Дарья Данина – Бездушные (страница 11)
- Не подходи. - Мой голос действительно хрипит. Я даже сама себя плохо слышу. Отползаю от приближающегося мужчины, толкаясь пятками в мягкий матрац. - Не трогай меня. Не трогай...
Нащупываю рукой противоположный край кровати, и почти спрыгиваю. Мулат успевает ухватить мою лодыжку и дёрнуть на себя с такой силой, что воздух из моих лёгких вырывается с такой силой, что внутри всё начинает гореть.
Он протаскивает меня по постели, сбивая простыни и покрывало в беспорядочную кучу, и сам забирается на кровать, облокачиваясь на бельё коленями.
- Пусти!! - Кричу так громко, что, кажется, срываю голос.
Сильное жжение опаляет мою щёку, заставляя меня проглотить собственные крики. Нико, нависая надо мной, скрутил мои руки, затолкав мне их под собственную поясницу.
Его тяжёлое дыхание обдаёт жаром моё лицо. В его глазах застыл гнев. Гнев и ярость. Я сильно прикусываю нижнюю губу, глупо полагая, что это сдержит мои слезы.
Стараюсь не вдыхать воздух, выдыхаемый им мне в лицо.
Как же я его ненавижу...
- Ты бездушное животное. - Не сдерживаюсь, и произношу, глядя ему в глаза. - Падальщик...
- Падальщик, говоришь?
Меня буквально трясёт от ужаса. В ушах стоит гул, а сердце готово остановиться в любой момент. Умирают ли от сердечного приступа в моём возрасте? Думаю, что да.
- Зачем ты держишь меня здесь? – Я чувствую боль в плечах и шее. Его бёдра удерживают мои ноги. Словно кандалы на приговорённом к казни. – Это ведь было специально? Так ведь? Ты хотел, чтобы я это увидела. Хотел вселить в меня ещё больший страх…
- Чего ты боишься больше, Агата. – Он слегка ослабляет хватку. – Меня? Или смерти? И не говори, что ты не боишься умереть… ты боишься. Очень.
- Кто вы такие? – Набираюсь храбрости не отводить от него глаза. Понимаю, что за окном уже тихо. Я не слышу ни криков, ни лая. Ничего. Абсолютная тишина. Только его дыхание над моим лицом.
- Тебе так важно? – Он сводит тёмные брови, и немного приподнимается. Вытаскивает из-под моей поясницы руки, и опирается на локти.
- Ты же всё равно меня убьёшь. Как и того мужчину из казино. Как и того, что я видела во дворе. - Очередная дрожь рассыпается по телу, спускаясь к кончикам пальцев на моих ногах. - Днём раньше, днём позже. Это вопрос времени…
Мужчина переводит задумчивый взгляд в окно. Будь я смелее, я бы попыталась лягнуть его. Ударить, пока он отвлёкся на свои мысли… но я – это я. А он – это он… А, собственно, кто он? Я ничего о нём не знаю. Знаю лишь, что он меня не пожалеет. Он может пристрелить меня прямо сейчас. Для этого ему не нужно время на раздумья.
Нико делает глубокий вдох и перекатывается на бок. Позволяет мне вдохнуть так же глубоко, как и он сам. Подтягивается на руках, и садится, откидываясь спиной на мягкие подушки в изголовье. Хлопает по матрацу рядом с собой и вопросительно поднимает брови.
Что это? «Место»?
- Иди сюда, Агата. – Произносит медленно и очень чётко. Буквально проговаривая каждый слог. – Раз, два…
Я не жду «три». Поднимаюсь и опускаюсь рядом с ним. Мои ладони вспотели, и я тру их об скомканные простыни.
- Сначала ты расскажешь мне о себе. И только потом…
- Ты же и так знаешь всё, что тебе нужно.
- Откуда тебе знать, девочка, что именно мне нужно? – Нико поворачивает ко мне голову, и его глаза опускаются на мою шею. Да… на ней синяки. Синяки от его пальцев. Мулат поднимает руку и его пальцы касаются светло фиолетовых отметин. Я дёргаюсь назад, но он ловко хватает меня за затылок и притягивает обратно. – Сколько ещё ты будешь пытаться убежать, Агата? Даже смешно. Дальше этой комнаты ты всё равно не сбежишь… так что, не дёргайся, и будь паинькой.
Я задерживаю дыхание, когда чувствую его теплые касания на тонкой коже. Предатели-мурашки тут же дали о себе знать.
- Ты такая хрупкая. – Шепчет, обводя гематомы. – Думаешь, мне так нравится причинять тебе боль? М? – Снова смотрит мне в глаза. При свете солнца их радужка просто невероятная. Кажется, что это линзы.
- А как иначе? – Вновь перехожу на шёпот, а его рука поднимается выше. Гладит скулу, и проводит большим пальцем по губам, словно хочет стереть несуществующую помаду. – Так что? – Нико резко убирает от меня ладони, и снова укладывается на подушки. – Ты хочешь узнать кто я, и чем занимаюсь? Тогда рассказывай... – Закидывает руки за голову, и широко раскидывает ноги.
- Что тебе рассказать? – Я подбираю свои ноги, и прижимаю колени к груди. – Спрашивай.
