Дарья Данина – Бездушные (страница 10)
Лишь однажды ненавистный мулат поднял свой взгляд на моё окно. Я наблюдала за ним, прячась за светлой занавеской. Мне казалось, что он меня не видит. Но мужчина в очередной раз доказал мне обратное, широко улыбнувшись. Он видел меня. Я была уверена. Он контролирует здесь всё. И всех.
Сегодня всю ночь и утро лил дождь. Гроза, которая поначалу не давала мне заснуть, в итоге, стала мне колыбельной. Прерывистый стук крупных капель о козырёк, разбудил меня, вырывая из сладкой дрёмы. Несмотря на шум на улице, что доносился из открытого окна, я впервые выспалась. Из-за плотных серых туч, я даже не смогла понять, утро сейчас, или полдень. А густые сумерки создавали ощущение вечера.
Я впервые за эти дни закрыла окно. Летняя духота за ночь испарилась, сменяясь утренней свежестью, и прохладой дождя.
Выйдя из душа, я обнаружила на подоконнике свой завтрак. Съев всё до последней крошки, я снова уставилась в окно.
Моё внимание привлёк чёрный автомобиль, что неторопливо въезжал на задний двор. Это был тот автомобиль, на котором уезжал Нико. В тот самый день, когда в моих руках оказалась сумка с взрывчаткой.
Я снова притаилась за занавеской, наблюдая, как машина паркуется. Люди, что были во дворе стали подтягиваться к прибывшему внедорожнику. Задняя дверь открылась, и оттуда показалась знакомая фигура. Руслан.
Мужчина вышел сам, и вытащил за собой ещё одного. Вытащил, в прямом смысле этого слова. Я бы даже сказала - выволок...
Этот кусок дерьма смел смотреть мне в глаза, и бросаться клятвами, что он здесь не при чем.
Больше всего злил тот факт, что он принимал меня за идиота. Эта гнида увела мой товар, и присвоила мои бабки. Целый, блять, самолёт коки... сука. И теперь он смотрит мне в глаза, и утверждает, что его подставили.
Арсен... тварь поганая...
Он ещё должен мне сказать спасибо, что я дал ему время сыграть в кошки-мышки. Он не сумел воспользоваться этим шансом. Он просрал моё доверие, и просрал свою сладкую жизнь.
Я верну свои бабки. В любом случае.
Я найду всех, кто был причастен к этому, и каждого похороню заживо. Сейчас очередь Арсена.
Отмыли, твари, мои деньги через офшоры. Думали, я не узнаю..? Ёбаное казино... ёбаное казино, которое держалось за счёт моего товара...
Как же Сеня обосрался, когда узнал, что я сам приехал в Москву. Думал, я буду отсиживаться в то время, как мой товар уходит крысиными путями?
Я сам лично четвертую этого грёбанного идиота. А после него, начну обратный отсчёт. До тех пор, пока не доберусь до головы, с которой начала гнить эта рыба.
Уверен, что Хесус уже в курсе... как выяснилось, с подачи этого выродка, мы потеряли часть территории. И, теперь мы знаем, что сожжённые поля, тоже его рук дело.
Если Хесус считает, что я ему по зубам, то он сильно заблуждается. Примерно через неделю, я буду в Мехико. Я знаю, что он ждёт меня.
И я ломал голову в поисках верного решения и правильного подхода. В поиске лучшего пути. Сукин сын охраняет своё логово, будто ждёт бомбёжки. И он правильно делает.
Я нашёл выход. Я нашёл лазейку. Маленькую слабость большого ублюдка.
И, сейчас, глядя на перепуганное лицо Снежка, что прячется за тонкой занавеской, я лишний раз убедился, что принял правильное решение. Она полетит со мной.
Я с ужасом смотрела на то, как Руслан счёсывает кулаки о лицо мужчины, которого он выволок из авто. Я приоткрыла окно, чтобы можно было услышать, что тот ему говорит, но через оконную щель просачивались только тяжёлые хрипы избиваемого. Он скулил, и просил его пощадить. Остальные люди стояли рядом, обступив первых двоих полукругом. Кажется, они поистине наслаждались этим зрелищем. Моё сердце, то ускоряло ритм, то замирало. Простреливало болью под лопаткой, когда мужчина выплёвывал кровь, и заходился кашлем. У Руслана на лице я не видела ни капли жалости. Только обнажённый азарт. Перед тем, как начать экзекуцию, он расстегнул на белой рубашке пару верхних пуговиц, затем рукава. Закатал их до локтей, демонстрируя жилистые руки.
Сейчас его светлая рубашка была уже забрызгана кровью. Картина вызывала во мне тошноту. Это отвратительно.
Не дожидаясь финала, я тихо закрыла окно, и ушла в ванную. Ополоснула лицо ледяной водой, смывая с себя осадок от увиденного. Вцепилась в края раковины пальцами. Тяжело задышала, опустив голову.
Встрепенулась, когда услышала грохот. Это выстрел... а следом за ним истошный, душераздирающий вопль. Даже плотно закрытое окно не умалило тот крик. Господи...
