Дарья Лев – Тень Страха (страница 63)

Если Севара внизу не окажется, вариантов у нас немного: уйти или отыскать способ просочиться на второй этаж.

– Лина, что будем делать? – вывел меня из раздумий Гончий. – Пойдем искать твоего знакомца или стоит подождать?

Самой бы знать. Безопаснее было бы подождать здесь, но кто знает, вдруг Севар не спустится? Почувствовать, в таверне ли он, я никак не могла: присутствие других алатов перекрывала для меня близость Гончего, не надевшего кулон. Или же в зале были и другие крылатые.

Спустя примерно полчаса молчаливого изучения толпы я начала раздраженно постукивать пальцами по барной стойке. Севар за это время так и не объявился, зато у меня от дыма постепенно начинала болеть голова: на трезвую эти жгущиеся благовония выносить было невозможно. А бокал Гончий мне так и не отдал, пресекая любые попытки его отобрать.

Обведя зал машинальным взглядом, я зацепилась за кое-что интересное и задумчиво прищурилась. Тот тип, что пытался ко мне клеиться, беседовал с охранниками, караулящими лестницу наверх, и, судя по всему, отношения у них были весьма дружеские. План возник в голове почти мгновенно. Крутанувшись к бару, я позаимствовала запечатанную бутылку вина и соскочила со стула.

– Жди здесь, – коротко бросила Гончему. – Есть идея.

Прежде, чем он попытался меня остановить, я чуть распустила шнуровку на декольте платья и направилась к своей несчастной жертве.

Глава 22

Честно сказать, была у меня толика сомнений, что все сработает, как надо. В конце концов, сперва я его обозвала, напугала до усрачки, а теперь вдруг вешаюсь на шею, нашептывая хрен знает что, лишь бы пробраться наверх для уединения. Но, на мою радость, придурок оказался из того типа мужчин, у которых ни одна извилина не шевельнется в подозрении, стоит услышать обещание задрать для него юбку. Он дольше с охраной щебетал, чем колебался, прожигая взглядом мою грудь.

Награда нашла своего героя практически сразу, как мы оказались наверху. Незадачливый тип завел меня в какую-то ближайшую комнату, а дальше… Ну не знаю, может, дело именно в вине, но что кувшинчик в свое время, что бутылка сейчас – результат на загляденье. Переступив через растянувшееся на полу тело, я чуть замешкалась, потом поставила бутылку на уровне его закрытых глаз. Пусть будет легкий утешительный приз. Затянула шнуровку на груди и вышла прочь.

– А ты все такая же злюка, – стоило осторожно прикрыть за собой дверь, как тихий смешок за спиной едва не заставил подскочить. Обернувшись, я удивленно уставилась в темные, практически черные глаза Севара. – Парень жив?

Вообще-то я сюда поднялась, собственно, чтобы найти его, но встреча все равно вышла слишком внезапной. Обогнув меня, алат заглянул в комнату, хмыкнул и покачал головой.

– Иди-ка за мной, злыдня, – больно подцепив под локоть, он размашистым шагом потащил меня за собой по коридору. – Не хватало еще, чтобы кто-то в таверне тебя опознал.

– Здесь каждую ночь ошивается куча всякой шушеры из списка самых разыскиваемых, а ты боишься, что узнают одну бедненькую алату? – скептически фыркнула, едва поспевая за мужчиной и пытаясь не подвернуть ногу на тонком каблуке. Нет, все же красота того не стоит, в следующий раз, если таковой будет, выберу обувь поудобнее.

– Ты поэтому притащила с собой Гончего? – Севар бесцеремонно впихнул меня в комнату, оказавшуюся каким-то подобием библиотеки, кабинета и спальни сразу. Так сходу и не разобрать, на что больше походит. Да и после полумрака таверны здесь было слишком ярко, аж глаза заслезились. – Он тут охотится на шушеру?

– С чего ты взял, что я пришла с Гончим? – совершенно искренне опешила, едва проморгавшись. Правда, теперь зарябило от обилия узоров и цветов в комнате. Как по мне, так он совсем не походил сегодня на члена Гильдии, скорее на мрачного и недовольного мага, что-то в этом роде. Зря, что ли, я заморочилась с его переодеванием?

Алат молча кивнул на небольшое облачко дыма, закружившееся над ажурной круглой курильницей для благовоний. Я всмотрелась в медленно проступившую картинку: Гончий, развернувшись лицом к бару, допивал второе «Сердце ведьмы», судя по всему, отобранное у меня, время от времени поглядывал куда-то наверх и раздраженно постукивал пальцами по стеклу. Я уже хотела было спросить Севара, что, собственно, он пытается мне показать, как подавилась на полуслове: мужчина в очередной раз нервно перебрал пальцами, и я заметила отблеск перстня на его безымянном пальце.

Идиотка. Поверить не могу, что мне в голову не пришло проверить, снял ли он кольцо Гильдии. И он – придурок, поперся к алатам-отступникам с перстнем. Остается надеяться, что в темноте никто из посетителей таверны не окажется таким же внимательным, как хозяин.

