Дарья Лев – Ящик Пандорры (страница 2)

Гончий послушно передвинулся.

— Ты из-за дочери… такая? — он деликатно умолчал «какая», а я, по правде говоря, понятия не имела, что под этим подразумевалось. — Или раны?

Черт его знает. Ответ застрял где-то в горле.

— Где Эйл? — вместо этого спросила я.

— Пошел за водой и провизией, — мужчина пожал плечами. — Сказал, что вернется минут через тридцать.

— Дес, ты случайно не чувствуешь возвращение магии? — чем черт не шутит, вдруг повезет.

— Пока нет, — он прищурился. — Что-то случилось?

— Нет, — я перевела взгляд на трещины в напольной плитке. — Не отказалась бы от портала, да сама не могу.

— Портала? — удивленно переспросил Гончий.

— Да, такая штучка, которая позволяет перемещаться между мирами, — с трудом удержалась от желания закатить глаза и ткнула пальцем в амулет, снова подогревая воду. — У тебя белый, у меня — синий.

— Ты что, хочешь сбежать? — мужчина, к его чести, проигнорировал откровенную издевку в моем голосе.

— Почему нет?

— Лина, это ведь Эйл, — ему понадобилось не меньше минуты, чтобы ответить.

— Спасибо, я в курсе, — мрачно покосилась на него снизу вверх. — Мне кинжал не в голову попал.

— Извини, если лезу не в свое дело, — Гончий выглядел несколько смущенным, — но ты сама затронула тему. Ты действительно хочешь сбежать от того, кого любила? Ну или любишь.

— Ему это вышло боком.

— Ради него ты изменила свою жизнь…

— Что вышло боком всем нам.

— Решилась подарить ему ребенка…

— Не совсем так, я тебе говорила.

— Перестань меня перебивать, — не выдержал мужчина. — Почему ты бежишь от него?

Я отлипла от бортика на мгновение, зачерпнула воды в ладони и умыла лицо. Легче, естественно, не стало.

— Он назвал меня Линаэль, — признание прозвучало глухо.

— И? — Дес выгнул бровь.

— Ему всегда казалось, что Лина звучит чересчур резко и жестко, — я сама толком пока не могла сформулировать мысль, что хотела высказать. — Поэтому появился такой вариант.

— Это что-то интимное? — догадался Гончий.

— Можно и так сказать, — нервно усмехнулась. — Он звал меня так только когда говорил о том, какие нежные чувства питает.

— Разве плохо узнать, что даже спустя столько времени эти чувства не изменились? — прозвучало как-то слишком тихо.

Не плохо — ужасно. Линаэль похоронили под той статуей в саду, и она, в отличие от Эйла, как-то не торопилась воскресать.

Я потянулась за полотенцем, обернулась им, поднимаясь по ступенькам из бассейна, окончательно наплевав на правила приличия. Надоело смотреть на него будто с пола.

— Представь, что открылась дверь, — я махнула в сторону входа в купальню, — и вошла твоя Беата. Целая и невредимая. Что бы ты сделал, Дес?

— Не знаю, — честно развел он руками. — По крайней мере, был бы рад за нее.

— Я тоже рада, — спешно заверила его. Или себя. Это «рада» у меня уже в печенках сидело. — Правда. Но если бы она делала вид, будто не было ее смерти, как бы ты себя повел? Представь, что она бы ждала от тебя того же отношения, что раньше?

— Вы обменялись всего парой фраз, а здесь нужно время, — Гончий звучал настолько спокойно и рассудительно, что я диву давалась. — Вам надо поговорить нормально, обстоятельно.

— Он смотрит так, будто ничего не изменилось, — досадливо тряхнула головой. В чем-то Гончий был прав, но и своей интуиции я верила. — Не понимаю, как такое возможно. Я боюсь его вопросов, боюсь своих. Еще больше боюсь услышать ответы на них, — я потерла переносицу, поморщилась от ощущения намокшего бинта на бедре, сползающего вниз по ноге.

— Поговорить все равно придется.

— Почему?

— Потому что побег не отменит того факта, что твой Эйл жив-здоров, — как-то довольно жестко отозвался мужчина. — Даже если сейчас уйдешь, все равно рано или поздно вернешься к нему за ответами. Не лучше ли разрубить узел сразу?

Может и лучше. Только… Как можно деликатно сообщить воскресшему мужу, что его явление совсем некстати, ведь ты давным-давно примирилась с его смертью?

*****

Когда Лина ушла, я несколько секунд еще молча смотрел на неровную дорожку ее мокрых следов, становящихся все призрачнее. Глупое решение, в доме везде грязь, щепки и осколки, стоило бы надеть сапоги. Впрочем, похоже, несмотря на довольно привычные саркастичные нотки, она была совсем не в себе.

