Дарья Лев – Тень Страха (страница 84)

Я был чертовски уверен в том, что у нее ничего не выйдет. В самом деле, как можно окрутить того, кто совершенно точно знает, что происходит? Тем более, когда он не питает к тебе никакого интереса. Да и что она может сделать? Поцеловать? Сказать что-то крышесносное? Попытаться раздеться?

Будет здорово щелкнуть ведьму по носу. Может, стоило намекнуть, что мне уже довелось однажды видеть ее обнаженной? Ну чисто ради того, чтобы она не тратила силы на топорные методы.

Лина шагнула ко мне. Медленно, плавно, неотрывно глядя прямо в глаза, с улыбкой. Довольно зловещей, я бы сказал. Я не шелохнулся, чтобы даже случайно не принять правила ее игры, ведь не имел о них ни малейшего представления. Ведьму это, кажется, вообще не беспокоило. Она шла вперед красиво, спокойно, не той походкой, которой ждешь при соблазнении, но дьявольски уверенной. Шла, пока не остановилась совсем близко, буквально в нескольких сантиметрах. Сделай кто-то хоть полшага – могло бы стать неловко. Воздух между нами стал практически ощутимым, плотным. Теплым.

Я почувствовал его почти сразу: легкий, сладкий аромат, исходящий не то от кожи, не то от волос ведьмы. С горчинкой. Будто кто-то намешал ягоды вишни с алкоголем и сыпанул сверху каких-то пряностей. Такой, что хотелось вдохнуть его снова, чтобы распробовать. Забавно, так же ощущался для меня ее след.

Лина смотрела снизу вверх, с явным превосходством. Искрящийся синий взгляд оценивающе заскользил по мне вниз. Задержался на губах, плечах, груди, остановился на пряжке ремня и чуть ниже. Я ощутил его почти физически. Черт возьми, если бы мои глаза были закрыты, я бы мог поклясться, что она рукой по мне провела. Тело реагировало как-то чересчур заинтересованно, опережая голову.

Дыхание ведьмы на краткий миг сбилось, прервалось, а потом стало куда глубже. Невозможно было не смотреть, как ее грудь с каждым вздохом поднималась и опускалась все тяжелее. Она едва заметно закусила губу, словно пыталась сдержать улыбку, и, наконец, снова посмотрела мне прямо в глаза. Опять вдоль всего тела и в глаза.

Дерзко. Прямо. Без тени смущения. Разгорающееся возбуждение было очевидно, но она даже не пыталась его скрыть.

Все так же молчала.

Я был уверен – еще секунда, и Лина попытается коснуться. Вот тогда можно будет поставить точку. Усмехнуться. Отвести ее руку раньше, чем она тронет. Отступить и не выглядеть проигравшим.

И вдруг все рухнуло в бездну.

Ведьмин взгляд изменился. Резко, в одно мгновение. Она выглядела растерянной, словно сама не ожидала, того, что произошло. Длинные ресницы дрогнули. Лина тяжело сглотнула, посмотрела в сторону, собираясь с мыслями, потом неуверенно взглянула на меня. То глаза в глаза, то на мои губы.

Комната вокруг перестала существовать. Желание уязвить ее перестало существовать, необъяснимая злость на нее – тоже. Даже гребаная сделка, что нас связала, потеряла всю значимость. Гильдия, отчет, братец, демон – чем дольше я проваливался в чистые и ясные, широко распахнутые в изумлении глаза ведьмы, тем больше все это казалось очень далеким. Осталось только расползающееся по телу теплое ощущение, что я тут не случайно. Очень странно чувство, щекочущее нервы. Не понимаю, откуда потянулись такие мысли, но… Я выбран. Нужен. Желанен, черт возьми, как единственный мужчина, к которому ее тянет. Не просто телом – целиком и полностью.

Это ударило по башке куда сильнее любого алкоголя.

Неужели ведьма попалась на собственную удочку? Я готов был дать руку на отсечение, что собственные чувства вырвались из-под ее контроля, и вся эта близость и напряжение, что задумывались как план, обернулись ошибкой.

Довольно будоражащей кровь. Опасной.

Лина чуть потянулась наверх. Еще мгновение – и я бы не стал сопротивляться, вздумай она меня поцеловать.

Сопротивляться? Боги, да я уже был готов принять этот поцелуй, хотел, чтобы она, в конце концов коснулась меня. Тогда я смогу сделать вид, что всего лишь поддался.

Мое желание сбылось слишком быстро, но совсем не так, как ожидал: в живот резко что-то уперлось. Быстро, с силой, хоть и не больно. Тело привычно напряглось, принимая сдержанный удар. Скосив глаза вниз, я увидел кулак ведьмы.

– Если бы не сделка с Асом, это был бы острый преострый ножик, – ласково промурлыкала Лина прямо мне на ухо, дыханием пощекотав кожу. Таким бы голосом шептать непристойности, а не угрожать смертью. – И ты бы ничего не успел сделать. Ни-че-го.

О том, где и как отозвалось дуновение воздуха, сорвавшееся с ее губ, лучше было не думать.

