Дарья Белова – Порочное влечение (страница 3)
Вот ублюдок! Вонзаю ногти в ладонь, пока лунки не становятся багровыми и кожу не начинает пощипывать.
– Я скажу, когда он будет. А теперь иди к себе, – отдает приказ спокойным голосом.
Живот скручивает резью.
– Ты разбил бокал, – говорю четко каждое слово.
– Ох, точно… – смеясь и с хрустом раздавливая стекло под ногами, берет меня на руки, от чего шумно выдыхаю, слыша громкий хруст.
– Ты должна уже знать,
Джем опускает меня на первой ступени лестницы, но уйти не дает. Держит цепко, как интересную ему игрушку, и проводит большим пальцем по нижней губе. Именно там, где касался меня язык чужака.
В грудной клетке тревожно от острого взгляда парня.
– Если ты только позволишь кому-то дотронуться до тебя, я прострелю ему голову, застави тебя смотреть
Уже позволила, придурок! Эта мысль вдруг начала мне нравиться. Внезапный и неожиданный протест, вызывающий тихую улыбку. Но Джем воспринимает ее как смирение и покорность. Кретин…
Медленно ухожу, чувствуя на спине ошпаривающий шелк взгляд. Будто пшикнули отпаривателем между лопаток и остались наблюдать, как слой кожи отстает, набухает и слезает.
Сон приходит не сразу, а в середине ночи меня будит яркий свет и брошенное в меня серебристого цвета платье. От блеска бисера слезы катятся из глаз.
– Собирайся. Твой свободный вечер начинается сейчас. И со мной! – кричит на всю комнату. Она перестала быть безопасной. Я в панике оглядываюсь.
Надев платье через голову, ковыляю до машины. За все время, проведенное в этом доме, я перестала интересоваться чем-либо. Да и бесполезно спрашивать Джема о том, куда мы едем и что взбрело ему в голову.
Целованная другим…
Меня везут по знакомой дороге к клубу, откуда я сбежала несколько часов назад. И в эту минуту он выглядит закрытым. Вывеска потухла, охрана исчезла.
Лишь в центре танцпола я замечаю накрытый стол и слышу наполняющую клубной музыкой зал. По периметру расставлены шакалы Аджиева.
Самым последним замечаю… Демона. Он осмеливается мне подмигнуть и облизнуться. Во рту вновь расцветает вкус дешевого рома.
– Как тебе мой сюрприз? Ты хотела танцевать, – будешь танцевать до утра. Хотела расслабиться, – будешь пить то, что я позволю тебе и сколько позволю. Только мне решать, когда закончится твой свободный вечер. Дорогая.
Глава 4. Майя
– Нравится? – спрашивает с издевкой, и, подойдя со спины, перекидывает мои волосы с одного плеча на другое.
Чуть опускаю голову. Если я в таком состоянии посмотрю Джему в глаза, он моментально прочтет в них нескончаемую, удушающую ненависть к нему. Зачем злить придурка понапрасну?
– Что пить предпочитаешь? – отходит к бару, и, засучив рукава, опирается на столешницу.
– Я ничего не хочу, – тихо отвечаю, но мои слова заглушает музыка.
Клубная, та, что звучала, когда я была еще здесь и из-за демона разлила на себя коктейль. Рефлекторно бросаю взгляд в сторону Камиля.
Темные брюки, черная рубашка. Волосы слегка прилизаны гелем, руки сложены в замок перед собой. К груди прицеплена кобура с пистолетом. Идеальная машина для убийств. Шакал в образе миллионера.
Но ром пьет дешевый.
– Провести свободный вечер без меня ты захотела, а выбрать себе коктейль, — нет?
Наблюдаю, как Джем берет со стеклянной полки бутылку чего-то янтарного и плюхает жидкость в бокал. Обойдя стойку, вкладывает холодное стекло мне в руку и остается наблюдать.
– Пей. Майя. И развлекайся.
На плечи опускается прохлада, а по ногам дует сквозняк. Все окна закрыты. Да здесь их даже нет, а мне все равно становится чертовски холодно. Это унижение, эти приказы… Аджиева все забавляет.
