Дарья Кузовкова – Круазетта не хочет умирать (страница 4)

Я помотала головой, разгоняя непрошенные воспоминания. Свободных мест почти не было. Большинство столиков было занято парочками или небольшими компаниями. Точно, каникулы же. Студенты торопятся запить жёсткий гранит науки приличным кофе и заесть нежным пирожным.

Столик наконец-то нашёлся, крошечный, в самом дальнем углу, зато у окна. Ко мне тут же подскочил смазливый паренёк, положил меню и выжидательно замер. Я пробежалась глазами по неожиданно длинному списку.

– Могу предложить хит сезона: лавандовый доппио на вспененном альтернативном молоке с сиропом макадамия и тонким послевкусием кленового пекана и хиддекского перца.

– Чего? – только и смогла произнести я, когда он перестал пулять непонятными словами, – Давайте просто кофе с молоком. И пироженку какую-нибудь.

– Молоко обычное, овсяное, миндальное, кокосовое, рисовое, безлактозное? – всё-таки попытались наставить меня на путь истинный.

– Просто молоко! – я потихоньку начинала терять терпение.

Молодой человек обиженно поджал губы и ушёл. Интересно, он сам это доппио пробовал? Или на доверчивых посетителях экспериментирует: выживут или загнутся?

Он вернулся довольно быстро. Аккуратно сгрузил передо мной большую кружку кофе и блюдечко с… а что, кстати, это такое? Тёмно-коричневый бугристый конус, сверху кокетливо посыпанный тонкой золотой стружкой.

– Это ещё что за кулинарный выверт?

– О, это самый модный в этом сезоне десерт. Трюфель Эвы. Он назван в честь старшей королевской дочери.

– Она умерла? – пирожное неумолимо вызывало у меня кладбищенские ассоциации.

– Что вы! Нет конечно!

– Почему оно тогда так выглядит? – я постучала ложечкой по коричневой корке, и та с громким хрустом треснула.

Парень слегка изменился в лице. Видимо, если недовольный клиент откажется брать, оплачивать десерт ему придётся из своего кармана.

– Принести что-то другое?

– Ладно, оставляйте.

Я пригубила кофе и вонзила ложку в сомнительный шедевр.

Как ни странно, это действительно было вкусно. Эдакий шоколадный шоколад в шоколаде. Мягкий, нежный крем, плотный бисквит и шоколадная корка. Горьковатый, не приторный и не слишком жирный. Даже не заметила, как съела всё до крошки. Кофе, кстати, был весьма посредственным.

Прикончив десерт, я достала из сумочки блокнот и самописное перо. Итак, давай-ка, дражайшая Круазетта исправим твой чудовищный гардероб.

После долгих размышлений список содержал следующие позиции:

Два комплекта спортивной формы.

Пять комплектов приличного белья и чулок.

Три пары брюк.

Пять блузок или рубашек.

Пару свитеров.

Удобные ботинки.

Туфли на выход.

Спортивная обувь. Бегать в Круазеттиных башмаках было чудовищно неудобно.

Новое пальто. Рядом с этим пунктом я поставила несколько восклицательных знаков. Идти от банка до кофейни минут пять, а меня продуло насквозь.

Пару юбок.

Я постучала пером по зубам. Пожалуй, сюда стоит добавить какое-нибудь приличное платье на выход. И, конечно, аксессуары. Шапки, шарфы, обязательно перчатки. Руки без них зверски мёрзли.

Список получился внушительным. Не хотелось бы по такой дивной погоде мотаться по улице. Наверняка здесь есть какой-то магазин, где можно купить всё и сразу. Я подозвала официанта. Он с готовностью метнулся к моему столику. Наверное, всё еще не терял надежду соблазнить меня какой-нибудь экзотикой.

– Милейший, подскажите, здесь поблизости есть какой-то магазин, где приличная девушка может полностью обновить гардероб?

– На соседней улице как раз недавно открылся торговый павильон Гранд. Там можно найти абсолютно что угодно. Но цены… – молодой человек замялся, глядя на мой в высшей степени скромный образ.

– Цены меня не особо волнуют. Рассчитайте меня, пожалуйста.

Передо мной положили маленькую шкатулку. Внутри лежал счёт. Нехило! За эти деньги в трактире попроще можно пообедать, ещё и на ужин останется. Ладно, Линн-Круазетта, не нам с тобой фартимы считать. Я расплатилась, даже на чаевые не поскупилась. Уточнила, как быстрее добраться до Гранда и заторопилась к выходу.

На улице показалось, что меня кто-то окликнул. Но ветер так свирепствовал, что я лишь сильнее съёжилась и ускорила шаг. Если надо – догонят.

О да! Величественный Гранд и в самом деле оказался женским раем. И, несомненно, мужским адом. Цены сначала слегка шокировали, а потом били наотмашь топором по затылку, отбивая напрочь чувство реальности. Ладно. Если что, всегда можно отправиться в место попроще.

Начнём, пожалуй, с салона баснословно дорогого и безумно красивого нижнего белья. В прошлой жизни, боги, как легко она стала прошлой, на белье я никогда не экономила. Даже два года военно-полевых скитаний не вытравили из меня страсть к чему-то призывно кружевному и нежно атласному. Стоило признать, что у малышки Круазетты была достаточно неплохая фигура. Рёбра, конечно, излишне выпирали, но правильно упакованная грудь могла с честью выдержать испытание глубоким декольте.