Ведьма отстранилась и отступила на пару шагов. Лицо как по щелчку пальцев изменилось: ни следа растерянности, смущения, возбуждения. Привычная язвительная холодность, откровенная издевка в ледяных глазах.

Блядь, да она даже дышала ровно, как ни в чем не бывало!

– Забавно, – торжествующую улыбку победительницы Лина еле сдерживала. – Вышло даже проще, чем я думала. Грудь и не понадобилась вовсе.

Довольный смех – резкий, звонкий – резанул слух.

Развернувшись на каблуках, ведьма оставила меня один на один с безоговорочным поражением. В гостиной без нее стало как будто темнее, холоднее.

Идиот.

Придурок.

Сердце билось глухо, тяжело, пульс отдавался в висках. В паху – напряжение, в голове – пустота и разочарование напополам.

– Твою мать… – выдохнул, не глядя плюхнувшись обратно на кушетку.

Я повелся. Повелся, как последний безмозглый сопляк.

Действительно поверил: со мной у нее что-то пошло не по плану.

А теперь зол. Причем сам на себя, потому что в глубине души ощущаю жгучую досаду, что в этом спектакле не было ничего настоящего.

Или все же было? Можно ли так правдоподобно показать то, чего нет? Какова вероятность, что Лина просто сумела под конец взять себя в руки и скрыть истинные чувства?

Очевидно, гораздо меньше, чем мне бы того хотелось.

*****

Я вышла из гостиной, не оглянувшись. Не потому, что как-то боялась выдать себя – просто не было нужды смотреть на поверженного врага дважды. Да, может в глубине души я и рассчитывала на больший эффект, но его опешившая рожа… Просто восторг. Как будто я его ударила не в живот, а прямо по самолюбию.

Жаль, конечно, что сделка между ним и демоном все же действует. Теперь, когда стало понятно, что и к нему можно подобраться на расстояние удара, строя глазки, особенно обидно осознавать невозможность нанести этот удар как следует.

Вышагивая по коридору, я вдруг поняла, что из-за этих дурацких игрищ забыла уточнить у Гончего, когда мы отправимся в Вартос, и замолвит ли он словечко перед Витором. Но возвращаться не стала. Если верить его лицу, он оставался в гостиной несколько дезориентированным, поэтому вряд ли в состоянии будет сейчас принимать какие-то решения. А если уже сумел прийти в себя – что ж, для моей самооценки будет вредным узнать, что женские чары действовали так недолго.

Поэтому я просто пошла дальше. И поймала себя на том, что постоянно пытаюсь сдержать довольную ухмылку.

Это было немного рискованно, но в итоге вышло даже проще, чем я предполагала. Гончий – тип сложный, в чем-то даже мутный, упрямый, как стадо баранов. И, надо полагать, искушенный в женском обществе, за четыре-то с лишним века. Вряд ли со своей мужественно-смазливой рожей он предпочитал прозябать в одиночестве. Тут не возьмешь ни топорным кокетством, ни обнаженкой, ни откровенной пошлятиной.

А вот дать ему мимолетное ощущение, что контроль исчезает не у него, а у меня… Я поставила на это. Сделала все, чтобы он поверил, что неожиданно для самой себя я разглядела в нем нечто волнующее, притягательное.

Хорошо никто ему не рассказал, что я могу сохранить контроль даже рядом с тем, в кого действительно влюблена. Что уж говорить про невыносимого и самодовольного гада, который посмел читать мне нотации?

Зайдя в комнату, я первым делом стянула сапоги, вытащила шпильку, от которой уже начинал ныть затылок, и пальцами прочесала волосы, легонько растирая кожу головы. Подошла к зеркалу за расческой и невольно задержалась на мгновение, разглядывая отражение. Так и есть, ни следа той растерянной взволнованной девицы, что была продемонстрирована Гончему совсем недавно.

– Дурак, – беззлобно хмыкнула и поправила прядь волос у лица.

Полагаю, я достойно отплатила за его поддевки, грязные намеки и чушь насчет меня и Аса. Очень надеюсь, что он усвоит этот урок, иначе придется продолжить перевоспитывать хама, пусть и нет времени заниматься подобной ерундой.

Глава 29

Я не любила ждать в принципе. Ждать, теряясь в догадках – тем более. А ждать, теряясь в догадках, для чего тебя срочно выдернули из блаженного уединения рано утром, в то время как голова забита внезапными проблемами – аду подобно.

По кабинету Асмодея кружила, не останавливаясь, пытаясь на ходу разгрести бардак в своей голове. Мне казалось, стоит остановиться, как одолевшие тревожные мысли навалятся скопом, и я закричу.

Лисии не было слишком долго. Слишком, для такого простого поручения. Возможно, я бы не переживала на этот счет, подумала бы, что она решила воспользоваться моментом и немного передохнуть от роли няньки Ричарда. Но, черт возьми, она бы предупредила о таком. Вместо этого на рассвете я получила сообщение буквально из нескольких слов: «С талиерами не все ладно, детали сообщу позже».