Дарья Нейжмак – Красный бриллиант: Тайна Фароса (страница 8)

– Ты и сам не за дождливую слякоть, так что не убеждай меня, что в это есть что-то хорошее. – Нахмурившись, М смерила меня взглядом. Нервировать ее было весело.

– Ну если бы не дождь, я бы не искал укрытия, чтобы осмотреть рану. Мы бы не встретились. Так что кое-что хорошее, дождь все-таки сделал. И мне кажется, что как воины двух враждующих королевств, мы должны подтверждать, как сильно отличаемся, а не соглашаться друг с другом.

– Много кому не нравится дождь, – ответила она, прикрыв глаза.

– Моя очередь. Как тебе ягодный морс? – Глупый вопрос, но единственный, пришедший в голову.

– Фу, все отвары из ягод – настоящая гадость. – М скривилась, будто прямо сейчас стакан морса подсунули под нос.

– Согласен, лучше уж горячий чай, чем раздавленные ягоды, плавающие на дне кружки. – Не знаю, был ли смысл в моих словах, но мне хотелось, чтобы и она продолжала говорить.

– Лучше уж есть их свежими. Так вкус ярче. А если подать ягоды к чаю, то и сладости не нужны, потому что…

– И так сладко, – закончил за нее я. Теперь мы вместе улыбались.

– Мой вопрос. – М облизала пальцы, доев последний кусочек нашего «ужина». – Какие цветы тебе нравятся?

– Обычно это спрашивают у девушек. – Я правда был удивлен.

– Обычно, это парни спасают девушек от чудовищ, так что не жеманничай и отвечай! – И снова насупившись, М пихнула меня ногой.

– Мне нравятся ромашки. – Цветы были мне безразличны, но смотря сейчас в ее светящиеся золотом глаза, я подумал именно о ромашках.

Золотом светились не только глаза. Ее кожа, волосы, даже ресницы, все будто обрело золотую ауру. Казалось, что и я и сияю золотом.

– А мне нравятся гортензии. Когда пушистые кусты распускаются, дарят невероятный аромат. – М закинула руки за голову и оперлась на стену, а мне захотелось повторить за ней.

– Я… не знаю, что такое гортензии. – Не нужно было этого говорить. Потому что ее мечтательный взгляд, сменился серьезным, почти угрожающим выражением лица.

– Верно, Ди, – сказала М. – В Сангвисе не растут гортензии. Это цветы Натерры.

– Да, твоего волшебного королевства. – Дождь все еще равномерно барабанил по земле. – Знаю, ты сочтешь этот вопрос личным, но все-таки рискну. – Я не видел ее лица, потому что отвернулся в сторону выхода из пещеры, но слышал, как она подвинулась ближе, готовясь к вопросу. – У тебя в королевстве все светится золотом, как ты сейчас?

М тяжело выдохнула.

– Ну, это не секрет. Скорее общеизвестный факт, так что… Нет. Золотом светится только магия.

– Но у вас в королевстве все магическое. – Я повернулся к ней, и сердце больно кольнуло. Пламя угасающего костра мерцало в стороне, а сияние золотой ауры продолжало освещать ее лицо. М казалась призраком, которого послала судьба, чтобы спасти меня в этой злосчастной пещере.

– Это не так. – М хотела что-то добавить, но нахмурившись передумала. – Не думаю, что мы можем быть друзьями, поэтому не стану рассказывать тебе секреты, но намекну, что стоит получше изучить информацию о Натерре, если мое королевство тебя так интересует.

– Почему ты не задаешь вопросы о моем? Неужели Сангвис тебе так неинтересен? Или же ты думаешь, что все про него знаешь?

– Думаю, что я действительно знаю о Сангвисе больше, чем ты, Ди. Прости, но ты простой воин.

Я не стал спорить. Точно, М думает, что я простой воин. Но не знает, что все сангвийские воины получают образование. Конечно, не на таком высоком уровне, как мы с Веритас, Альбином и Зойдом, но все же, наши воины достаточно образованы.

Не знаю, сколько мы еще разговаривали, но в груди болело все сильнее. В какой-то момент я подумал, что М все-таки отравила меня, потому что сердце не должно так быстро стучать у здорового человека.

Мы продолжали говорить. Шутили и смеялись, хотя в нашем положении смешного было мало. Уверен, что все-таки мы были приблизительно одного возраста, а еще, что М устала от ответственности и силы, о которой она не просила.

Страшно подумать, через что ей пришлось пройти, чтобы быть готовой вот так сражаться. Боевого опыта у М в сотни раз больше, чем у меня, а ее навыкам выживания остается и только завидовать. Если бы она была из королевской семьи Сангвиса, то как и мои троюродные сестры носила изысканные платья, пила самый вкусный чай, и лакомилась пирожными, между прогулками в саду и дворцовыми сплетнями. Но М здесь, вместе со мной, на холодной земле пещеры.

Усталость взяла свое, и мои глаза начали слипаться. Я провалился в сон. Там я видел ее светящиеся золотом глаза и, манящую смотреть на губы, улыбку. Луна освещала выход из пещеры, когда я проснулся. Дождь наконец-то прекратился, костер продолжал потрескивать, поглаживая пламенем недавно подкинутые поленья. Но золотого свечения нигде не было видно.