Перебрасываю взгляд от виски в бокале на Джема, затем на всех его шакалов, задержавшись на Камиле чуть дольше.
Подношу бокал к губам. Чувствую нотки сладких сухофруктов, вишни и дыма. Что ж, проклятый монстр налил мне дорогое дерьмо.
Делаю глоток. Зажмуриваюсь, пока жидкий огонь облизывает рот, опускаясь по горлу в желудок. Обещанного тепла нет.
Выпиваю все до дна.
– Люблю, когда ты делаешь то, что я говорю, – вальяжно говорит, перебрасывая одну ногу на другую. Алкоголь ударяет в голову с первым сделанным шагом. Лучше бы вместо ромашкового чая я съела что-то существенное. Был бы шанс не опьянеть через секунду после пятидесяти грамм.
Громкость музыки увеличивается.
– Еще? – спрашивает Джамиль, гадко улыбаясь.
Качаю головой.
– Надо, Майя. Свободный вечер же. Помнишь? Эй, как тебя, новенький? – оборачивается и глазами ищет того самого новенького.
Несмотря на шумные, топающие по мозгам биты, я отчетливо слышу шаги демона. Неторопливые, уверенные. Этот шакал как будто другой…
– Камиль, – говорит просто. – Или Кам. Так легко запомнить!
Джем оборачивается на голос своего «новенького». Я все силы отдаю на то, чтобы не засмеяться. Не знаю, из-за едва ощутимого сарказма Камиля (Кама…) или шокированного лица Джема.
Но варвар ведет себя чересчур самоуверенно. Где-то и вовсе дерзко. Точно не жилец, и вдруг настроение после короткой передышки снова рухнуло.
Их взгляды пересекаются. Чернота окружает и закрывает под куполом. Сердце ноет от странного волнения и возникшего интереса.
– Обнови бокал моей невесте.
Кам поднимает на меня свои глаза. Алкоголь в моей крови начинает поджаривать тело, но дрожь никуда не девается. Чужак смотрит так, словно готов сожрать. Убить. Поцеловать и снова убить.
Шакал точно привнесет в мою тухлую жизнь множество проблем.
– Десятилетний виски? – уточняет у меня.
– Лучше воды, – отвечаю.
– Водой не развлекаются, дорогая, – низкий смех раскатывается по залу. – Виски, двойной. Ты же потом хотела танцевать, так?
Прикусываю язык, чтобы не сказать то, что сделает мою жизнь еще более невыносимой.
Камиль уходит к бару не сразу. В последний миг мы переглядываемся, и только я замечаю его королевскую ухмылку.
Шакал подчиняется и через пару минут протягивает мне наполненный виски бокал. Наши пальцы соприкасаются, и я знаю, что это было сделано намеренно. Очевидно, ему не жалко своих пальцев. Мне лично свои вот жалко. И я выдергиваю бокал, как из огненной печи.
– Пей. До дна, – шепчет дьявольски
Прикрываю веки, исполняю приказ.
Потом еще и еще… Камиль наливает, я выпиваю. Снова наливает, снова выпиваю под тяжелым взглядом Джамиля.
Голова разбухает. Меня качает, а пол под ногами чувствуется растопленным пластилином. В глазах двоится, и невыносимо тошнит. Вкус виски проедает язык.
– Теперь танцуй. Любимая.
Держусь за край стола. Я ни разу не присела и готова упасть замертво.
Шакалы стоят вдоль танцпола, как верные солдаты. Не двигаются. Может, и не дышат? Один Камиль смотрит на меня волком, выдвинув челюсть.
Что, уже не хочешь меня целовать?… Смотрю в его черные глаза и мысленно спрашиваю.
– Танцуй! – выкрикивает. Дергаюсь и падаю.
Слезы сбегают из глаз. Я устала, пьяна. Сон бьет по голове, как точный боксерский удар. Желудок сводит от выпитого алкоголя. Сколько мне наливали, а я проглатывала, не чувствуя вкуса?