Дарья Кузова – Что видел Блуждающий огонёк (страница 1)
Дарья Кузова
Что видел Блуждающий огонёк
От автора:
В старинных легендах говорится, что блуждающие огоньки — не просто призрачные огни над болотом. Это вечные свидетели. Они видят то, что скрыто от глаз путников, помнят то, что забывают люди, и хранят истории, которые никогда не попадут в летописи.
Сборник рассказов, составленный по следам блуждающего огонька, который странствовал между мирами, мимо замков и лесов, сквозь время и границы реальностей. Он видел мальчика с нераскрывшимися крыльями, дракона, уснувшего в горе, хранителей порталов, инспектора межмирового поезда… Он смотрел, не вмешиваясь, лишь фиксируя мгновения, полные магии, надежды. Перед вами — одна из таких тайных хроник.
Я лишь переложила на бумагу то, что он сохранил в своём холодном сиянии. Возможно, эти истории — всего лишь сказки. А возможно — отголоски реальности, которую когда-то увидел одинокий огонёк, плывущий во тьме.
Читайте. И помните: иногда самый незаметный свидетель — самый правдивый.
Блуждающий огонёк
Сегодня Сумрачный Лес удивлял своим холодом и мраком. Казалось, что темнота, как кисель в воздухе, висела, обвивала стволы деревьев и застревала в кустах. Проверять, можно ли в ней увязнуть или нет, особо не хотелось.
Блуждающий огонёк1 медленно кружил вокруг одного дерева. Уж очень ему понравилась игра света и тени, как замысловатые узоры вырисовываются на коре.
Воздух подёрнулся, завеса тьмы словно приоткрылась – вдали показался свет фонаря. Огоньку пришлось забиться в крону высокого тиса.
Сутулая фигура, замотанная в дорожный плащ, пробиралась через кусты и торчащие тут и там корни деревьев. Стеклянные стенки фонаря с тихим звоном считали каждую ветку на своем пути, норовя разбиться при очередном столкновении.
Из-под капюшона показалось лицо старика. Его серая, запутанная борода, некогда аккуратно причесанная и украшенная вплетенными бусинами и оберегами, сейчас походила на гнездо: тут и там торчали листья и прочий лесной сор.
– Пигли… Пигли, кс-кс-кс! – в голосе слышалось отчаяние. Вот уже второй день старик ищет своего напарника. Но силы были не бесконечными, и вот путник решил сделать привал.
Блуждающий огонек с любопытством наблюдал за всеми действиями: вот показался еще огонек, но не такой, как он, другой: тот был яркий, оранжевый. Кажется, будто от него исходит тепло. В то время как сам Огонек был бледно-голубым, почти белым, холодным, как эхо от лунного света.
– Можешь не прятаться, я тебя заметил, – послышался скрипучий голос старика.
Огонек дернулся, но всё-таки спустился с кроны к незнакомцу. Держась на небольшом расстоянии от костра, он с любопытством замер напротив старика.
– Думаешь, как заметил? – старик пригладил бороду, – маг я, почувствовал твою энергию. Что маг делает тут, спросишь ты… Мой спрайт2 потерялся. Да, спрайты не теряются, но мой еще очень юн, неопытен. Поможешь мне? А я помогу тебе, услуга за услугу.
Маг выставил вперед ладонь, Блуждающий огонек медленно приблизился к ней, застыл в воздухе в нескольких сантиметрах от руки, слегка обдавая ту холодом. Перед глазами мага стали проноситься образы цветочных полей, солнца, бескрайних долин и ясного голубого неба. Показав свое желание, Блуждающий огонек растворился в воздухе, оставив мага в одиночестве.
Летал он долго, но это не было Огоньку в тягость: он знал в этом лесу всё. Уже столько раз он пролетал мимо всех кустов и деревьев, уже столько раз зарывался в густые кроны, прятался в корнях и дуплах. Но Сумрачный Лес был его тюрьмой, и как бы Огонек не старался – покинуть темницу нельзя без вмешательства магии.
Лес стал редеть, уступая место болоту. Гнилая трясина аккуратно пряталась под мхом и травой, тут и там разместив кочки и пеньки. Огонек бы пролетел это место так же, как и весь остальной лес, если бы не странный писк, которого обычно он тут не замечал. Все птицы спали, а мыши или другие грызуны вряд ли бы так надрывно кричали.
Огонек принялся медленно облетать болото по его краю. И правда, на очередной кочке сидело чумазое существо: неказистые уши, сырой и грязный, как и лапы, хвост, топорщащиеся в разные стороны усы и сверкающие глаза. Завидев Огонька, существо перестало мяукать и с любопытством принялось наблюдать за «светлячком».
Как и любой котенок, Пигли в силу возраста любил играть. Поэтому, аккуратно перепрыгивая с кочки на кочку, он старался дотянуться до нового друга, который нет-нет, да ускользнет от его лапы в самую последнюю секунду. Нет, так дело не пойдет. Теперь Пигли был просто обязан его поймать. Скорость наглого светлячка возмущала его, и больше ничего не интересовало котёнка.
А Блуждающий огонек то стелился по земле, то взмывал на новую кочку, ища безопасный путь для непутевого существа, которое, неуклюже переставляя лапы, торопился за ним.
