Дарья Панкратова – Бар «Ноль градусов» (страница 5)
– Забей, там скука смертная. Половина гостей расползлась по домам, вторая половина – в дрова.
– Я хотел найти Матвея, мы повздорили…
Эдик заговорщицки наклонился к Денису.
– Матвей там уже лицом в «оливье». И вообще… такие надутые удоды не идут на попятный! Давай лучше пойдём и отметим где-нибудь твою победу по-нормальному.
Денис колебался. Эдик коряво хлопнул его по плечу.
– Без приглашения всё равно не светит. Как говорил Гэндальф: «Ты не пройдёшь!» А орги давно укушались, не вспомнят, как их по батюшке. Ну и утро вечера мудренее: ещё успеешь перетереть со своим Матвеем. Почапали отсюда, я угощаю!
– У меня есть деньги, – выдавил Денис.
Эдик осклабился.
– Ну конечно, тебе теперь все дороги открыты. Пойдём, откроешь мне главный секрет барменского кунг-фу!
Денис продолжал сомневаться. В самом деле, не ехать же обратно домой за приглашением…
– Отметим, говоришь?
Сочувствующий охранник посмотрел вслед удаляющимся спинам Дениса и Эдика, но через секунду забыл об этой сцене.
***
Голова почему-то раскалывалась и трещала, как бракованный шейкер. Разлепив глаза, я не сразу въехал, где нахожусь. Потом сообразил: на мне знакомый плед в крупную клетку… я вроде бы валяюсь на своей тахте… в мансарде, да. Но в памяти зияла огромная черная дыра.
Пил? Где? С кем?..
«Нафига?..» – подбавил дровишек в топку вины ехидный внутренний голос.
– Где я вчера так набрался? – перебил вслух внутреннего обвинителя.
Взгляд по привычке упал на журнальный столик. Там в неверном утреннем свете в глазах двоилось (и даже троилось!) целое кладбище бутылок всевозможных форм, расцветок и размеров.
– Понятно. – Я иронично усмехнулся. – Набрался прямо в обители добра…
Логично, по ночам ведь алкоголь не продают. Но почему я не догадался заглянуть в любой бар неподалёку от клуба?
Хотя, может, и заглянул, кто его знает…
Я отскрёб себя от тахты, доплёлся до подоконника и распахнул настежь огромное окно. В мансарду туманным привидением ворвался холодный воздух, отдающий лёгкой сыростью. Покончив с изменением климата, я спустился на первый этаж и прошёл в кухню. Напился прямо из носика чайника, хотел вернуть его обратно, но случайно взглянул на диван.
Чайник весело вырвался из рук и загрохотал по полу, разбрызгивая остатки воды.
На диване, даже не позаботившись снять ботинки, с видом интеллигента из «Иронии судьбы» храпел Эдик.
Впрочем, он тут же перестал храпеть. Приоткрыл один глаз, поинтересовался:
– Это уже знаменитые белые ночи, или мы тупо проспали обед?
Я поднял чайник, порадовался крепости пластикового корпуса и водрузил его на место. Значит, вот с кем я отметил грандиозную победу…
На всякий случай уточнил:
– Похоже, эпично отпраздновали?
– Инфа сотка, – пробурчал бывший стажёр, вытягивая худые конечности на подлокотник. – Ты так пытался впечатлить меня эксклюзивным бармен-шоу, что едва не снёс люстру. Не помнишь, что ли?
Я пожал плечами.
Честное слово, лучше бы я свалил к Инге в этот чёртов пресс-тур… чем надираться с первым встречным. Как меня угораздило?
Кстати, не мешало бы и здесь проветрить!
Тут же перейдя от мысли к делу, я принялся дёргать оконную раму за ручку. Но ручку отчего-то заклинило.
– Для человека, которому предстоит открыть
Моя рука застыла в воздухе. Я резко развернулся.
– Что?..
Эдик с удовольствием потянулся, тряхнул головой, сел и поморщился. Не одного меня утро одарило похмельем…
– Ты без остановки разорялся про свою гениальность, про то, как несправедливо указал тебе на выход Матвей. Кричал на весь сад, что смог бы поднять бар даже без капли алкоголя. То да сё… я поймал тебя на слове.
– Не смешно. – Я скривился. С третьей попытки распахнул окно, перешёл к соседнему. Оно поддалось охотнее. – Ты хоть представляешь, сколько это мороки – открыть бар с нуля?!
– Прикинь, представляю! – Эдик прищурился. – У меня рюмочная… на пару с приятелем. Называется «Почти даром». Не слышал?
Я отрицательно мотнул головой. В мозгу свербела мутная мысль, которую я никак не мог ухватить за хвост. Погодите…
– А как ты вообще на афтепати пролез? Там же были только участники, спонсоры и випы…
– Приятель одолжил проходку, – коротко ответил Эдик. – Или я купил – надо же мне развивать своё предприятие… налаживать связи… Тебе-то что?!
– Я так понимаю, предприятие – это твоя рюмочная?
Эдик нашарил на кухонном столе очки, водрузил на нос. Огрызнулся:
– Да, рюмочная! Конечно, не чета вашей «Долине»… зато свой бизнес.
– Лить дешёвое пойло – бизнес? – Я не хотел, но фраза прозвучала презрительно.
Эдик невозмутимо поднялся, для надёжности ещё раз впечатал очки себе в переносицу.
– Вот и покажи, как надо… лучший бартендер России. Или сдрейфил?
Шутит, что ли?
– Да кто мне даст кредит? Я же безработный! Забыл?
Эдик зевнул, прикрыв рот ладонью.
– А кто вчера огрёб главный приз? С шумом, с помпой, с фанфарами? На блюдечке… С золотой каёмочкой!
К горлу подкатила злость – я даже побоялся, что меня вывернет. Но это была лишь злость. Я расхохотался.
– На такое точно только пьяный мог подписаться! Не стану я тратить свой выигрыш на безалкогольный бар, и не мечтай.
– Не трать. – Эдик щедро пожал плечами, следом развёл руками. – Можешь тогда сразу отдать мне ключи. Так даже приятнее. И проще!
– Ключи? Мы что, поспорили на тачку?! – Внутри росло ощущение абсурда. Совсем как вчера… когда брошенные Матвеем слова об увольнении врезали мне под дых.
Эдик заговорщицки улыбнулся:
– Ты поставил целый дом. Согласись, это повеселее! Дом, участок, само собой… погреб с соленьями… Сознавайся, держишь погреб с соленьями?
Вот придурок!
– Хватит заливать! С чего мне спорить на дом моих родителей?! – Я был в шаге от того, чтобы взорваться. И вообще… пора выставлять Эдика за дверь. Не представляю, сколько элитного бухла я вчера на него извёл… парень переживёт, если я сейчас не предложу ему чая.
– А что из кармана торчит? – Эдик указал на невидимый предмет за моей спиной.
Сердце заколотилось сильнее. Я на ощупь вытянул из заднего кармана джинсов сложенный лист бумаги. Развернул его. Вчитался.