей. - Вам нужно будет обогнуть крепость с левой стороны, пока не найдете конюшни. Они принадлежат Хакиму. Спрячь зверей, и сама беги в город. Хаким не будет ждать вас так рано. Тебе придется самой найти его и привести.

- Хорошо.

- На пропускном режиме скажешь, что ты всадница и ищешь лекаря для своего Шуго, - девочка грустно посмотрела на юношу, что прижимался к спине сугор. От болезненного вида Диаса даже ее сердце сбилось с ритма, пропустив удар. - Спаси его. Пожалуйста.

Мидирианка крикнула Каину на сугор каши, и лев бросился прочь из леса.

***

Тьма и пустошь - вот что окружало Диаса, пока он пребывал в забвении. Звуки не тревожили его, кожа не чувствовала касаний. Лишь ощущения невесомости и бесконечности качали юношу на бесплотных волнах. В горле будто застрял глоток воды, дыхание было вялым, а пульс становился все тише, медленнее.

Что он здесь делал? И сколько времени уже провел вот так - паря в пустоте? Рок мави не смог бы ответить. Он так ослабел, так сильно устал, что телу не хватало энергии даже пошевелить пальцем. Диас попробовал сглотнуть, но ком настойчиво обосновался на своем месте. И выразить неудовольствие мидирианцу было некому, ведь он остался совсем один.

Так ему казалось, но вдруг сквозь толщу тишины до него донесся рваный рык и звериное пыхтение. Поймав внезапное ощущение чужого присутствия, сугор тотчас получил пучок энергии, что позволило ему открыть глаза. Зеленые радужки выглядели тусклыми и безжизненными, а под веками выделялись темные тени.

Диас медленно повернул голову, и к своему удивлению обнаружил себя лежащим на полу какой-то каменной пещеры. Вокруг трепетал рыжий свет, и пахло костром. Скалистые стены закруглялись к потолку, образовывая свод, и замысловатые рисунки украшали росписью серый тон камня.

Юноша сглотнул в очередной раз и облизнул иссушенные губы. Место выглядело совсем незнакомым, и почему-то Диас догадывался, что оно не принадлежало миру живых. Ему никто не сказал, а рок мави все равно был уверен - он почти умер и теперь ждал, когда Цитри заберет его душу.

- Проклятье, - он обреченно застонал и захотел ударить кулаком, но не смог. Его голос отразился и многократно усилился, разлетаясь пугающим эхом. - Проклятье! Нет! Чтоб вас, я не должен быть здесь!

Если бы только не эта слабость, он бы уже давно бросался на стены, крушил все вокруг себя, желая разрушить каменную западню. Его протест, его несогласие с судьбой вырывались руганью и криком. Диас не готов был умереть.

Хищный рык повторился опять, и вот неожиданный толчок силы позволил мидирианцу пошевелиться. Он неуклюже повернулся на бок, приложил ватные руки к полу и предпринял попытку подняться. Невольный стон от усердия вырвался из него, когда в отчаянном рывке юноша заставил себя сесть. Новый вид открылся ему прежде, чем очередной рев срезонировал с приливом сил. Ком в горле отступил, и дыхание стало глубже.

Диас недолго фокусировал взгляд, прогоняя пелену и головокружительные искры. Как он и думал - обстановка выглядела незнакомой и потусторонней, но что еще больше поразило рок мави, так это существо, лежащее по ту сторону костра.

- Ты? - сорвалось с губ мидирианца. - Как это…

Ответом ему явился рык усердия, который издал алый ящер, склонив голову с одним обломанным рогом. На его шее засветился ошейник и такой же отозвался на Диасе, затем волна живой энергии подкатила к каждой мышце молодого сугор. Шуго жестко дышал с раскрытой пастью, слюни стекали по его клыкам и тянулись вниз. Вокруг его тела мерцала разбросанная чешуя, и ее было слишком много.

- Кто ты? - неуверенно спросил юноша, а потом одернул себя за глупость. И так было понятно, что перед ним звериная личина огненного Шуго.

- А ты разве не узнаешь? - внезапно заговорил рок мави, и Диас поежился от звука собственного голоса, исходящего не из него. Серо-зеленые глаза встретились. - Я - это ты, болван.