Дарья Быкова – Темная правда королевы (страница 17)

— Ты? Ты! Спаси её, пожалуйста, спаси, я всё, что угодно… я…

Он резко замолкает, а на горящий — оказывается, у неё всё ещё есть тело, и оно всё ещё горит — на горящий лоб ложится чья-то рука. От неё спокойно. Утихает огонь, наваливается просто усталость…

— Запомни, принц, — тихий голос Виира. Ну точно же бред. — Меня. Здесь. Не было.

Арея солидарна с ним. Ну конечно не было. Он ведь отрёкся, ушёл… Впрочем, нет. Это, кажется, она отреклась. Да какая, на самом деле, разница. Плохо лишь, что её упрямое сознание никак не хочет с этим бредом расставаться.

Потом была тьма. Нет, Тьма. Именно она, которая с большой буквы. Много Тьмы. Она смотрела, и, кажется, качала королеву на своих волнах как ребёнка…

А потом Арея просто открыла глаза.

— Роберт… — она не могла, ну никак не могла сформулировать вопрос. Судя по щетине на щеках и подбородке принца, она выпала из жизни не меньше, чем на неделю, а то и на две. Как-то не присматривалась никогда, как быстро у Роберта растёт щетина, да и не позволял он себе появляться рядом с ней в таком виде…

— Моя королева! — принц бухается на колени, жадно хватая её за руку, рассыпается в извинениях, а потом в восторгах, что она жива, а затем снова в извинениях… Королева зачем-то озирается вокруг. Никого. Больше никого в её покоях, и ни единого кусочка Тьмы.

Потом были врачи, и королева удивлялась, что их голоса не запомнились ей совершенно, а ведь они тоже не один день и не одну ночь провели возле постели, и все сходятся на том, что лекарское искусство, благословение Света и крепкий организм королевы спасли ей жизнь. Арея слушает и верит, и всё равно не может выкинуть из головы тот бред, и даже — вот позор! — шепчет в ночь украдкой: спасибо. Спасибо, хоть тебя здесь и не было. Спасибо.

Элисон полагалось казнить. Сразу же. По правилам это должно было произойти ещё пока Арея металась в бреду, борясь за жизнь или смерть — она сама не уверена уже, к чему стремилась тогда её душа. Убийцу должны были допросить и распять на главной площади столицы. В назидание, так сказать. Но в любой ситуации всё решают не правила, а связи. У Элисон связи были что надо — муж-принц, отец — могущественный лорд…

— Она под домашним арестом, — Роберт отводит взгляд. — И я прошу вашей милости, моя королева.

В поисках поддержки принц смотрит на племянника… и, видимо, как-то они заранее сторговались — Колин лениво, скорчив гримасу отзывается:

— Дорогой дядя, даже моя жена не настолько кровожадна, чтобы убивать беременную женщину. Тем более что она сама так пока и не понесла…

Арея невозмутима. Молчит. И Роберт, встретившись с ней глазами, бледнеет.

— Ваше Величество! — в голове принца надежда и мольба.

— Полагаю, она не вечно будет беременной, — тихо говорит королева.

Вот она — ловушка неравного отношения к мужчинам и женщинам. Женщина считается глупее, ей много чего нельзя, но зато и с рук сойдёт куда больше…

— Вы хотите оставить ребёнка без матери, дорогая супруга? — противно тянет Колин. Арея не хочет, она вообще ничего этого не хочет, она ненавидит выносить приговоры, и сейчас как никогда ей кажется, что не стоило ввязываться в это всё… а впрочем, у неё не было выбора. Благодаря Колину и отцу не было, и до сих пор нет, разве что сдаться. Но это хуже всего.

— А вы полагаете, дорогой супруг, что подобная мать сможет научить ребёнка чему-то хорошему? — холодно отзывается она. Может быть, стоит ответить Роберту взаимностью только чтобы отомстить этой гадюке Элисон? Нет, слишком мелко. Противно.

— Арея… — беззвучно шепчет Роберт. Наверное, его стоит пожалеть. Он в ответе за свою жену, он сразу предложил отдать за неё жизнь в качестве искупления, но королева не может и не хочет такой жертвы. С другой стороны, она точно так же не понимает, почему беременную крестьянку, непочтительно разговаривавшую с барином, можно забить плетьми до полусмерти, а беременную аристократку, пытавшуюся убить свою королеву, и пальцем нельзя тронуть. Связи… чтоб их.

— Она родит, — холодно говорит Арея. — И вы сразу заберёте у неё ребёнка, Роберт. А дальше на ваш выбор: можете с ней развестись, — кажется, принц смотрит на неё с укоризной, развод — это позор для женщины в первую очередь, ну так и прекрасно, что позор, Арея лично подберёт для этой гиены в оленьей шкуре самый строгий монастырь! Или я её казню. В любом случае, вы должны будете жениться ещё раз. И я сама — сама! — выберу вам невесту.

У Ареи даже есть на примете прекрасная кандидатура — её вторая фрейлина. Риана Эллири.

— Арея… — недовольно хмурится Колин.

