Дарья Котова – Благословление Судьбы (страница 11)
Она смотрела на него с застарелой болью и вызовом. Он не сомневался, что она преодолела все трудности, что были в прошлом, а это всего лишь вечер воспоминаний. У Эры была стальная воля. Однако Ретаин все равно сочувствовал ей – это было непривычное чувство.
– Да, я понимаю, – произнес он, думая о собственном беспокойстве. – У меня тоже кто-то был. А может, есть… Я не могу вспомнить, но тоску по родным чувствую.
– Вспомнишь, ты упертый.
Она коротко рассмеялась, но в глазах ее он прочел тревогу. Секунды длились вечность, но вот она повернулась к нему и с лживой улыбкой спросила:
– Может, у тебя жена?
– Нет, – ответил он. – Но если бы имелась, ею была бы ты. Я люблю тебя.
Она замерла, тяжело дыша. В глазах ее так явно горело неверие, что он готов был отчаяться – он не мог больше никак доказать ей всю ее важность для него.
Бутылка давно опустела, и когда они, не заметив, уронили ее на пол, спокойно покатилась под стол. Губы Эры были удивительно мягкими, хоть и потрескавшимися. Такая же колючая, как и всегда. Он наслаждался ее прикосновениями, ее горячими ладонями на его животе – так легко они скользнули под рубашку.
– Никогда тебя не целовал, – выдохнул он, когда они чуть отстранились друг от друга.
Она коротко улыбнулась – совершенно искренне и открыто:
– А говоришь, что знаешь.
– Будем считать, что ты была моей мечтой. Недоступной, – прошептал он, вновь склоняясь к ней. Желание целовать ее, касаться ее тела все нарастало. Он не помнил, как очутился в ее комнате, но когда под ними предательски скрипнула кровать, замешкался. Привыкнув во всем полагаться на инстинкты и рефлексы, которые не растерял так же легко, как память, сейчас он чувствовал себя слишком неуверенно. Но жгучая страсть, поглощающая их обоих не дала ему времени. Он прижал ее к кровати, целуя шею и медленно пробираясь к вороту платья. Она проявляла куда больше инициативы, чем он хотел, и пришлось отводить ее руки в стороны. Когда одежда полетела на пол, он смог сполна насладиться ее телом – сильным, гибким, чувствительным. Он не знал, что нужно, чтобы сделать эту ночь незабываемой, но очень старался. Его вели какие-то внутренние, животные инстинкты. Она была мягкой, неожиданно податливой. Она плавилась в его объятиях, подаваясь навстречу.
Легко разведя ее ноги, он вошел в нее. Она была такой горячей. Она сжимала его член, заставляя стонать в голос от нестерпимого желания. Хотелось вбиваться в нее до упора, до изнеможения…
Усилием воли он сдержался, помня о ней, о ее удовольствии. Поцелуй вышел страстным и мокрым – они словно вознамерились слиться воедино, вот только никак не получалось…
– Демоны! Проклятье! Стой! – рыкнула Эра, отстраняясь и морщась, когда его член выскользнул из нее. – Ложись, я буду сверху.
Тяжело дыша, он рухнул на постель, чувствуя, какой влажной стала простынь – пропиталась их потом.
Снизу открывался просто восхитительный вид на Эру, ее стройную фигуру и округлую грудь. Когда она перекинула через его бедро ногу, он не выдержал и подхватил ее, касаясь ее ладонями, придерживая.
– Я сама справлюсь, – промурлыкала она, склоняясь к нему, а потом выпрямилась, откинула распущенные волосы назад и опустилась на его член. Он рвано выдохнул, сжимая ладони на ее бедрах. Он не мог представить, что она
Когда она полностью опустилась, принимая его всего, он все же позволил себе толкнуться в нее – и тогда услышал ее стон. Ее первый стон.
– Демоны, – прошептала она, а потом сверкнула на него глазами: – Не дергайся!
Она была восхитительна на нем. Ее движения сводили его с ума. Она буквально оседлала его, пользуясь им и доводя до пика наслаждения. Он утопал в ней, утопал в этих ощущениях и желал взять ее еще глубже, но сдерживался – последними крохами разума, которые еще не покинули его в этом водовороте страсти. Один вид ее, обнаженной, прекрасной, скачущей на нем, заставлял стонать от возбуждения. Хотелось большего, хотелось ее…
– Держишься? – рвано выдохнула она, склоняясь, изгибаясь над ним. Он застонал, до боли сжимая ее бедра, и кончил в нее. Его семя наполнило ее, оно вытекала из ее лона – по бедрам, на постель.
Она уткнулась ему в плечо, кусая его кожу и дрожа всем телом. Спустя пару секунд она успокоилась, и лишь прерывистое дыхание говорило о том, что она жива. Через минуту она пришла в себя, соскользнула с опавшего члена и упала рядом.
– Холодно, – проворчала Эра, и он тут же вытянул из-под их ног скомканное одеяло, укрывая ее и себя.
– Так лучше. – Да, угодить ей было сложно. – Вот же гадость.