– С чего ты взял, что с ним пришла именно я? – сориентировавшись, изобразила улыбку. – Мало ли кто здесь бывает.

Севар безмолвствовал. На его лице, с тонкими и чересчур изящными, на мой вкус, чертами лица невозможно было разобрать ни одной эмоции. Безжизненный взгляд, лицо-маска – я всегда опасалась, что после своих восьмисот могу превратиться в нечто подобное. Хотя способность никоим образом не выдавать своих чувств и мыслей все же вызывала некоторое восхищение. Не сводя с меня глаз, алат потянулся к широкой плоской чашке, осторожно пригубил травяной чай. Молчание как-то слишком затягивалось.

– Он здесь просто как мой сопровождающий, – наконец, сдалась я, переступив с ноги на ногу. Каблуки увязли в мягком ковре по самое не хочу. – Ручаюсь, проблемами это не обернется.

– Как посмотреть, – загадочно отозвался Севар, убирая чашку в сторону. Неторопливо расправив ворот расшитой сложным узором рубашки на восточный манер, он перекинул длинную черную косу вперед и откинулся на спинку резного стула. – Зачем ты явилась?

Прозвучало как-то излишне грубо. Недобрый знак.

– Хотела переброситься парой слов, – не стоило терять время на светскую беседу с тем, кто не выказывает радости от твоего появления. – Ходят слухи, что в последние месяцы пропадают алаты из числа отступников.

– Больше, чем обычно, но меньше, чем стоит моего внимания, – талант Севара отвечать на вопросы подобным образом из моей памяти как-то подстерся.

– И даже то, что за этими исчезновениями стоит Вильгельм, того не стоит?

– Гораздо интереснее, с чего ты обеспокоилась, – усмехнулся краешком губ алат. – В свое время немало отступников пропало именно благодаря тебе.

– Меня беспокоит, что нынешние пропавшие не представляли никакой опасности для нашей бывшей свиты, – я предпочла пропустить мимо ушей справедливый упрек и не оправдываться. – Думала, ты можешь знать какие-то детали, например…

– Мне абсолютно плевать, – перебил Севар с легким раздражением. – До тех пор, пока меня лично это не касается. Тебе ли не понимать это чувство, сама же всю жизнь в свите придерживалась именно такого принципа. Что бы ни творил Вильгельм, плевала с высокой башни, пока тебя не задело. Откуда вдруг приступ благородного переживания по отношению к совершенно посторонним алатам сейчас?

– Может, я все же изменилась?

Алат напротив расхохотался, но смех вышел каким-то холодным, бездушным.

– Забавно, – он сделал вид, словно утирает слезинки. – Лина, ты все та же мстительная злючка. Не делай вид, что это не так. Вся ваша с Вильгельмом ерунда с противостоянием лишь следствие того, что он наступил тебе на больную мозоль и не извинился, не более. Не соверши он этого – ты бы сейчас была в курсе всех похищений из первых уст. И вряд ли бы испытывала угрызения совести.

– Ты понятия не имеешь, в чем причина моего ухода, – в душе вспыхнул гнев. Я готова была бы выслушать любую мерзость о себе, но лишь от того, кто знает всю историю целиком и полностью. Севар сюда явно не вписывался.

– Детали, детали, детали, – отмахнулся он. – Сути не меняет. На будущее – здесь тебе не рады.

– В чем причина? – уязвлено поинтересовалась я. Не нравится мне тон нашего разговора. Почему-то какое-то дурное предчувствие. – Нам вроде бы нечего было делить?

– Из-за твоих выбрыкиваний я вынужден работать на Вильгельма, – сквозь маску невозмутимости на лице Севара все же прорвалось раздражение. – Условием моего освобождения от службы было твое появление в свите. Теперь, когда его личный распорядитель кошмаров разводит драму, он постоянно привлекает меня к делу.

И открытые, и закрытые части моего тела мгновенно покрылись мурашками. Будь я проклята, мы с Гончим выбрали худшее место для наведения справок. Я выбрала. Притащила нас к тому, кто связан с бывшим покровителем больше, чем мне бы хотелось.

Вообще-то, если бы не легкое ощущение паники, я бы оценила иронию. Шла сюда в надежде, что Севар в курсе дел свиты, а теперь разочарована, что так и есть.

– Хочешь сказать, что… – закончить вопрос я так и не смогла. Вместо этого нервно сглотнула и оглянулась, высматривая пути к отступлению на случай, если в дверь не проскочу. Портал был бессмысленным: у Севара алатский опыт раза в два больше моего, перехватит, как щенка за шкирку.

– Можешь не озираться, я не собираюсь сдавать тебя Вильгельму, – верно расценил мои оглядки алат. – Стоило бы, конечно, но не стану. Ты же не упустишь шанса отыграться на мне за предательство, когда вернешься в свиту. Да и нашему покровителю за неудобства, если честно, хочется подгадить.