Дарья Акулова – Семь бед и змеиный завет (страница 42)

– Мужчина. Что мужчины смыслят в магии? Ничего.

Она была права.

– У меня есть сила? – спросил Айдар. – Я ничего не чувствую.

– Никто не чувствует, мальчик, когда приезжает сюда. Для этого ты и здесь.

В каждом ауле должна быть одна баксы. Реже две, если это очень богатый аул и он состоит из сотен семей. Когда пожилая баксы отходила к аруахам, на её место должна была прийти новая. На совете решалось, кто из семей возьмёт в свой род баксы. Это было честью. Но и не каждая семья могла себе это позволить. Каждую баксы оберегали и чтили. Присутствие баксы считалось обязательным на родах, на празднике по случаю рождения ребёнка, на проводах невесты, на свадьбах, на похоронах. Они исцеляли людей не только от физических болезней, но и от душевных.

Но Айдар этого никогда не хотел.

Поселение состояло из нескольких юрт, расположенных среди сосен на берегу озера Бурабай. Этот аул не кочевал с места на место, как обычные, а находился тут постоянно. Пропитание доставляли сюда два раза в неделю. И жили здесь одни женщины, оно и понятно: никто из мужчин не обладал магией, кроме Айдара.

Но Айдар этого никогда не хотел.

Айбике-апай дала ему попрощаться с отцом, который его сюда сопровождал, и решила сама показать аул. Они шли, Старшая всё рассказывала что-то, но Айдар, вероятно, её совсем не слушал. Голова кружилась. Он видел, как на него пялились девочки-баксы. В основном с удивлением. Им всем здесь было не больше шестнадцати. На обучение выделяли четыре года, а после они уезжали, возвращались в родной аул, чтобы там проститься с роднёй перед свадьбой. Почти все уже были сосватаны в день их Посвящения. А кому не посчастливилось, тем родители обязательно находили женихов в течение этих четырёх лет пребывания здесь. У Айдара ведь тоже есть невеста. Была. Наверное, им с Инжу теперь не позволят жениться. Он думал, что хоть что-то в его жизни будет так, как хочет он. Нет. Снова всё решили за него. Как всегда. Теперь он здесь, один.

Айдар этого никогда не хотел.

Наставницы организовали целый совет по поводу того, где расположить мальчика: не поселять же его с девочками в одной юрте.

«Отошлите меня обратно, и у вас не будет этой проблемы».

Было решено нескольким наставницам из самой маленькой юрты переселиться в другие, чтобы освободить её для Айдара. С ума сойти – целая юрта в его распоряжении. Акку увели в стойла к другим лошадям на окраине селения.

– Ужин тебе принесут сюда, – сказала Айбике-апай в дверях. – Располагайся. Чистая постель уже готова. Обучение начнём завтра, подъём на рассвете.

От этих слов у Айдара всё внутри сжалось. Она закрыла двери и ушла. Он слышал её удаляющиеся шаги, а ещё девичьи голоса: они хихикали и перешёптывались. Точно его обсуждали, чтобы он не слышал. Руки немного чесались. Огонь очага в центре юрты иногда потрескивал. Несколько тонких белых струек дыма уходили наверх через шанырак. Айдар чувствовал, какими холодными были его пальцы, подошёл поближе к огню, и, положив свои вещи, сел, скрестив ноги. Он протянул ладони к пламени. Пальцы дрожали. Да и он сам немного дрожал. Принесли еду – лепёшки, какую-то похлёбку и воды. Негусто, но, видимо, на него еды пока не рассчитывали. Оставшись снова один, Айдар зачерпнул бульон, но понял, что если в рот попадёт хоть капля, то его вырвет. Он поставил миску обратно на стол. Хотел сделать глоток воды, но понял, что из-за кома в горле не может этого сделать. От злости отшвырнул бурдюк. Он же мужчина, он не должен плакать! Но он всего лишь мальчик, вдали от родных и друзей. Вдали от Инжу.

Айдар этого никогда не хотел. И он заплакал.

В первую ночь на озере Бурабай ему снова приснился тот сон. Или это был кошмар? Во всяком случае ничего страшного там не происходило, как и в предыдущие разы с того дня, как Беркут благословил его. Какие-то существа без лиц в длинных просторных серых одеждах своими длинными конечностями всё пытались вручить ему кобыз. На этот раз их было пять, а в самый первый всего одно. Существа просто стояли, ничего не говоря. Айдар даже не думал приближаться к ним, а сразу убегал. Если, конечно, можно куда-то убежать в своём сне.

Его разбудили на рассвете, как и обещали. Вытащили в утренний холод. Он поёжился. Айбике-апай стояла в окружении других наставниц и ждала, пока все ученики соберутся снаружи.

– Доброе утро, девушки, – сказала она. – И молодой человек, с недавнего времени.

Айдар стоял в толпе, но сразу почувствовал на себе пристальные взгляды всех присутствующих.

– Сегодня, – продолжила Старшая, – приветствуем новоприбывших. Вы получили благословение Беркута. И это честь. И ответственность. Вы нужны народу, а наша задача здесь – подготовить вас исполнить главное предназначение вашей жизни.

