Дарья Лев – Тень Страха (страница 4)

Однако, явно не сегодня. Стоило приблизиться к заветному шкафчику, как за спиной раздался удивленный голос смотрителя:

– Элина? Ты разве не собиралась сегодня уйти пораньше?

– Как раз пошла за сумкой, – улыбнулась я Витору со всем возможным обаянием, мысленно поблагодарив темных богов, что дорога к каморке архивариусов пролегает непосредственно мимо заветного стеллажа. – До завтра!

Главный смотритель рассеянно кивнул, усевшись за рабочий стол, расположенный, как назло, на входе в особую секцию. К счастью, он настолько погрузился в свои бумажки, что не заметил моей разочарованной гримасы, плохо вязавшейся с образом.

На улице снова стояла отвратительная жара, и даже под вечер она преследовала жителей города: раскалившись под полуденным зноем, камни мостовой и зданий охотно возвращали жар в и без того теплый воздух. Обычно пешая дорога до дома не прельщала, но сегодня я готова была и прогуляться. Вечером предстоял официальный прием по случаю помолвки, и я не имела ни малейшего желания там присутствовать.

Задумавшись о своем якобы женихе, я едва не упустила момент, когда по рукам пробежали до боли знакомые щекочущие иголочки от близкого присутствия другого алата. Передернувшись от мерзкого чувства, я нырнула в тень ближайшего проулка и замерла, прислушиваясь к своим ощущениям. Кто-то из пернатых был совсем рядом, но вот плохо это или хорошо – понять сложно.

Мимо в сторону архива синхронными шагами практически проплыли над мостовой двое молодых людей. Я увидела их лица только сбоку, мельком, но вжалась в стену так, будто пыталась с ней слиться. Одни из лучших ищеек из свиты моего бывшего покровителя, специализирующиеся на поиске тех, кто перешел Вильгельму дорогу.

Первой мыслью было сразу бежать прочь из этого мира, не теряя ни минуты форы. Я не верю в совпадения, и если эти двое здесь, значит, мои надежды рухнули, бывшая свита все же вышла на след. Но, дьявол, как же было жаль бросать на полпути попытку заполучить хотя бы бестиарий из библиотеки Гревальского! И потом, здесь оставалась Нэйт, которая ни сном ни духом о появлении Вильгельмовских прихвостней. Обругав бывшего покровителя последними словами, я осталась в переулке, решив дождаться, пока ищейки покинут архив.

Спустя примерно полчаса томительного ожидания они вышли на улицу. Довольными гаденыши не выглядели, что лично меня не могло не радовать: видимо, не получили желаемого. Проводив взглядом их затухающий портал, я быстро перескочила улицу и нырнула в прохладу архива.

– Ты же ушла вроде? – опешил юноша-помощник, который едва не подвернулся под ноги.

– Кое-что забыла, – отмахнулась я. – Скажи, а кто только что вышел отсюда?

– Без понятия, – невольно поежился паренек. – Неприятные какие-то. Приходили к Витору, спрашивали про книжки и девушку.

– Книги? – с замиранием сердца уточнила я. – Какие еще книги?

– Да я не понял, – пожал плечами мальчишка, даже не задумавшись, почему меня это интересует. – Вроде спрашивали у главного, не приходила ли за старыми книгами девушка со странными волосами, бордовыми. Он с того момента такой мрачный и задумчивый, что аж жуть берет.

Дальше слушать словоохотливого парнишку я не стала, все и так было понятно.

Даже выйдя обратно на улицу, я чувствовала, как по спине скользит холодок страха.

Итак, мой дорогой покровитель, очевидно, если и не узнал о том, что я показала горожанам «злую ведьму», то пронюхал, что снова начала собирать сведения об алатах и ритуалах, связанных с душой. Не удивлена, что он решил помешать. Для меня это значило только одно: стоило бы опять уйти в тень. А то и залечь на самое дно. Кто его знает, в какие еще миры и кого он отправит? Здесь с ищейками посчастливилось разминуться, но такое везение меня балует не часто. Да и отсюда все же надо убираться как можно быстрее. Витор когда-то охотился на мне подобных, и стоило больших трудов отвадить его от этого ремесла. В моей местной личине он вряд ли мог заподозрить печально известную ему алату, но искушать судьбу не стану и в архив больше не вернусь. Жаль, конечно, что не получилось сунуть нос в древний засекреченный манускрипт о жизненных нитях, но… У меня все еще оставался крохотный шанс получить бестиарий, что хранился у Гревальского. Список известных книг и рукописей об алатах для Вильгельма я составляла лично, и на тот момент никому не был известен владелец уникальной книги, лишь мир, в котором она хранится. Поэтому сегодняшний вечер можно было использовать с умом.

Вид очередного кошмарного кружевного платья едва не пошатнул мою уверенность идти на торжественный прием.