От белья я перешла к повседневной одежде. Все покупки просила отправлять в академию. Не таскать же с собой гору свёртков. По мере продвижения по магазину Круазетта де Солье преображалась. На смену серой мышке пришла вполне уверенная в себе девица, не стесняющаяся обтягивающих штанов, ярких цветов и смелых образов.

Заминка произошла в обувном отделе. Линн Галэкки много лет шила обувь на заказ. Мои ботинки были абсолютно непромокаемы, непрокусаемы, непрожигаемы…в общем ещё много всяких не. Они верой и правдой служили мне годами: лазили со мной по размокшим кладбищам, пинали неуживчивую нежить и наступали на спины поверженных врагов. Перемерив пар двадцать готовой обуви, я сдалась. Равных моим башмакам нет и не будет. Не писать же мастеру в другую страну. Наверняка, здесь тоже найдутся хорошие артефакторы-сапожники, знать бы ещё, где их искать. Пока что я выбрала самые крепкие на вид. Высокое голенище туго обхватывало ногу, но при желании, шнуровку можно было распустить.

От ботинок я перешла к туфлям. Раньше это была настоящая головная боль. Я была довольно высокого роста и размер ноги имела соответствующий. Изящные лодочки, так красиво смотревшиеся на витрине, на моих ногах превращались в две каравеллы. У Круазетты ножка была маленькая, точно у Пепелюшки из детской сказки. Той самой, которая оставила в руках у растяпы-принца хрустальный башмачок.

Я планировала купить что-нибудь нейтральное: чёрные или бежевые лодочки. Но глаз зацепился за вызывающие, кроваво-красные туфельки, гордо возвышающиеся в самом центре зала.

– Эти! – я решительно указала девушке продавщице на парящую над магической подставкой пару.

– Эмм, – замялась девушка, – Они в единственном экземпляре. Очень маленький размер. И очень высокая цена, – добавила она шёпотом.

Видимо, образ Круазетты пока не настолько изменился, что в ней можно было заподозрить неприлично богатую наследницу.

– Всё равно несите, – вздохнула я, уже прощаясь со сказочной обувкой, – Хоть примерю.

Меня усадили в кресло и благоговейно поднесли туфельку. Я полюбовалась лаковой поверхностью и аккуратно вставила ногу. Круазеттина лапка легко проскользнула внутрь. Девушки вокруг удивлённо зашептались.

– Знаете, вы первая, кому они подошли. Хотя многие дамы пытались примерить.

Мне принесли вторую. Я встала, слегка покачиваясь на высокой неустойчивой шпильке и прислушалась к ощущениям. Туфельки сидели даже слегка свободно. Свалиться не свалятся, но и жать отёкшую к концу бала ногу не будут. Через пару шагов стало ясно, удобно в этих туфлях только лежать, ну, может, ещё сидеть, но недолго. На тонкие каблуки легло заклятье устойчивости. Вот теперь в этих туфлям можно было хоть марафон бежать. Процокав по наборному паркету к зеркалу я оглядела себя со всех сторон. С узкими кожаными штанами и объемным свитером туфли сочетались несколько странно, но на ногах сидели идеально.

Отвалив за туфли мечты внешний долг какой-нибудь некрупной страны, я уже собралась домой. Но снова взглянула на себя в зеркало. Как говорится, некрасивых женщин нет, есть недофинансированные.

Я покинула Гранд и отправилась на поиски салона красоты. Новое пальто насыщенного ярко-горчичного цвета, объемный клетчатый шарф, зелёные перчатки тонкой кожи и забавная шапка с помпоном отлично защищали от промозглой сырости и ветра. Образ получился задорный и уютный. Я с удовольствием следила за своим отражением в витринах.

Зайдя в первый же попавшийся салон, я разделась и с размаху плюхнулась в кресло. После долгого дня ноги уже не держали. Рядом материализовался манерный худощавый парень. Светлую гриву волос прорезали цветные пряди. В левом ухе сверкал крошечный бриллиант. Он перебрал слабые Круазеттины пряди тонкими пальцами.

– Что мадам желает? Укрепить, нарастить, может, поменять цвет?

Мадам критически осмотрела унылое безобразие.

– Мадам решает отстричь это к такой-то матери.

– Так? Может так? – мастер показал ладонью уровень грядущей катастрофы.

– Виски сбриваем, верх на ваше усмотрение, но тоже не слишком длинный. И подберите какой-нибудь цвет поживее. Чтобы я не выглядела бледной поганкой.

– Мадам смелая девушка, – во взгляде мастера проклюнулся интерес.

Второй раз за последние два дня я смотрела на себя в зеркало и не узнавала. На смену бледной мыши пришла дерзкая, бешено-красивая девица. Теплый шоколадный тон подчеркнул природную белизну кожи. Лёгкие штрихи туши на ресницах сделали глаза более выразительными, а вишнёвый бальзам придал сочности губам. Круазетта, а ты, оказывается, красавица!