Вообще-то главным предназначением женщин считалось деторождение. Но у баксы к нему добавлялось ещё и служение на благо народа. Так что двойное предназначение – двойная ответственность. Но Айдар ведь не может рожать детей. Неужели весь смысл его жизни – это стать баксы и служить людям? Он ведь мечтал совсем о другом.

– Сейчас мы все вместе идём в лес. Беркут обладает магией воздуха. Воздух повсюду, даже внутри нас, – она положила ладонь на грудь, прикрыла глаза и сделала глубокий вдох. – Нужно очистить наши лёгкие и выровнять дыхание, а именно сосновый запах…

Айдар краем глаза заметил, что одна из девушек беззвучно открывает рот, когда говорит Старшая. Он повернул голову чуть сильнее, и убедился, что девушка повторяет слова Айбике-апай. Не повторяет – передразнивает! Это можно было заметить по её выражению лица. Наверное, они слышали неоднократно одну и ту же заученную речь. Но ведь новенькие совсем ничего не знали, поэтому остальным тоже приходилось её слушать.

Другая девушка, стоявшая рядом с дразнилкой, одёрнула её за рукав шапана, пытаясь приструнить, а потом они обе тихо похихикали.

– …Так что прошу следовать за своими наставницами.

Айдар вернулся из мыслей и понял, что всё прослушал. Но народ куда-то направился, и он пошёл вслед за всеми.

Каждый день казался Айдару бесконечным. И каждый день похож на предыдущий.

С рассветом подъём, прогулка вглубь соснового бора и дыхательные упражнения.

Завтрак.

Тренировки на развитие координации тела и растяжка.

Уроки по входу в транс с использованием кобыза.

Уроки магии.

Обед.

Тренировки на гибкость и силу рук.

Снова упражнения с магией.

Ужин.

Отдых и отход ко сну.

Утром всё повторялось.

Два или три раза в неделю к Айдару приходил учитель, посланный отцом, чтобы обучить Айдара китайскому, русскому и персидскому. Потому что хотел, чтобы сын был лучшим во всём.

Айдар ничего не хотел. Не хотел здесь быть, и делал всё это как попало, без старания и усердия. Может, тогда все увидят, что он не пригоден для магии? Наставницы делали ему поблажки: первый мужчина-баксы в истории всё-таки. Но Айдара это раздражало, он не хотел этого, он делал всё назло. Воздух ему не подчинялся, хотя девочки, что прибыли с ним в один день, уже на следующий могли перемещать сухие листья с места на место по ветру.

В первую же неделю он попытался написать письмо для Инжу. Но чтобы отправить сокола, нужно было назвать получателя. Как оказалось, родители просили Айбике-апай следить за тем, чтобы они не общались, так что отправить сокола не удалось. Более того, даже когда Айдар решил тайно ночью пробраться к сокольнице, птицы отказались служить ему. Он всё перевязывал свёрнутую записку то к лапе одного сокола, то к лапе другого. Кто-то больно клевал его в руки, кто-то позволял это сделать, но лететь не хотел, вцепившись когтями в руку. И это злило Айдара ещё больше. Он так хотел, чтобы Инжу знала, что он помнит о ней и ждёт встречи.

Девочки-баксы тянулись к Айдару за общением, но он, обычно всегда готовый поболтать, никого не подпускал к себе. Они были с ним довольно милы, но Айдар слышал, как те потом обсуждали его Инжу:

– Неслыханно, Ульгень отказался благословить девчонку!

– Что она такого сделала, как думаете? Наверняка что-то очень плохое.

– Или кто-то из её предков провинился, теперь она отдувается.

– Так ей и надо.

– Конечно. Теперь на всём её роду позор!

– Никто не возьмёт её замуж!

– У неё есть младший брат.

– Ты думаешь, кто-то позволит своей дочери войти в их семью, омрачённую таким страшным клеймом? Как же!

– Бедные Асан и Ардак!

– А что бедные? Нужно жить по совести и чести.

Но Айдар точно знал, что ничего плохого Инжу не делала и воспитана она лучше всех! Всегда помогала матери несмотря на то, что у них была помощница. А как она поёт, как она танцует!..

Айдар вскипал от злости.

Однажды он оседлал Акку и сбежал. Несся по дороге меж сосен и берёз подальше от места, где он не хотел находиться. Но его догнали. Догнали, поймали, схватили в воздушный плен и доставили прямо в юрту Айбике-апай.

– Ты что это придумал, мальчик? – холодно спросила она, а лицо её было таким, что Айдару стало страшно.

– Я хочу домой, – ответил он.

– Глупец! – гаркнула Старшая. – Прошло уже два месяца, а ты так и лодырничаешь! Все на тебя жалуются.

«Прекрасно, я этого и хотел. А теперь отпустите меня».

– Ты – избалованный сынок бия! Думаешь, тебе всё позволено? Думаешь, мы будем таскаться за тобой, как собаки?

«Не таскайтесь, просто выгоните меня отсюда».