Дарья Акулова – Семь бед и змеиный завет (страница 43)

– Тебе доверена такая сила! Каждая из нас с честью несёт титул баксы!

– Я этого не просил, – тихо сказал Айдар.

– Что? – переспросила Старшая, приблизившись.

– Я этого не просил!

Это прозвучало чуть более смело. Айдар даже выпрямился, расправив плечи. Но пощёчина от Старшей вдруг обожгла ему щёку. Он чуть покачнулся и схватился за неё.

– Глупый щенок, – прошипела Айбике-апай. – Ты примешь свою судьбу, хочешь ты того или нет. А я лично займусь этим.

Тело со всех сторон сжало воздухом, прижав руки и сдавливая грудную клетку всё сильнее.

– Мальчишке нужна круглосуточная охрана. Проследите за этим, пока я направлю запрос к рубасы́68. Пускай пришлют кого-нибудь.

Она махнула рукой.

– Уведите его.

Айдара потащили в его юрту, ветром затолкали внутрь и закрыли двери. Он упал. Подниматься не хотелось. Грудь распирал рёв, который он старательно сдерживал, только плечи вздрагивали. Руки невыносимо чесались. Он запустил пальцы под рукава. Поначалу казалось, что зуд облегчается, но было совсем наоборот. Расчёсывать хотелось всё сильнее, пальцы скребли, пока не стало больно. Айдар прошипел, отрывая руки от зудящей кожи, сел, обхватив колени руками и крепко сжал их, пытаясь успокоиться. Эти пятна появлялись у него раньше, очень давно, но волшебная мазь Ардак, мамы Инжу, помогала ему облегчить состояние. Потом они совсем перестали появляться. И вот опять. Нужно просто перетерпеть.

Айдар уткнулся лицом в колени, тяжело дышал, сжимая челюсти до скрипа в зубах. Пусть это всё скорей закончится.

Но это не закончилось. Стало хуже.

Айдар открыл глаза и понял, что снова видит сон. Тот самый. Только их было больше. Гораздо больше. Тёмные вытянутые существа окружали его со всех сторон и смотрели на него своими белыми глазами без зрачков. Они не двигались и ничего не говорили. Но Айдар почувствовал нарастающую тревогу. Он крутился на месте в поисках просвета, через который он мог бы ускользнуть, но выхода не было. И стало казаться, что это тёмное кольцо сжимается. Дыхание участилось.

– Что вам от меня надо? – Айдар впервые решил заговорить с ними первым.

Он всматривался в их лица, но не было понятно, где начинаются и заканчиваются их головы. Существа были сделаны будто из теней, которые клубились и кипели.

– Что вы хотите?

Тишина. Только белые глаза всё смотрели.

– Отстаньте от меня!

Кольцо всё плотнее. Айдар уже будто чувствовал на себе их прикосновения. А потом ему снова протянули кобыз. Он закричал.

И проснулся. В своей постели. Мокрый, липкий и холодный. Один из его охранников вошёл внутрь юрты, бросив грозный взгляд. Айдар всё щупал себя, пытаясь убедиться, что не во сне. А когда немного успокоился, сказал:

– Кошмар приснился.

И завалился на бок. Он услышал, как двери закрылись. Но спать больше не хотелось.

Айдар каждый день просыпался от одного и того же кошмара. А потом ему попросту стало страшно засыпать. Он сидел допоздна со светом, пока в какой-то момент глаза сами по себе не закрывались от усталости. Тогда сон был неглубоким и обрывочным. Но это хотя бы позволяло не погружаться в ночные видения.

Сил тренироваться у него не было никаких. А воздух всё так же не слушался его, сколько бы Айбике-апай его не била. Только всё сильнее зудела кожа на руках. Есть не хотелось, но Старшая приказывала буквально засовывать еду ему в рот.

– Окочуриться тут решил, мальчишка? – прыскала она. – Не позволю! Глупец!

И снова удары. Сама она в основном всегда била его по лицу и рукам. Но так как теперь у него были охранники, иногда она просила их «пробудить в мальчишке тягу к знаниям» ударами в живот.

Но это не помогало. Она злилась ещё больше.

Утром одного дня, когда все ученицы и Айдар собрались послушать игру наставницы на кобызе, тем самым погружая себя в транс, Айдар увидел что-то. Обычно он прикрывал ненадолго глаза в ожидании, пока остальные погрузятся в себя, а потом открывал, потому увидеть духов с помощью звуков кобыза у него никогда не получалось. Вот и теперь, выждав время, Айдар распахнул веки. Но среди стволов он увидел тень. Проморгался, потёр глаза. Но тень всё там и стояла. Он огляделся. Все девушки продолжали сидеть в трансе, наставница играла, кобыз пел. А тень продолжала стоять. И она была так похожа на одного из тех существ из его кошмаров. Снова зачесалось под рукавами. Айдар был уверен, что существо пялится на него. Он тяжело сглотнул, не в силах отвести взгляда. И даже не моргал. А потом совсем рядом с той тенью возникла другая. И ещё одна, и ещё… Айдару хотелось убежать, но ноги отказывались. А вот руки продолжали скрести друг друга. В какой-то момент Айдару стало так страшно, что он зажмурился, а ногти, казалось, стали сдирать кожу. Он вскрикнул от боли и открыл глаза.

