Дарья Быкова – Вербера. Ветер перемен (СИ) (страница 103)
вернулась, словно гложет его что… и – это даётся королеве с особым
трудом – стал с ней холоднее и строже.
Вытерпев с десяток "милая сестра", я кивнула. Обрадованная королева
тут же обещала прислать его ко мне под каким-то благовидным
предлогом и – о чудо! – молчала вплоть до привала.
– Ваше Величество?
Я вскидываю глаза, проклиная своё неуёмное, слишком отзывчивое к
паладину сердце. Добавляю синий и золотой в глаза, не для него, для
королевы, что впилась в нас глазами, почище чем клещ
впивается…куда-нибудь.
– Знаете, Кристиан, иногда события – не то, чем они кажутся, – зачем-то
говорю я. Впрочем, я знаю зачем. Мне чертовски важно перед ним
оправдаться. Хоть немного. Хоть как. Чтобы он оставил мне шанс.
– Боюсь, Ваше Величество, я недостаточно мудр, чтобы это осознать, –
губы паладина кривятся в горькой усмешке. Упрямый и слишком гордый
тип. – Чем могу быть вам полезен?
– Моя дорогая сестра за вас волнуется, Кристиан.
– Я в порядке, Ваше Величество.
Это пока. Пока я не сошла с ума и не начала тебя травить.
– Ей кажется, что вы переменились, Кристиан. Остыли.
– Её Величество знает причину. Как и вы, Ваше Величество.
Кажется, Рравешу доставляет какое-то извращённое удовольствие
повторять "Величество". Или это намёк, что он разговаривает со мной
только потому, что я в роли императрицы?
– Могу я сказать ей, что ваше сердце всё так же бьётся ради неё, Кристиан? Она хочет услышать именно это.
– Скажите то, что вы видите, Ваше Величество, – усмехается паладин.
Знает же гад, что ничего я не вижу! Ну погоди ж ты!
– Полагаете, – я прикрываю рот веером, потому что собираюсь
произнести совершеннейшую крамолу и ересь, – нужно сказать, что к ней
вы давно остыли и теперь ревнуете меня?
О, как точно я попала в цель! Кажется, даже поводок чуть дрогнул, но к
чести паладина должна сказать, что дёргать за него тот не стал. Разве
что обжёг меня взглядом. И ответ прозвучал совершенно ровно:
– Разумеется, если вы видите именно это, Ваше Величество. Я могу
идти?
– Идите, – не сдержав грустного вздоха, разрешаю я. – Идите, Кристиан.
Чтоб тебя!
– Я могу его убить, этого вампира, – вдруг выдаёт Рравеш, предусмотрительно отвернувшись от зрителей. – Да?
– Нет, – наверное, я слишком поспешна и слишком напугана – глаза
Рравеша снова затягивает холодное презрение. Но вампир должен
принести нейтрализатор, и до этого момента он должен дожить. Это куда
важнее, чем горечь, царапающая сердце.
Иррийну я заверила, что ей не о чем беспокоиться, Кристиан Рравеш
верен присяге, которую давал королю Киррону, а значит, верен
Кирремии и ей, королеве. Разумеется, её такой ответ не устроил.
– Понимаете, дорогая сестра… мне иногда кажется, что Кристиан
испытывает ко мне чувства не как к королеве, а как… как к женщине.
Если это так, я хотела бы знать, чтобы, может, как-то скорректировать
своё поведение, стать холоднее, не давать повод… Я ведь очень ценю
Кристиана, и мне бы не хотелось…
Невольно я посмотрела на него. Паладин ехал впереди и что-то
оживлённо обсуждал со светлым магом. Интересно, маги не чувствуют, что он некромант? По поведению кажется, что нет. Он свою связь с
Чёрным как-то перекрывает вернувшейся силой? Или что?
– Не волнуйтесь, Иррийна, – сладко улыбаюсь я королеве. Нет, это не
месть, ещё нет, слишком мелко для мести. Я ведь не забыла все её
пакости, я всё ещё жду удобного момента, чтобы и в самом деле взять за
горло и оставить пару незаживающих царапин. В конце концов, мы в
лесу. А в лесу должны, просто обязаны водиться дикие звери, от которых
всего можно ожидать… – Кристиан действительно влюблён, но не в вас!
– Не в меня?! А в кого?! – выпалила королева с таким искренним
возмущением, что я невольно улыбнулась.
– Не знаю. А это разве имеет какое-то значение?
– Нет… нет, конечно, не имеет, – опомнилась невестка императрицы. Но
полностью разочарование и недоверие скрыть из голоса не смогла: –
Спасибо, милая сестра. Вы меня очень успокоили.