Рванула к окну.
И увидела там Нико. Незнакомец катался по траве, и орал, хватаясь за ухо. Из-под пальцев сочилась кровь. Много крови. Николас в руках держал пистолет. Он возвышался над окровавленным мужчиной, и что-то ему говорил.
Я опять потянулась и приоткрыла окно, вдыхая запах недавно прошедшего ливня.
Скрылась за шторой, вслушиваясь в голоса на улице. Но я не слышала ничего, кроме рыданий приговорённого к ... смерти? Что-то мне подсказывало, что живым он отсюда не выйдет.
- Нико, я прошу тебя!!! - Орал тот, превозмогая хрипы. - Я всё сделаю. Я всё исправлю! Это всё Хесус, сука! Это он меня подбил! Нико!
Но Николас, кажется, не собирался давать ему шанс на исправление. Он что-то тихо сказал долговязому парнишке слева от него, и тот, кивнув, скрылся за углом дома.
Сейчас что-то будет. Я чувствовала то невероятное напряжение, что липкими щупальцами впивалось в кожу.
Застыла, сжимая в кулаке край шторы. Забыла, как дышать, когда зелёные глаза мулата поднялись, и остановились на моём окне. Он смотрел так, будто знал, что я наблюдаю за ними. Не будто... нет. Он знал это наверняка.
Прошло не больше минуты, прежде чем назад вернулся молодой парень. Он вёл за собой собак...
Глава 11
Помню, когда мне было лет девять, я возвращалась из школы одна. Была ранняя весна. Слякоть на улице, каша из подтаявшего снега, капели, уже не такой холодный ветер. Я стащила с головы шапку, и неторопливо прогуливалась знакомой дорогой. Наташка болела, поэтому школа в эти дни казалась мне особенно скучной.
Я почти всегда с собой таскала куски хлеба. Тот, что был уже чёрствым. Забирала его из дома, чтобы по дороге домой, покормить местных голубей.
Докармливая птицам несвежую горбушку, я услышала лай. Моей детской смелости и любопытства не хватило на то, чтобы пойти на звук, перекликающийся с криками. Но я видела, как в ту сторону бежали люди. Ахающие тётушки, и громко ругающиеся мужики. Мальчишки постарше меня...
Я до сих пор помню этот день. Ведь, если бы не голуби, на месте искусанной женщины, могла оказаться я.
Две бродячие собаки напали на нашу соседку. Они буквально вспороли её ногу от икры и до самого бедра. Говорят, что лохмотья мяса ей пришивали назад. Что чудом ей не перегрызли горло.
Что сделали с собаками, я до сих пор не знаю. Кто-то говорил, что они убежали. А некоторое поговаривали, что местные мужики их выловили и отстрелили.
Я видела грязные лужи из снега вперемешку с кровью. Они мне снились. Мне снились собаки, которых я не видела. Но слышала. Звук их рычания, когда они терзают свою жертву, надолго осел в моей памяти.
С того самого дня, я больше не просила родителей о щенке. У меня была морская свинка. Чуть позже, мне позволили приютить котёнка, который вырос и превратился в толстого матёрого кошару со звучным именем Атос. Был волнистый попугай. И Атос, как ни странно, птичкой не интересовался. Его интересовали исключительно рыбки в папином аквариуме...
...
Шум воды не справлялся в моей истерикой. Я пыталась угомонить дикий ужас, что барахтался внутри меня. Плотно закрытая дверь ванной, не спасала меня от того, что творилось под моим окном. Я словно вернулась в тот весенний день. На улице собаки рвали человека. Я слышала его озверелые крики. И те самые звуки, что идут из пасти псов, когда они...
Я включила краны, надеясь что шум из них заглушит тот ужас. Забилась в угол, прижимая ладони к ушам. Это было невыносимо. Зажмурила глаза, пытаясь мысленно перенестись домой. К папе. Он так сильно любил меня. Папочка...
Лёгкий порыв ветерка прикоснулся к моим ногам, и я открыла глаза. Увидела на пороге тёмные ботики... заляпанные кровью.
Мои ладони сползают с ушей, перемещаясь на рот. Потому что, мне кажется, что я сейчас закричу.
- Вставай. - Приглушённый мужской голос доносится до сознания, и я поднимаю голову.
Его холодные зелёные глаза равнодушно смотрят на меня свысока. Он протягивает мне ладонь, и я машинально сжимаюсь в комок.
- Не трогай меня. - Отвечаю, не узнавая свой хрип. - Не подходи.
Но, вопреки моей просьбе, он наклоняется, и я чувствую, как крепкие пальцы сомкнулись вокруг моего предплечья. Я тихо скулю, когда он тянет меня наверх, и поднимает на ноги. Мои зубы снова стучат.
Нико другой рукой выключает воду, и вместе со мной выходит из тесного помещения.
Толкает меня в сторону кровати, и я едва успеваю выставить руки, чтобы не упасть лицом.
Мужчина скидывает грязные ботинки, ступая на светлый ковёр, и двигается ко мне.