В середине пути котенок устало лег прямо под кустом с колючками, через которые так отчаянно порывался за своим другом. Задняя часть туловища перевесила, и вот он уже лежит, раскинув лапы в разные стороны.
Теперь настала очередь Огонька возмущаться поведению попутчика. Он приблизился и «сел» тому на хвост, обжигая прохладой, из-за чего шерсть на спине котенка встала дыбом.
Злобно зашипев, котенок мгновенно встал и с новой силой погнался за огоньком.
***
– Вот спасибо, друг! – поднял на руки своего спрайта маг, – я уж думал, не найду его! Пигли, а, Пигли! Ой сорванец!
Огонек, подрагивая, висел в воздухе рядом со стариком.
– Не забыл я, брось ты, – по-доброму усмехнулся он, – иди сюда…
Ладонь с Блуждающим огоньком сжалась, из кулака показалось очень яркое для Сумрачного Леса свечение, которое бурным фонтаном искр вырвалось на свободу, устремившись в небо, словно падающая звезда.
Теперь не было границ. Было столько полей, столько цветов, в бутон к которым обязательно нужно заглянуть, столько травы нужно взъерошить… Маг шел обратно в академию, прижимая к груди своего котёнка, как вдруг поднялся теплый летний ветер. Игриво пролетев и чуть не сбив конусообразную шляпу мага, он устремился вперед, наклоняя полевые цветы на своем пути, разрезая водную гладь и беспокоя кроны деревьев.
– Какой неугомонный, – засмеялся старик и, что-то пробормотав своему спрайту, продолжил свой путь.
Они живые…
Зной, лежащий толстым пластом над горячим асфальтом, быстро разрезался машиной. Но спустя несколько мгновений гудящий воздух снова застынет, как прозрачное желе. Растущая у шоссе зелень ни капли не давала прохладу. Создавалось впечатление, что вот-вот – и листья сморщатся, пожухнут и опадут, однако нет: они всё также размеренно покачивались, словно кивая одиноким проезжающим.
Прилепив свой нос к тёплому стеклу, на заднем сиденье авто сидел мальчик. Он подёргивал ногами, немного пачкая переднее кресло, и что-то бормотал себе под нос. Казалось, что он был вовлечён сменяющимся пейзажем, если бы изредка он не кивал в такт словам женщины, сидящей за рулём.
– Ничего, Джимми, ничего. Всё будет в порядке, ты же знаешь.
Да, он знал. К семи годам все его товарищи были «нормальными», один он, с этими глупыми отростками на спине, плёлся позади…
Обычно, естественная сила пробуждается в детстве, потому что активный образ жизни сорванцов заставляет организм ускориться. Так, у Синди (соседской девчонки, с которой Джимми обожает ловить мальков в пруду) на прошлой неделе чесалась и шелушилась шея, а буквально несколько дней назад на месте красноватых корочек появились аккуратные прорези-жабры. С тех пор она отважно защищает молодых рыбёшек и предпочитает безвылазно ползать по дну пруда, поднимая вверх стены песка и водной мути…
А Джимми ждёт. Эти глупые никчёмные крылья кожаным плащом свисают с лопаток и даже не думают шевелиться! Похожие на крылья общипанной сморщенной курицы, они темнели на спине и никак не хотели ни спрятаться от насмешливого взгляда, ни расправиться на радость хозяину.
Было время, когда эти отростки только начинали расти, и была возможность спрятать это уродство под кофтой или накидкой. Но после тёмные оглобли не умещались под одеждой, из-за чего Джимми пришлось делать прорези в ткани.
Даже когда крылышки были маленькими, словно росточками тропических цветков, выглядывающих из спины, Джимми уже был расстроен. В крыльях будто не было жизни, они никли, прижимались к спине, да и в целом выглядели довольно жалко. Куда уж там до полётов…
Через несколько месяцев нужно будет выбрать школу в соответствии с «особенностью» ребёнка. Так, у ребят с «жабриками» в своей школе больше уроков в плавательном бассейне, а в каждом кабинете – свой фонтанчик с водой для того, чтобы нежная кожа не высыхала полностью и не грубела, превращаясь в полупрозрачные, постоянно чешущиеся на суше чешуйки.
Те детки, которые по своей особенности не могли в буквальном смысле устоять на месте и непроизвольно перемещались во времени и пространстве, учились в своей школе дисциплине и терпению, чтобы не потеряться в слоях времени: попасть на занятия можно только правильно переместившись в нужную точку пространства, рассчитав точное измерение.
А вот Джимми, как он надеялся, должен был попасть в школу, где подрастающие летуны тренируют свои крылья. Но возможность туда попасть гасла с каждым днём: как же добираться от кабинета к кабинету, если каждый расположен на разном уровне здания, а в помещениях нет ни одной лестницы? Вот и Джимми не знал. Его детский мозг всё генерировал способы разбудить эти злосчастные крылья, начиная от экстремальных идей и заканчивая сложными мудрёными и не совсем продуманными механизмами, которые приводили бы крылья в движения. Однако, ничто из этого не приблизило мальчишку к успеху.