– Эра? Ты… ты не хочешь продолжить?
– Нет, у меня пропал настрой, – проворчала она откуда-то из-под подушки. – Демоны, оргазм от того, что в меня кончил мужик. Как низко я пала.
Хоть смейся. Но Ретаину смешно не было. Он тяжело вздохнул, обнял Эру и приказал себе спать. Почему-то близость с любимой казалась ему более приятной, а вышло все как-то не так. Но жить без нее он все равно уже не мог. Завтра утром поговорят. Что-то ему подсказывало, что беседа с Эрой о сексе выйдет премерзкая, но ему не впервой выслушивать от нее оскорбления. Главное, что сейчас она рядом. Почему-то это казалось величайшим счастьем – просто быть с нею. Неужели раньше он не мог?
Глава 6. Дух трясины
Утро было настолько обычным, что она даже пару раз ущипнула себя за руку – на всякий случай, чтобы проверить. Но нет, она жила в действительности, в которой словно ничего не было. Эра ходила по дому, перебирала травы. Ретаин готовил на кухне – в последнее время он полностью забрал на себя еду. Все было как всегда, и от этого события вчерашней ночи казались еще более яркими. Признаться, ничего необычного в их сексе не было, Эра могла бы даже разочароваться, вот только как вспоминала это чувство, когда он изливался в нее, когда наполнял своей спермой – и сходила с ума от желания. И ведь никогда не была особенно чувствительной, но Ретаин вызывал в ней что-то совсем непонятное, словно под кожу ей запустили огненные жгуты, которые вместо боли приносили удовольствие. А ведь день казался совсем обычным.
Они встретились на кухне, когда она зашла за еще одной глиняной плошкой, а он потянулся за ложкой. Встретились – и так же легко разошлись после невесомого, какого-то
После того, как все травы, собранные под дождем (некоторые, между прочим, только так срезать и надо), были заботливо развешаны сушиться в третьей комнате, а уже готовые она перетолкла в порошок, сделав несколько заготовок, Эра отправилась во двор. Бурый поднял голову, глянул на нее и опустил слюнявую морду на лапы.
– Ну и не надо! – фыркнула Эра, проходя мимо колодца и бросая вредному псу шмат мяса – эта тварюга ела лучше них с Ретаином.
За невысоким забором вновь промелькнуло что-то черное. Эра остановилась у калитки, глядя на мужской силуэт между кустами. Сегодня дух Неглской трясины подошел еще ближе, и теперь Травница могла поклясться, что он стоит и смотрит на ее дом. Если раньше он просто бродил по болоту, то сейчас целенаправленно шел к ней.
Она коснулась щеколды калитки, и в тот же момент ее руку накрыла мужская ладонь.
– Не нужно этого делать, – тихо предостерег ее Ретаин. – Пойдем в дом.
– Я… – она посмотрела на него и замолчала: если кому она и доверяла в вопросах выживания, так это тому самому неубиваемому дроу, которого сама же спасла.
Только оказавшись под защитой стен, он ответил ей:
– Не надо подходить к этому духу.
– Почему? – рыкнула Эра, раздражаясь. – Он бесит меня: маячит за околицей, непонятно чего хочет.
– Вот именно, Эра. Мы не знаем, что ему нужно. Однако точно тебе скажу, что я о подобных тварях не слышал. Возможно, это что-то магическое – так можно было бы объяснить особенности Неглской трясины, – но я не уверен. В любом случае этот дух – что-то непонятное. Мы не знаем о его возможностях и способностях. Понимаю, что раньше вы с ним мирно сосуществовали, однако сейчас он почему-то заинтересовался нами. Учитывая его неясную природу, я бы поостерегся приближаться к нему.
– Тогда скоро он сам это сделает, – заметила Эра.
– Да, и это тоже повод для беспокойства. Кажется, дом скоро перестанет быть безопасным местом, но пока дух – я это отследил – не подходил совсем близко. Возможно, его что-то останавливает, а может, он всего лишь готовится.
Эра оглянулась и посмотрела в окно: отсюда не видно было двор… Она присвистнула – дух последовал за ними и теперь стоял с другой стороны дома, правда, на том же почтительном расстоянии.
– Мерзость, – хмыкнула Эра. – Наглец.
– Закрыть ставни?
– Да нет, пусть смотрит. Может, что интересное увидит, – рассмеялась она, возвращаясь в свою комнату, в которой возилась с травами. До вечера она больше не слышала никого из мужиков: ни Ретаина, ни Бурого, ни даже духа. Тишь да покой – что еще нужно? Кроме, конечно, жаркой ночи в объятиях незнакомого дроу.
– Ты решил порадовать меня? – поинтересовалась она, входя вечером на кухню и видя достаточно шикарный (по меркам жизни на отшибе) ужин.
– Нет, себя, – с улыбкой парировал он, а потом спокойно пояснил: – Это мясо давно лежит, несмотря холод твоего погреба, я решил не рисковать и приготовить его. Неплохо?