– Где тебя носило? – поинтересовалась Нэйт, деловито зашнуровывая мне корсет. Силу алаты она явно не сдерживала, а потому в какой-то момент увлеклась, превратив мою талию в нечто нечеловечески тонкое. Мимолетно полюбовавшись результатом, я, не выдержав, охнула, и девушка торопливо ослабила шнуровку. – Герцог своим нытьем чуть плешь не проел. Ты должна была прийти еще час назад.

– Кое-что случилось, – отмахнулась я. Потом все же призналась: – Едва не напоролась на ищеек Вильгельма.

Проворно снующие по шнуровке руки девушки остановились.

– Что? – спустя мгновение отмерла она, вновь зашуршав шелковой лентой. – Это шутка?

– Я не шучу настолько несмешно. Так что закончим здесь и иди паковать вещи. Мы здесь последние часы. Лучше скажи, что-то узнала на счет нужного фолианта?

– Все глухо, – поморщилась Нэйт в ответ. Откровенно говоря, я ждала от нее недовольного «я же говорила» и бурчания, но алата сдержалась. – Да, хранится книга где-то в библиотеке Гревальского, но проще обчистить королевскую сокровищницу, чем влезть туда. Уж не знаю, в чем причина, но охраняет он это место больно тщательно. Кто-то из нас без труда просочится, в принципе, но придется пошуметь. Насколько я поняла, там магическое оповещение о проникновении без ведома хозяина, хотя точно ничего на этот счет не скажу, магия – не мой профиль.

– Искренне надеюсь, что такая защита не просто так, – задумчиво вздохнула я, пока девушка помогала мне натягивать платье. Село, как влитое, правда, декольте оставляло унизительно мало простора воображению. Что ж, буду дышать как можно реже, благо, что это не составит труда. По сравнению с этим куском тафты платье на казни было монашеским. – Ладно, время еще есть, попробую вытрясти фолиант наглой лестью.

– Да что тебе вообще с этой книги? – не отпускал Нэйт приступ любопытства. – Ты настолько вцепилась в идею узнать о происхождении алатов? Какой в этом толк?

– Это поставит меня на один уровень знаний с Вильгельмом, – аккуратно расправив пышную юбку пыльно-розового цвета, я села на пуфик перед зеркалом, поручив шевелюру умелым рукам девушки. – Он манипулирует всеми, даже Высшей Ложей, в спорные моменты демонстрируя, что знает об алатах гораздо больше, чем другие. Я хочу лишить его это преимущества. По крайней мере, по отношению к себе.

– Всего-то? – уточнила Нэйт, когда пауза затянулась. При этом она ни на мгновение не прекращала колдовать над моей головой раскаленными щипцами, превращая тяжелые локоны в причудливо собранные воздушные кудряшки. – Не думаешь, что овчинка выделки не стоит?

– Есть и другой момент, – уклончиво отозвалась я, тщательно выбирая слова. – Некая проблема, которая существенно осложняет мне жизнь, и которую я могла бы решить, если бы знала о нашей природе больше.

Объяснение вышло так себе, но ложью не было. Ну разве что самую малость.

Пока я думала, стоит ли разжевывать сущность «проблемы» для Нэйт, не рискуя довести ее до нервной истерики, в отражении увидела, как она равнодушно дернула плечом. Вопросов больше не последовало, из чего я решила, что интерес алаты к этой теме угас. Тем лучше. Никогда не любила говорить о своей худшей половине.

– Готово, – довольно заключила девушка, отойдя чуть в сторону и любуясь работой.

– Что ж, тогда пожелай мне удачи и терпения, – с усмешкой вздохнула я, нетерпеливо подскакивая с места. – Чем быстрее закончим здесь, тем быстрее сделаем ноги. Собирайся и жди меня.

– Лина! – окрик алаты остановил меня на самом пороге, заставив повернуться. – Волосы!

Хлопнув себя по лбу, я отыскала на туалетном столике золотистый флакончик и сделала глоток приторно-сладкого зелья. Кожу головы неприятно закололо, пока легкомысленная прическа приобретала пепельный оттенок.

– Совсем забыла, насчет девочки, – вдруг спохватилась Нэйт. – Я помогла ей уехать, но кажется, что она направилась в родную деревню вместо того, чтобы скрыться.

– Если бы меня интересовали детали, я бы спросила сама, – желание почесать зудящую от действия зелья макушку почти прошло.

– Просто я подумала, что тебе стоит знать, – развела руками алата. – Она поперлась туда, где ей рады не будут.

– Я по счастливой случайности вытащила эту девчонку из огня, но не давала клятв присматривать за ней. Хочет обратно на костер – ее право.

Нэйт недоуменно вскинула брови, но продолжать не стала.

Войдя в гостиную, я пожалела, что не стала уточнять у Гревальского, что в его понимании «скромный прием для самых близких». Ибо самых близких в зале, по приблизительным подсчетам, было человек шестьдесят, не меньше. Кого-то я уже видела на балконе ратуши, но подавляющее большинство лиц было новыми.