До встречи, М.

***

Настоящее

Я задремал, провалившись в воспоминания. Проснулся сидя в кресле напротив окна. Светает. Я редко вижу сны, но, если ночные видения приходят, в них всегда будет Она. Это глупо.

Чувства пятнадцатилетнего подростка, оказавшегося на грани жизни и смерти в пещере посреди леса, не были любовью и даже влюбленностью. Не могли ими быть. Но я знал, что, если бы сейчас оказался в прошлом, ни за что не дал бы ей уйти.

До тренировки с командой оставалось больше часа, но я не мог сидеть на месте. Переодевшись в форму, решил последовать заразительно-плохому примеру Эмори и спрыгнул с окна. Удар о землю весьма отрезвляет, а пробежка с утра по лесу вокруг замка должна помочь проветрить голову. Но воспоминания не собирались так просто отпускать меня в реальность.

Я бежал и вспоминал, как вернулся к отряду. Альбин орал, заставил раздеться, и осмотрел с ног до головы. А когда не нашел ни единой царапины, врезал мне по лицу, разбив губу. Он тогда сказал, что покинет команду и больше никогда не пойдет со мной в бой. Конечно, пока мы добирались до столицы, он простил меня и сказал, что очень испугался, вернувшись в лагерь и не найдя меня там. После долгой лекции от отца, я поклялся, что больше никогда не стану сбегать, но и он пообещал, что я чаще буду посещать тренировки. Всех впечатлила моя «живучесть», а я так и не рассказал о встрече с М.

После того, как все успокоились и забыли о происшествии на границе, я стал искать информацию о Ней. Это было сложно. Все данные о Натерре хранились в архивах, доступ к которым имел лишь главный советник и король. Именно тогда я впервые осознал, как много можно добиться, пользуясь высоким положением.

В архивы я так и не попал, зато узнал, что М и есть та самая наследница королевского престола Натерры – золотой демон. Ее часто видели наши воины на границе. Живая легенда, страшилка на ночь для новобранцев и сущий ужас наяву, от которого у опытных воинов начинали трястись колени. Отряды, вступавший с ней в бой не возвращались, а те, кто успевал сбежать…, а таких не было.

Мне было сложно поверить, что девушка из пещеры и золотой демон – это М. Но именно из-за одержимости ею, в дальнем углу королевской библиотеки я нашел старый выцветший свиток с описанием утерянного артефакта магии крови – Фароса, огромного красного бриллианта.

Но я не успокоился, пока не получил подтверждения всех своих догадок о М. Ничего особенного, еще один старый свиток, донесение с границы, в котором говорилось, что в Натерре всеобщий праздник – у королевской семьи родилась девочка. Свиток был датирован 15 годами ранее, а это значит, что М была моей ровесницей, магом крови и принцессой Натерры. А ее настоящее имя – Мемория.

– Ты сегодня рано. – Веритас пристроилась рядом, выдернув меня из воспоминаний, и мы продолжили бежать вместе.

– Ты тоже тут, Тесси, – сказал я, толкнув подругу с дороги прямо в кусты.

Но Веритас была бы не Веритас, если бы не успела схватить меня за руку и потянуть за собой. Мы упали.

– Ваше высочество, если нас кто-то заметит в таком компрометирующем положении, то вам придется жениться на мне, – сказала Веритас, скинув меня с себя. Ногой. Ну да. Я заслужил.

– Тесси, ты говорила, что я должен отстаивать свои личные границы. Именно это я и хотел сделать. – Я даже не пытался встать с земли.

– Джеймс, мне приятно быть твоей мотивацией. – Она улыбнулась и протянула мне руку, чтобы помочь подняться, но я отрицательно покачал головой. Это было ошибкой. Веселая улыбка Веритас тут же сменилась оценивающим взглядом и хмурыми бровями.

– Что-то случилось, – сказала она, даже не спрашивая.

– Нет. Решил, что раз гравитация притянула меня к земле, остаться полежать тут чуть подольше.

– Отличная идея! Но может быть скажешь, что тебя тревожит? – Опустившись на траву рядом со мной, Веритас обняла колени руками и положила сверху голову, уставившись на меня, своими прозорливыми глазами.

– Не я один раньше времени выбежал на пробежку. Если у тебя настроение поговорить, то я тоже готов выслушать.

– Переводишь тему, – фыркнула она.

– Не отвечаешь на вопросы, – парировал я.

– Как и ты, Джеймс.

– Вот поэтому мы хорошие друзья. – Я улыбнулся. Это правда.

– Потому что не разговариваем?

– Потому что всегда понимаем друг друга даже без слов.

Веритас улыбнулась, и мы продолжили в тишине. Я лежал, а она просто сидела рядом. На дорожке послышались шаги. Я приподнялся на локтях, чтобы посмотреть, кто решил нарушить идиллию самой прекрасной музыки моей жизни – тишины. Это была Эмори. Если она вышла на пробежку, значит сейчас без пятнадцати пять. Девчонка всегда начинает тренировку на двадцать минут раньше нас. Если бы бежал Альбин, то было десять минут шестого. Он всегда начинает вовремя и ему нужно ровно десять минут, чтобы добежать до леса.