Дарси Хоуп – Калери. Somebody's Me (страница 14)

А уже в пятницу вечером мы с девочками оказались в любимом заведении Кендис, расположенном практически в самом центре города. После того как она рассталась со своим бывшим парнем в старшей школе, еще до встречи с Бенджамином, Кендис каждый свой день рождения приходила в этот бар, не особо пользовавшийся популярностью у современной молодежи. Для нашей же подруги это место стало хорошей традицией, в которую она несколько лет назад вплела и всех нас. И теперь в чисто девичьей компании мы позволяли себе выпить лишнего и откровенничать. Без парней, без лишних глаз и ушей. Просто четыре подруги выпивают, отдыхают, перемывают косточки всем, кому не перемыли до этого, хотя иногда мы могли (и любили) обсудить что-то или кого-то по второму кругу.

Мое настроение к вечеру пятницы было ни к черту, поскольку я до конца не могла построить планы на выходные. Ты все еще держал меня в неведении относительно встречи в воскресенье. Саммер настаивала на том, чтобы я забыла о тебе хотя бы на этот вечер. Я натянуто улыбалась ее зеркальному отражению, пока накручивала ей локоны. Она переживала за меня, видя день ото дня, что я бьюсь словно птица в клетке, постоянно думая о предстоящем свидании или прокручивая в голове очередную выдуманную причину о том, почему ты до сих пор не написал мне. И вот я, так и не дождавшись от тебя сообщений, удрученно и наспех привела себя в порядок, не особо заморачиваясь с выбором одежды или прической, после чего Кендис, едва взглянув на меня на пороге их с Кэрол комнаты, отправила меня переодеваться, сетуя на то, что это ее день рождения и она просила нас соблюдать дресс-код холостячек. И чем ей не понравился тот свитер, который изначально я планировала надеть, не понимаю.

– И помните, дальше флирта не заходим, если кто надоедает – встаем и уходим, – вновь проинструктировала Кендис, когда такси выплюнуло нас прямо перед баром. Год назад она призналась, что придумала это правило только после того, как начала встречаться с Бенджи, то есть до знакомства с нами ее вечера здесь вполне могли заканчиваться иначе. Мы не спрашивали, она не рассказывала. У всех нас были скелеты в шкафу, о которых каждая предпочитала умалчивать.

В заведении было шумно и многолюдно. Я почувствовала себя неловко, когда несколько мужчин не без интереса проводили нас маслеными взглядами, пропуская к забронированному заранее столику. Конечно, четыре молоденькие студентки в баре вечером, пора было бы уже привыкнуть, но каждый раз для меня это было словно пытка. Тебе ли не знать, что я не была поклонницей клубов, дискотек, баров и вечеринок, но я любила танцевать, а еще я любила своих подруг. Конечно, мне было бы комфортнее остаться дома с книгой, под теплым пледом с кружкой чая, но порой будущему писателю нужно покидать зону комфорта, верно?

Оказавшись возле столика, я села спиной к залу, желая избежать прямого зрительного контакта с кем-либо в тот вечер. Саммер и Кэрол составили мне компанию, а Кендис, едва мы расположились, упорхнула к стойке бара, где приметила своего давнего друга Тедди, работавшего в эту смену. Я обвела взглядом зал, особо не останавливаясь ни на ком, пока доставала из сумочки телефон, и разочарованно вздохнула над пустым экраном.

– Не написал? – тотчас спросила Кэрол, протирая стекла очков специальной мембранной салфеткой. На улице моросил легкий дождь, хоть путь из такси в бар не занял и двух минут.

Я отрицательно поджала губы. Мое настроение буквально было на нуле.

– Я говорю ей сегодня практически весь день – не смотри, не ищи, не жди, а она продолжает истязать себя ожиданием! – пожаловалась Саммер нашей подруге.

– Он напишет, – перебила ее Кэрол. – Ну или позвонит. Это же Шон Кейн. Том практически всегда занят постановками. Последний курс все-таки. Но знаешь, что мне вот интересно, почему ты сама ему не напишешь? Вы же вели до этого переписку?

– Я не уверена в том, что хочу написать ему. Я не знаю, что написать.

Прозвучало это настолько глупо, что к моему упавшему настроению добавилась еще и злость на саму себя. Я пыталась понять, почему твои сообщения и внезапные появления из ниоткуда были практически всегда спонтанными и абсолютно нелогичными. Я так не умела.

– Жирно намекаю: почему бы не спросить его прямо в лоб про воскресенье?

– Ну он бросил это как-то невзначай, и больше мы об этом не заговаривали…

Кендис буквально подлетела к столику вся раскрасневшаяся и улыбающаяся с шотами текилы в руках, обрывая наш диалог с Кэрол.

