Дарья Калинина – Жулик моей мечты (страница 18)

Тогда требовалось подумать о дополнительной маскировке. А еще лучше под тем или иным предлогом отвлечь охранников от пульта наблюдения.

Пока что Саша медленно доплелась до служебного хода, где и была встречена громогласной женщиной, которая тут же загрузила ее работой. В обязанности Саши входила уборка нижнего этажа.

– Будешь вытирать грязь за всеми этими людьми. Народу уйма, на улице слякоть, пол в один момент превращается в болото.

И до самого обеда, пока не схлынул поток поставщиков, Саша была вынуждена подтирать грязные следы. Отвлечься у нее буквально не было никакой возможности. И она даже стала переживать, сможет ли выполнить наказ Милорадова, но тут ей повезло во второй раз.

Та самая женщина, которая утром приняла Сашу на работу, сейчас снова подошла к ней. Саша уже знала, что зовут ее Ирина и что она является кем-то вроде экономки. Но в то же время простой прислугой ее тоже назвать было нельзя, потому что служила Ирина своему хозяину без малого двадцать лет, а потому обладала неким особым статусом и считалась главной женщиной в доме после хозяйки. Но хозяйкой нынешняя невеста еще официально не стала, поэтому командовала всеми Ирина.

– Хватит тут шваброй шоркать, пошли со мной на кухню, – весело сказала она Саше.

И по дороге объяснила:

– Галка – тетка твоя любезная – мне звонила, просила, чтобы я тебя на свежий воздух отправила поработать. Правда, что у тебя сердце больное?

– Так… немного.

Саша знала, что Галина – это и есть та самая горничная, вместо которой Саша явилась работать в дом Бородинского. Уж неизвестно, как Милорадову удалось уломать Галину, но та сказалась больной и пообещала прислать вместо себя племянницу – Сашу. А теперь, должно быть снова по просьбе следователя, Галина звонила и ходатайствовала, чтобы Сашу перевели работать на свежий воздух, то бишь в сад! Поближе к заветным кустам с кортиком под ними.

– Сердце у меня больное, но не так, чтобы очень сильно.

– Ну, я так и подумала, что Галка преувеличивает. Поэтому без свежего воздуха побудешь, на кухне помощь к обеду требуется.

На кухне все шумело, шкворчало, шипело и брызгалось. Повара носились с безумным видом. Приготовления к завтрашнему банкету начались еще за три дня до праздника, но это не отменяло обычного распорядка дня этого дома. Требовалось также готовить завтрак, обед и ужин для хозяев и служащих в доме людей. И бедные повара буквально валились с ног.

– Хорошо, что вы пришли, – кинулась к ним одетая во все белое повариха. – Хозяйка требует свой чай с мятой, а мяты ни одного листочка во всей кухне нет.

– Как же нет? Две коробки с зеленью утром принесли. Я лично принимала. И мята там тоже была.

– Была да сплыла! Эти умники, которых к нам прислали якобы в помощь, все запасы в свое мятное мороженое забабахали. Кондитеры, блин!

– И что теперь делать?

– У нас в нашем огородике, в самом дальнем его уголке есть кустик мяты, – ответила повариха. – Мне не отойти, а вы сходите, нарвите мне с него листиков.

Саша поняла – вот он, ее шанс!

– Я нарву!

– А ты хоть знаешь, как мята выглядит? – с сомнением спросила повариха.

– Конечно! У меня в школе по биологии твердая пятерка была!

– Ну, сходи тогда, – смилостивилась тетка. – Да заодно уж и других душистых травок нарви. И кресс-салата побольше! Хозяин его очень уважает.

Счастливая Саша выскочила за дверь. Ей объяснили, что огородик располагается в самом дальнем углу участка. Запрятали его так далеко специально, чтобы всякие там огурцы-помидоры не оскорбляли бы своим плебейским видом сиятельных хозяйских глаз. Кушать свежие овощи с грядки они любили, а вот лицезреть их не желали. Поэтому огород был надежно упрятан, девушка даже засомневалась, найдет ли она нужное место.

Но Ирина ее обнадежила:

– Иди, не сомневайся. Выйдешь и прямо все время иди. Как раз в огородик и упрешься.

Саша побежала по дорожке, радуясь, что сумела вырваться из дома. Пусть и не без помощи извне, но ведь получилось же! Теперь в поисках кортика она может рыскать по саду где угодно. Спросят, а у нее всегда отмазка есть, мяту для хозяйского чая ищет!

Но такое уж было нынче Сашино везение, что тот уголок, в котором располагался огородик с пряными травами, находился как раз в той части сада, в которую Милорадов вчера и закинул кортик. Саша неплохо ориентировалась на местности и без труда определила, что кортик должен лежать где-то там… там, где находился невысокий упитанный мужчина.

Девушка замедлила шаги, а потом и вовсе начала двигаться еле-еле. Она еще подумала, что мужчина этот напоминает ей хозяина дома. А подойдя ближе, окончательно убедилась в том, что догадка ее верна. Но Бородинский по сторонам не смотрел и Сашу пока что не замечал. Это давало девушке шанс заняться тем, ради чего она сюда и пришла. Она согнулась и начала шарить руками по земле.