Тени исчезли. Кобыз пропел последние ноты, и все стали возвращаться в реальность. Айдар сидел бледный и тяжело дышал. Но остальные были в полном порядке. Никто ничего не заметил. Тихо переговариваясь, вставали со своих мест и направлялись к выходу. Айдар схватился за голову.

Он начал сходить с ума?

Пока другие баксы изучали разные магические ритуалы, у Айдара появились свои. И совсем не магические. Уборка в юрте перед сном стала обязательной. Он доставал из сундука все свои вещи и раскладывал одним рядом. Сначала он успокаивался от того, каким стройным выходил этот ряд: одежда аккуратно свёрнута, последовательность начиналась от самой крупной и объёмной вещи и заканчивалась самой маленькой – перстнем, который подарила ему Инжу. Всё на месте, всё в порядке.

Затем Айдар надевал перстень и начинал убирать всё разложенное обратно в сундук. В одной и той же последовательности. Затем Айдар обходил юрту и поправлял ковры и кошму. Потом забирался на сундук и начинал считать. Он не знал, что именно считал. Но таким образом убеждал себя, что ночь не бесконечна, что время действительно идёт. И думал об Инжу. Пока не отключался от усталости.

Существа постоянно приходили, когда нужно было слушать кобыз по утрам. Инструмент, видимо, действительно приоткрывал завесу между мирами, потому что как только все закрывали глаза и затихали, вокруг Айдара возникали тени. Но он научился их прогонять, пусть и не самым приятным для него способом. Нужно было всего лишь надавить ногтями на кожу посильнее. Предыдущие раны, оставленные ими же, не успевали заживать, они ныли и горели, когда Айдар начинал сдирать с них запёкшуюся кровь. Но это позволяло резкой боли прийти быстрее. От неё существа и исчезали.

Айбике-апай была ещё одним кошмаром наяву. Но когда она била его палкой по рукам и спине за то, что они не в правильном положении, он радовался, потому что чувствовал, что это всё-таки не сон.

«Больно – значит, не сплю».

Айдару казалось, что он взял под уздцы свои видения и сны, пока однажды с самого утра не начал слышать шёпот. Непонятный и бесконечный. Сначала казалось, что это ветер шелестит листьями. Или водопад обрушивает свои потоки. Но шёпот становился громче и заполонял всю голову Айдара, все его мысли. Кроме одной, за неё он и держался. Так крепко, что представлял её в своих кулаках. Держался до боли, до кровавых следов от ногтей. Мысль об Инжу не давала ему забыться, хотя шёпот становился всё громче. Кажется, кто-то звал его, но он не слышал, полностью сосредоточившись на образе Инжу. На её янтарных глазах, на её длинных угольных косах, звоне монеток на её такия, когда они играли в догонялки, на её улыбке, от которой замирало сердце. Сколько времени уже он здесь? Несколько месяцев или вечность? Какая она сейчас? Думает ли она о нём?..

Айдар так много думал о ней, что однажды вечером она явилась. Стояла в дверях на пороге и улыбалась.

– Инжу? – Айдар быстро заморгал. – Это правда ты? Ты приехала ко мне?

Она только улыбнулась и протянула руку. Он протянул в ответ и пошёл к ней.

– Почему ты не приехал за мной? – Лицо её вдруг потемнело, и она не дала взять себя за руку. – Я ждала тебя.

Айдар замер и покраснел.

– Я пытался, но меня не пустили.

– Ты плохо стараешься, Айдар.

Ему показалось, будто это Айбике-апай говорит устами девушки. Волосы её зашевелились, сама она оказалась внутри, захлопнув двери. Со всех сторон к ней поползли тени.

– Ты плохо стараешься, Айдар. Почему ты сопротивляешься?

Нет, тени ползли не к ней, а к нему. Айдар обнял себя обеими руками и впился ногтями в кожу. Глаза его метались от одной темноты к другой, когда они стали возвышаться над ним, окружая. Он не мог вздохнуть, а только упорнее старался сосредоточиться на боли. Но тени не пропадали, окружили его плотной стеной. Теперь он снова видел их серые одежды, длинные конечности и совершенно белые глаза. Их взгляды пронизывали его острыми копьями.

«Нужно сделать себе ещё больнее».

Айдар стащил с пальца серебряный перстень, хорошенько обхватил его и полоснул себя так, что не кричать было невозможно. Он почувствовал тёплые струйки. Но существа не исчезали и всё смотрели на него. Прямо среди них появилась Инжу с такими же белыми глазами, как у них. В руках у неё был кобыз. Она протянула его.

– Хватит бороться! – сказала она голосом Старшей так, что ушам стало больно.

– Нет! – крикнул Айдар.

Он ощущал чьи-то прикосновения на теле, будто его куда-то тащили, щупали голову, грудь, шею. Но это ему только казалось, ведь он стоит здесь, посреди этого безумия.