Дарья Быкова – Вербера. Ветер перемен (СИ) (страница 58)
– У тебя нет столько сил, – качает головой паладин, и он, чёрт бы его
побрал, прав. – Ирби, что происходит?..
– Здесь мой враг, – со вздохом признаюсь.
– Я же запретил тебе убивать людей, – тут же становится ледяным голос
Рравеша, и я только сейчас понимаю, что весь предыдущий разговор
проходил чуть ли не в дружеском тоне. А вот теперь паладин
разозлился.
– Я не буду его убивать, – комкаю край рубахи. Добавляю в сторону: – Я
просто разрушу его жизнь, как он мою.
Кажется, в Рравеше победило любопытство.
– Останемся. Но ты мне всё расскажешь, и сделаешь только то, что я
разрешу. Идёт, Ирби?
Рассказывать, признаваясь в собственной глупости, не хотелось. Но
Рравеш так смотрел, что я почему-то не решилась спорить. А ну как
вообще передумает?
Рассказывать начала, пока мы шли к постоялому двору. Казалось, что
так легче – не надо смотреть на собеседника, можно внимательно
разглядывать мостовую под ногами и убеждать саму себя, что это было
не со мной. Впрочем, рассказ будет коротким.
– Мы должны были пожениться. Мне было шестнадцать, ему двадцать
два, и между нашими родителями было всё оговорено…
– Родителями? – переспросил Рравеш. И я не удержалась:
– Родителями. Не знаю, паладин, что написано в ваших книгах, но я
помню себя человеком с самого детства. Просто в пятнадцать у меня
проявился дар, и он оказался таким…
– Родители знали? – спрашивает паладин, и я легко вру:
– Нет.
Мама знала. Но она приняла меня, она любила меня ничуть не меньше, чем до, ровно также как моих братьев и сестёр, не имеющих никакого
дара, и хотя предупреждала, чтобы я никому не говорила, я наивно
полагала, что жених примет тоже…
Паладину это знать ни к чему. Если он когда-нибудь выяснит моё
настоящее имя, не нужно, чтобы у него было хоть что-то против моих
родителей.
– И что произошло?
– Я имела глупость ему рассказать. И он продал меня чёрным магам. Вот
и вся история, паладин. На тот момент я никого не убила, не ограбила и
даже не обманула. Я вообще не планировала пользоваться даром.
Убивать меня заставили те, кто держал за поводок. Такие как ты. И я
быстро научилась. Иногда мне даже нравилось. Особенно когда новый
хозяин приказывал убить предыдущего…
– Ирби… – говорит паладин, но я не хочу на него смотреть. Чувствую
себя жалкой. Попрошайкой, только выпрашиваю я не деньги, а участие и
сочувствие, что ещё более унизительно.
Вздрагиваю от прикосновения к ладони – Рравеш берёт меня за руку.
– Как будем мстить?
К вечеру мы знали о моём бывшем женихе следующее: он известен
здесь под именем барона Райдена, через неделю у него свадьба – он
собирается жениться на дочери главы города.
– Я приму облик его невесты и демонстративно изменю ему… с тобой! –
предлагаю я, устраиваясь с ногами на кровати. Можно было бы и в
кресле. Или на диване. По какой-то причине Рравеш выбрал самый
шикарный постоялый двор. И снял нам отдельные комнаты!
– Часть этой затеи мне определённо нравится, – усмехается паладин, и
так смотрит, что не приходится сомневаться, какая именно.
Но я всё равно уточняю:
– Полапать чужую невесту?
– Тебя, – совершенно не теряется и не смущается Рравеш, а взгляд
становится ещё темнее. Дальше я решаю не шутить и возвращаю
разговор в деловое русло:
– А какая не нравится?
– Если он женится ради денег, а у нас есть все основания предполагать, что это именно так, то его это не остановит.
Тут Рравеш прав.
– Тогда его облик и изменю с какой-то красоткой на глазах у невесты, –
предлагаю я. Паладин хмыкает, но тоже качает головой:
– Простит.