Дарья Белова – Порочное влечение (страница 4)
– Ты хотела развлечений, свободы! Вот, – поднимает за шею и толкает в центр зала, – это твой свободный вечер!
Джем просит увеличить громкость, сделать ее максимальной, чтобы мои барабанные перепонки разорвались.
– Танцуй! – повторяет.
Поднимаюсь с пола. Тошнит не по-детски, до горького привкуса на кончике языка. Но под музыку танцую… И плачу. Обнимаю себя руками, проглатываю рвущуюся истерику.
Больно. Противно от самой себя. Стыдно. Если сейчас у меня случится отравление, и я умру, буду благодарить Бога за такое спасение.
Когда музыка заканчивается, отползаю к стене и притягиваю ноги к груди. Колени обхватываю руками. Колотит. Сквозь пелену смотрю с ненавистью куда-то в пропасть.
– Умница. Моя девочка, – Джем, наклонившись, цепляет мой подбородок и поднимает голову.
Плюс моего пьяного состояния в том, что я не вижу лица ублюдка. Только чувствую запах мускуса и груши.
Чудовище оставляет поцелуй на моем лбу и кидает фразу:
– Новенький!
Можно подумать, ты не запомнил его имени…
– Отвези ее домой, – бросает слова и отталкивает мою голову.
Все шакалы, кроме Камиля, покидают зал.
– Только вот… Руки держи при себе. Если даже твой выпавший волос коснется ее кожи…
Джем достает свой пистолет и стреляет куда-то в сторону, где стоит Кам. Взвизгиваю. Прикрываю уши ладонями и вновь смотрю в пропасть.
Камиль не дернулся. Не моргнул.
– Ясно, че.– Отвечает он спокойным голосом.
Глава 5. Майя
– Тебе помочь? – звучит рядом.
– Я справлюсь.
Походка виляет, и мне правда нужна помощь, потому что боюсь свалиться куда-нибудь в кусты. Но разрешить шакалу до себя дотрагиваться?… Одно платье уже улетело в мусорное ведро. Не хотелось бы избавляться еще от этого. Осознанное потребление – и все такое.
– Где твоя машина? – грубо спрашиваю.
Мысль о том, чтобы остаться с ним наедине, еще и в тесном пространстве, навевает нервозности, и я, как могу, защищаюсь. То есть веду себя стервозно.
Ладонь Камиля касается моей поясницы, и по коже пробегает разряд. Меня бьет током, я шиплю. Чертова синтетика.
– Сюда, – ведет вдоль пустого тротуара.
Под ногами выбоины и камни. Едва не спотыкаюсь, и если бы не варвар, упала бы. Сломала ногу, пробила голову. Возможно, умерла бы от потери крови, ведь вокруг никого не было, чтобы вызвать скорую помощь.
– «Форд Фокус»? У Аджиевых проблемы с деньгами? Не помню, чтобы они позволяли своим шакалам ездить на таком металлоломе, – язык заплетается, но мне удается закончить свою мысль.
И нет, я вовсе не считаю эту машину плохой. Но жизнь в закрытом дворце в роскоши накладывает свой отпечаток.
– Не по статусу невесте Джема? – Кам смеется надо мной, и теперь его это точно забавляет.
Определенно, он выбивается из ряда обученных людей Аджиевых.
И почему он зовет своего начальника Джем? В корне бесстрашный варвар.
– Но у меня есть кондиционер, а сиденья застелены чехлами. Не китайскими! – открывает дверь и поднимает взгляд на меня.
Рассвет позволяет разглядеть чужака детально. До этого я видела варвара только в полумраке и при искусственном освещении туалета.
Вспоминаю, и губы начинают болеть.
На его гладковыбритом лице уже прорастает черная щетина. Густые брови, тоже черные. Глаза прищуренные, в них столько всего скрыто. Понадобится не один расшифровщик, чтобы понять хоть одну мысль. И губы… Они…
– Рассмотрела? – вырывает из раздумий.
Плюхаюсь на заднее сиденье и прикрываю веки.
– Да нужен ты мне больно, – бурчу и откидываю голову на подголовник.
В машине пахнет
Кам не спеша обходит машину и садится, громко хлопнув дверью и смачно ругнувшись. Водит он ужасно. Виляет, резко тормозит и снова громко ругается, когда не получается объехать ямы. А их здесь больше, чем жителей города. Согласно прошлой переписи населения, у нас проживает более семидесяти тысяч человек. Ям точно не меньше.
Я не спрашиваю Камиля, знает ли он точный адрес дома и почему вместо Джема, моего дорогого жениха, меня везет один из его людей. Та-а-ак плева-а-ать.
Во мне не меньше литра тяжелого алкоголя, и когда варвар совершает резкий маневр…
– Останови! – кричу, зажимая рот ладонью.
– Здесь нельзя останавливаться. Терпи.
Закрываю глаза, голову сильно кружит, и тошнота стремительно подступает к горлу. Ярость на Камиля, впрочем, тоже не стихает.
Чехлы, говорил?
– Быстро! – кричу.
Резкое торможение около леса, за ним уже виднеется закрытый поселок, в котором и стоит моя крепость. Я выпрыгиваю из машины и наклоняюсь над ближайшим кустом. Меня всю выворачивает наизнанку, и вкус десятилетнего виски вновь танцует на языке, покрывая его язвами. Стыд рождает желание убить варвара, ставшего свидетелем моего позора. Во второй раз, кстати.
И от платья тоже придется избавиться.
Камиль успевает выйти из машины и встать рядом, скрестив руки на своей твердой, как камень, груди. Лучше бы я ослепла, чтобы не видеть его королевской ухмылки.
– Что? Целовать больше не хочешь? – спрашиваю, скосив глаза на его ноги в черных джинсах. – Чокнутый шакал.
– Хочу.
И протягивает мне воду в смятой полупустой бутылке, которую забрал с сиденья.
– Но тебе лучше не называть меня чокнутым шакалом.
Опять тошнит. От своего унизительного положения я не в состоянии сдержать пары слезинок. Под глазами наверняка размазывается тушь. И отчего-то я думаю о том, как выгляжу.
Это же всего лишь шакал! Чужак! Варвар! Не-жи-лец!
– Почему? Если ты чокнутый шакал? Стоишь и смотришь, как кому-то плохо, до этого споив в хлам.
– Во-первых, если бы ты напилась, как ты говоришь, в хлам, то сейчас валялась бы в клубе, в углу. Во-вторых, я могу и разозлиться.
Вырываю протянутую бутылку воды и делаю пару глотков, не сводя взгляда с Камиля. Королевская ухмылка не желает слетать с его наглого лица.
– Угрожаешь? – промакиваю губы тыльной стороной ладони. Не до манер сейчас. – «Если только твой волос коснется ее кожи…» – цитирую
– Для пьяной у тебя хороший слух и память. Проблевалась?
– Заткнись. И лучше отвези меня туда, куда тебе приказали.
Чокнутый придурок.
Молча сажусь. Мне чуть легче, и теперь я рассматриваю шакала уже со спины, пока он ведет машину все в той же манере: ругаясь, оттормаживаясь и виляя.
Камиль посматривает в зеркало заднего вида. Наши взгляды пересекаются.