Я медленно выдохнул и провел рукой по лицу, пытаясь стереть усталость.

— Ну конечно не в себе, идиот, — пробормотал вслух, раздеваясь.

Спустившись в бассейн, сперва потянулся к тому же артефакту, вмонтированному в бортик, что касалась Лина, но рука зависла в воздухе. К черту, нет смысла прикидываться, когда поблизости никого.

Щелчок пальцев подогрел воду куда эффективнее. С тех пор, как у меня проявилась магия в принципе, я никогда ее не лишался до того момента, пока не коснулся этих чертовых кинжалов. Поэтому даже подумать не мог, что испытаю такое облегчение просто от ее возвращения. Как будто наконец-то можешь дышать полной грудью.

Я усмехнулся уголком губ. Забавно. Лина спросила о магии — я солгал. А ведь первая мысль, которая мелькнула, была совсем другой.

Хватай ее. Открывай портал. Уводи прямо сейчас.

Пока она сама не передумала. Пока не вернулся этот остроухий придурок со своей тоской и любовью тридцатилетней выдержки, раздражающий до зубовного скрежета.

Вообще-то эта мысль была такой просто, что казалась правильной. Я даже не секунду представил, как бы это могло выглядеть. Ведьма бы ни одного вопроса не задала, шагнула в портал прямо отсюда.

Я окунулся в воду с головой, выпрямился, убирая с лица мокрые волосы.

Чушь. Да, шагнула бы. Наверняка бы даже сказала спасибо. А потом, когда прошел бы шок от случившегося… Я невольно фыркнул. Потом бы поняла, что натворила. Поняла бы, что сбежала, даже не поговорив со своим остроухим, не задав вопросов, которые не могли не появиться у нее. Угадайте, кому бы досталось на орехи по первое число? Полагаю, я бы отхватил такую взбучку, что пожалел бы, что родился на свет.

Задержав дыхание, снова погрузился в воду, но теперь уже ненадолго остался внизу, отсчитывая секунды.

Честно говоря, она была бы права при таком раскладе. Тот взгляд, который у нее был при словах о желании сбежать — не так смотрит человек, который принял решение. Скорее тот, кто совершенно не знает, что делать, пытается думать, но не выходит.

Вынырнув, проморгался и с наслаждением выдохнул.

Все я правильно сделал.

Потянувшись за мылом, невольно задумался об Эйле. Я хотел знать, что в нем особенного, но не предполагал, что жизнь так быстро предоставит возможность лично выяснить.

Мне он не понравился. Чисто интуитивно. И нет, не потому, что его что-то связывало с ведьмой, или у нас не было достаточно времени пообщаться. Этот эльфийский хрен не выглядел… изумленным, что ли? Когда Лина увидела его и грохнулась в обморок, первое, о чем он меня спросил — кто я и почему сопровождаю его жену. Не говоря уже о том, что я не без труда отговорил его от попытки растолкать ее из обморока прямо в тот же миг, чтобы они могли поболтать.

Я слышал их с Линой утренний разговор. Вообще-то и украдкой видел, чего уж там. Заметил, как позже он топтался около двери купальни, когда Лина ушла сюда. Ходил из стороны в сторону, как пацан, который вроде и подглядеть собрался, и решиться на это никак не может. Несколько раз мне казалось, что он вот-вот постучит, но каждый раз остроухий благоразумно передумывал.

Она попросила дать ей время, в чем проблема?

Со стороны могло показаться, что он просто нервничает, переживает, и в этом не было ничего странного или подозрительного. Но, черт возьми, я чуял что-то не то. Больше походило на хищника, который поджидает добычу. А с учетом того, что я видел, и сказала сейчас сама Лина… Вообще-то, кажется она права в опасениях, кое-кто застрял в прошлом.

Эта мысль мне совсем не нравилась. Ее разбавляла только тайная злорадная насмешка — очнувшись, ведьма не возрыдала от счастья, бросившись на шею остроухого.

Смыв пену, я сам не понял, как задумчиво уселся на ту же ступеньку, где сидела Лина, и откинулся назад. Что же, ее можно понять, вот так полежать в горячей воде довольно неплохо.

И было куда лучше, если бы кое-кто не воскрес.

Нет, правда, что за хрень? Очевидно, что Лина действительно считала его мертвым, так что, мать вашу, тут творится? Почему он жив, почему не искал ее? Думал, что она мертва?

Запрокинув голову назад, я раскинул руки по обе стороны бортика и уставился в стеклянный потолок, покрытый каплями осевшего водяного пара, то и дело срывавшимися на пол и в бассейн. Пара капель шлепнулись мне прямо на лоб, и я невольно зажмурился.