- Ммм… Тебе двадцать семь. Твой отец умер. А мать начала пить… Почему ты бросила её? Почему не пытаешься вернуть её к нормальной жизни?
- Я пыталась. – Хмыкаю, не желая обсуждать болезненную для меня тему. Да, я пыталась. И очень много раз. Я даже переехала обратно к ней, глупо полагая, что так смогу её контролировать. Возила её на кодирование. Но она всегда находила момент, чтобы выпить. Крала мои деньги, прятала бутылки. В запале проклинала меня и отрекалась. Это повторялось из раза в раз, словно кошмарный сон. Запах перегара от родной мамы вызывал во мне ни с чем несравнимое отвращение. – Много раз пыталась. Но ей это не нужно. Ей нет до этого дела. Как, впрочем, и до меня.
- Это она тебе так сказала?
Он что, решил покопаться в моей душе?
- Да. Но это и без слов было понятно.
- Почему? Как ты это поняла?
- Зачем тебе это? – Недовольно хмурюсь и поворачиваюсь к нему.
- Просто мне непонятно, как можно бросить мать на произвол судьбы. Оставить спиваться в доме, который сейчас даже жилым не назовёшь…
- Я присылала ей деньги. Она звонила, и говорила, что завязала. И я верила, потому что её голос действительно тогда был трезвым. Но, как выяснилось позже, она пропивала всё до копейки. – Злюсь и, кажется, он это замечает.
- Так, как ты поняла, что ей нет дела до дочери?
- Очень просто. – Поднимаю взгляд к потолку, потому что чувствую, как крошечные слезинки копятся в уголках глаз. Что станет с того, что я ему расскажу. Он забудет об этом на следующий день после моего убийства. – Она и рукой не пошевелила, когда меня пытался изнасиловать её собутыльник. Просто прошла мимо моей комнаты. Ей было плевать.
Я замолчала, кусая губы, и вновь окунаясь в тот кошмар. Мне невероятно повезло, что этот гад был сильно пьян, и под моей рукой оказалась тумба, на которой я оставила кроссворды с ручкой. Если бы не эта ручка, которую я вонзила ему в бедро… Я бы, жить не захотела дальше.
- И что? – Его грубый голос выхватил меня из воспоминаний.
- Что? – Не понимающе озираюсь на Николаса.
- Изнасиловал?
Холодный взгляд проходил сквозь меня. Мне стало не по себе.
- Нет. – Машу головой, и откидываю мешающие волосы назад. – Я проткнула его ногу шариковой ручкой и сбежала.
Он хмыкает и дёргает уголком полных губ. Ему кажется это забавным?
- Не такая уж и трусиха… Да, снежок?
Я не успеваю ничего ответить, как он встаёт. Спешно поднимается, и спрыгивает с кровати. Поправляет футболку, а после, засовывает ноги в грязные ботики.
- Ты ничего мне не скажешь?! Да?! – Повышаю голос от обиды. Он просто уходит, так ничего мне и не рассказав.
Мужчина открывает дверь, и переступив порог, всё-таки оглядывается.
- Это будет сказка на ночь, Агата…
Глава 12
Мне хотелось, чтобы этот день тянулся вечность. Я с ужасом ждала вечера. И уж, тем более, ночи. Мне не нужна была эта сказка. Я давно не маленькая, и прекрасно понимаю, чем всё это могло закончиться. Ощущение неизбежности... оно как густая тягучая трясина. Чем больше ты пытаешься из неё выползти, чем сильнее и глубже она тебя засасывает. Сжирает. Переваривает даже кости, стирая их в белёсый порошок.
Отсутствие часов, делало ожидание ещё более мучительным. Будто я снова оказалась в чертовом казино, где часов в принципе не бывает.
Ориентируясь исключительно на свои биологические часы, и на небо за стеклом, я понимала, что время неумолимо подходит к вечеру.
Я оглаживала пальцами решётку на окне, в надежде, что металлические прутья расплавятся под теплом моих рук. Всматривалась в горизонт, пересчитывая макушки высоких елей и сосен. Наблюдала, как они розовеют, окрашиваясь цветами заката. Красиво.
И страшно. Это было ещё одним знаком того, что скоро придёт Нико.
Сегодня я видела оружие. Много оружия. Целый ящик. Несколько мужчин выгрузили из большого пикапа два деревянных ящика. Вскрыли их там же, на зелёном газоне. Внутри они были забиты автоматами. Я плохо разбираюсь в оружии, но автомат, мне кажется, даже дурак отличит.
Мужчины восторженно рассматривали содержимое. Доставали, крутили в руках, целились в воображаемую жертву. Громко смеялись. Словно мальчишки, которые ухватили лучшие пистолетики в саду. Только это были не просто мальчишки, и в руках у них были не игрушки.
Они занимаются оружием? Господи... куда я попала? Что будет со мной дальше?
Я пыталась отыскать под своим окном следы крови, что оставила утренняя казнь. Но ничего. Абсолютно никаких признаков того, что в ранние часы здесь убили человека. Я пыталась не думать об этом. Но каждый раз, завидев во дворе собак, на меня накатывало чувство тошноты.
- Всё сидишь?
Женский голос за спиной, заставил меня отпрянуть от окна, и одна нога нечаянно соскользнула с подоконника.