Да где же этот кортик? Куда он подевался? Ведь должен быть здесь!

– Что ты тут делаешь?

Саша вздрогнула. Голос прозвучал совсем близко, и вопрос явно предназначался ей. Она второпях сорвала какие-то листья, первыми попавшиеся ей под руку, и выпрямилась.

Тут же она увидела, что Бородинский стоит в двух шагах и смотрит прямо на нее. Но это было еще не все. Бородинский задумчиво разглядывал какую-то блестящую вещь, которую вертел в руках. Вид у него был хмурый, и на Сашу он смотрел без всякой симпатии.

Саша подошла совсем близко и поздоровалась:

– Добрый день!

Мужчина очнулся от своей задумчивости и попытался спрятать то, что держал в руках. Напрасно старался! Саша уже все успела разглядеть. В руках у Бородинского был кортик с потемневшей от времени костяной ручкой. Тот самый, который ей предстояло подкинуть хозяину дома и который она не смогла найти. Ничего удивительного, раз Бородинский нашел его сам и опередил в этом Сашу.

– А меня тут за мятой послали, – улыбаясь во все тридцать два своих зуба, сказала ему Саша.

– Мята растет вон там! На грядках!

– Надо же! – изумилась Саша. – А я думала, что под кустами! Вот же она!

И продемонстрировала сорванную траву.

Но Бородинский по-прежнему был не в настроении, разговор поддерживать не стал, что-то буркнул невнятное насчет современного поколения дебилов, которые не в состоянии отличить мяту от щавеля, и быстро удалился. Кортик он, ясное дело, унес с собой.

Какое-то время Саша постояла, глядя ему вслед и не зная, радоваться ей или огорчаться. Не получится у нее выполнить задание Милорадова. Не сможет она подкинуть кортик Бородинскому в кабинет или, на радость молодой жене, ему в спальню. Но все получилось гораздо лучше, Бородинский нашел кортик совершенно самостоятельно, и теперь при всем желании никто в доме не сможет приплести к этой находке саму Сашу.

Потом она быстренько набрала разных травок, искренне надеясь, что среди них будет и мята, и кресс-салат, о внешнем виде которого Саша имела самые смутные представления. И побежала к дому, где передала поварихе свой улов.

– Вот мята и… остальное.

– Мяту я вижу, – похвалила Сашу повариха. – Но зачем ты нарвала столько щавеля? Я тебя о нем не просила.

Саша похлопала ресницами:

– А я думала, что это шпинат.

– Шпинат я тебя тоже не просила приносить. Я кресс-салат просила.

– А разве это не одно и то же?

Повариха закатила глаза к потолку и возвестила, что весь мир катится в тартарары, если дети на уроках ботаники не в состоянии выучить отличие одной зеленушки от другой. Впрочем, ворчала она на Сашу вполне беззлобно, как поняла девушка, главную роль тут сыграло ее мнимое родство с Галиной, к которой у поварихи было особое отношение, а оно, в свою очередь, проистекало из близкого отношения Галки с самим хозяином дома.

– Галка девка видная, а муж у нее рохля. Ты прости, что я так про твоего дядю говорю, но слов из песни не выкинешь. Жалкий он мужик.

– Ну, есть немного, – подтвердила Саша, понятия не имевшая о том, как выглядит сама Галка, не говоря уж о ее муженьке.

– И зачем Галке понадобилось замуж за этого доходягу выходить?

– Так ведь другого никого не было.

– Ой, так уж и не было! С хозяином бы осталась. И потом… Как не было? А мне Галка рассказывала, что и военный к ней сватался, и инженер, и еще какой-то чиновник букеты таскал. Врала, выходит?

– Букеты таскать – это одно, а замуж позвать – это другое.

– Пораньше бы глаза разула, глядишь, и появился бы у нее такой шанс. Хозяин-то наш шибко неравнодушен к женскому полу. А Галку он сразу отдельно отметил. В первый же вечер к себе позвал. Ну, и без подарков опять же не отпустил. Он уж у нас такой…

– Какой?

– Добрый и щедрый.

Голос поварихи звучал мечтательно. И Саша даже, грешным делом, подумала, а не ходила ли и сама повариха в хозяйские покои за подарками, конечно, не сейчас, а раньше, когда была помоложе и посимпатичней.

Но повариха эту мысль решительно отвергла и снова вернулась к разговору о Галке:

– Ведь если бы у Галки было в голове мозгов чуть побольше, чем у пустой чашки, то она бы уже смекнула, что таким моментом нужно пользоваться. И смело на таран идти. Нет, я ничего против нашей нынешней Софьи не скажу, девка она красотная, но как постоянная пассия у хозяина надолго не задержится.

– Почему?

– Очень уж капризов у Софьи нашей батьковны много. И здоровье слабенькое. Хозяин уже давно на ногах, делами занимается, а эта все лежит-лежит, потом встанет, еле-еле по дому побродит и снова в кровать валится.