Ну конечно, она же не вправе принять самостоятельно ни одно мало-мальски значимое решение… Отчего-то сегодня её раздражает буквально всё. А этот идиот, похоже, и не понимает, что стояло на кону.

— Знаешь, что она мне сказала, Колин? — королева, несмотря на копящееся внутри раздражение, мила и приветлива. Вот только взгляд кротким не выходит, слишком прямой и твёрдый. — Что я сдохну, и корона выберет Роберта. И она будет королевой. И, думаю, она была права. Тебе наскучила корона, дорогой супруг? Или жизнь?

Муж изменился в лице. Вероятно, представил себя в каком-нибудь строгом монастыре, а то и вовсе на кладбище — история практически не знает примеров, когда свергнутый король оставался жив. И даже если этого не сделает его дядя, сделает жена дяди. Тётя Элисон, хоть тёте меньше лет, чем ему.

— Я разведусь, — говорит бледный Роберт, которому, очевидно, этот разговор невыносим. — Благодарю, моя королева.

А в глазах его упрёк, и боль, и даже, наверное, разочарование, но ей плевать. Стоит вспомнить крестьянку и то, что Роберт собственноручно, будучи регентом, подписал индульгенцию тому дворянину…

Она сухо кивает. Интересно, что бы сказал Виир? Наверное, тоже остался бы недоволен — не настолько она сильна, чтобы оставлять за спиной живых врагов. Если ему было бы до неё хоть какое-то дело…

ГЛАВА 11

Снова пришёл Колин. После первой его попытки зачать наследника, Арея быстро приспособилась и отлично наловчилась либо отсутствовать в нужные дни, либо, напоив мужа, подкладывать под него куртизанок. Девушки не жаловались — платила королева щедро. Как за информацию, так и за это.

— Сегодня совершенно неподходящий день цикла, — легко соврала ему королева. Сегодня она как-то не подготовилась, хоть Колин и нетрезв, но куртизанки у Ареи в покоях нынче нет. А значит, день совершенно не подходящий.

Но муж почему-то всё равно решил остаться. Шагнул не к кровати, а к креслу. Хочет говорить? Арея не настроена, и потому что считает его круглым дураком, которым вертят его фавориты и фаворитки, и потому что несёт от него алкоголем, что, как известно, ума не прибавляет… Хорошо хоть ему пока что хватает ума не подчиняться магам.

Колин её недовольство игнорирует.

— Арея, — неожиданно мягко выдаёт он. — Я был к тебе несправедлив. Ты — умная, красивая женщина. Сильная.

— Был, — спокойно соглашается королева, ей почти смешно — после признания муж смотрит на неё выжидательно, словно одна фраза должна что-то изменить в их несложившихся отношениях. Тем более что ненавидеть и презирать можно любую, даже самую красивую, сильную и умную женщину. — Теперь не будешь?

— Н-не буду, — послушно соглашается Колин. И кивает как болванчик.

— Вот и хорошо, — не поверив ни на мгновение улыбается Арея. — Спокойной ночи, дорогой супруг.

Колин поднимается из кресла, мнётся ещё какое-то время, а затем, пробормотав что-то неразборчивое, но весьма похожее на «хороших снов, дорогая» уходит.

Чудно. Неужто в алкоголь ему что-то подмешали? Если Колин на самом деле осознает, что она умная и сильная, он постарается от неё избавиться, не взирая на риск потери короны. Потому что иначе, рано или поздно, она избавится от него.

А утром Арее зачем-то приносят цветы. Красные розы для прекрасной королевы. И муж приглашает её на прогулку. И, поговаривают, разогнал фавориток… ну или спрятал. Что-то происходит. Может быть, на прогулке должен произойти несчастный случай? В конце концов, живая, но парализованная королева куда удобнее активной, сующей везде свой не согласный с мужем нос… От прогулки Арея от греха подальше отказывается. Цветы принимает, пусть и не хочется, но объявлять войну она совсем не заинтересована…

А у Колина, как поговаривают, новый фаворит. Иностранец. Тихий, вежливый… судя по всему, умный и опасный. Арея уверена, что это он подбил супруга налаживать отношения… и уже заранее его за это ненавидит и опасается. Хотелось бы что-то изменить, но у неё слишком мало верных людей. Пока ещё слишком мало!

Почти через месяц безрезультатных и вялых ухаживаний короля за королевой, о которых, впрочем, судачил уже не только дворец, но и вся столица, если не вся страна, этот самый фаворит повстречал Арею в саду. Раньше намеренно прятался, не иначе.

— Ваше Величество!

Молодой. Куда моложе, чем она думала. Худощавый, изящный, светло-русые волосы… глаза непонятно какого цвета, ибо он потупил взгляд, склонившись в поклоне.

— Кто вы? — спросила Арея. Разумеется, она уже знает, кто. Пьер Рауль эс Норр. Человек без прошлого… или же человек, назвавшийся вымышленным именем и плохо позаботившийся о своей легенде.

— Ваш преданный слуга, Ваше Величество. Пьер Норр. Его Величество в своей безграничной милости счёл меня достойным чина своего Советника.