– Это поздравление от Тедди! О чем разговор? – с улыбкой спросила она, раздавая напитки каждой из нас. – Умоляю, если это снова про Шона Кейна, то вы знаете, что эта тема табу на сегодняшний вечер! Он привносит грусть в эту милую мордашку, – Кендис потрепала меня по щеке, – а это значит, что о нем мы говорить сегодня точно не будем! Кампай!5

Мы с девочками переглянулись и пригубили по первой стопке текилы. Традиционный напиток дня рождения Кендис.

– Скажу только одно, моя милая Джейн, – Кендис приземлилась напротив меня за столиком и ткнула в меня своим ярким малиновым ногтем на указательном пальце. Что будет дальше, когда она выпьет чуть больше, уже можно было себе представить. – Если парню ты нравишься, он не водит тебя за нос, он конкретен в датах, встречах… да он должен был тебя поцеловать уже раз сто!

– Эй! Ты хочешь сказать, наша Джейн ему не нравится? – вступилась за меня Саммер.

– Нет, я вовсе не это имела в виду. Я говорила, что, если ты парню нравишься, он из штанов выпрыгнет, но договорится о встрече с тобой уже хотя бы для того, чтобы никто другой не мог с тобой договориться на этот день.

– Мы договорились, – неуверенно произнесла я, защищая тебя перед девочками. Как вообще получилось, что запретная тема стала основной в этот праздничный вечер. Кендис удивленно вскинула брови и посмотрела на меня как на глупого маленького ребенка, твердившего ей, что лимон – сладкий. – Окей, я поняла.

– У Шона Кейна послужной список девиц гораздо длиннее, чем у парня нашей Кэрол.

– Э-э… Спасибо? – вступилась за Томаса его подружка.

– Не в обиду, куколка! Просто я ни за что не поверю, что Кейн так сильно занят учебой, чтобы не написать, не договориться о встрече с тобой. Поверь, я знаю о нем гораздо больше, Джейн! Этот парень знает, как ухаживать за девушкой, как вскружить ей голову, и я не думаю, что он ведет себя так, чтобы повысить твой интерес.

Заметив как ее слова расстроили меня, Кендис не преминула взять меня за руку и крепко сжала.

– Я просто не хочу, чтобы мою подругу использовали и водили за нос, как некогда меня водил за нос тот прыщавый придурок из Кентукки. Ты достойна быть желанной! Это за тобой должны бегать и твой взгляд должны искать, а не наоборот. И-и-и… на этой прекрасной ноте мы закрываем тему Шона Кейна, и тянем карту, кто пойдет за напитками! – блондинка вмиг сменила серьезность на веселье и вытянула из сумочки четыре заготовленные на этот вечер карты, разложив их вверх рубашками.

На первом же круге мне выпала самая мелкая карта из всех, и я уныло поплелась к бару, уверена, что от меня буквально исходили волны полного отсутствия желания быть в этом месте. Но я должна была выключить голову, забыть о тебе и расслабиться вместе с подругами. Это было так непохоже на меня – переживать из-за парня и предстоящего свидания, которое то ли должно состояться, то ли нет.

Бар гудел словно улей, скрытый в полумраке. Протискиваясь между столиками, хаотично разбросанными в помещении, я летела словно мотылек на яркий свет, освещающий барную стойку. Вторым местом с ярким освещением был закуток для игры в дартс, куда мы так никогда и не добирались.

Сегодня было людно, и Тедди был нарасхват. Сделав несколько неловких движений, знаменующих собой жесты привлечения внимания бармена, я наконец-таки заказала очередные четыре шота текилы и в ожидании уставилась с отвращением на полупустую тарелку с арахисом прямо перед собой. Несколько орешков одиноко валялись вне ее.

Опьяненный первой порцией алкоголя мозг уносил меня прочь, обнуляя мысли о тебе. Я понимала, о чем говорила Кендис. Мне и самой было странно подобное поведение с твоей стороны. Во всем происходившем между нами, уже не первый месяц явно читался романтический подтекст. Но также я знала, как ты пользовался популярностью у девушек, неоднократно видела их вокруг тебя, и зная твою репутацию, помня о том, что ты, вероятно, встречаешься с Астрид Робинсон, у меня возникало немало вопросов. Кем была я для тебя? Ты был настроен серьезно или тебе просто нравилось заигрывать со мной? Мы один раз сходили в кино, сотни раз переглядывались в коридорах… а флиртовать для тебя было как пить дать, это факт. Но почему тогда я не чувствовала всех этих сомнений там, на свидании, когда ты рассказывал о своем детстве, когда держал меня за руку?

Из раздумий меня вывела мужская рука, возникшая справа от меня на барном столике и переключившая мое внимание с залапанной мисочки с арахисом, тоскливо смотревшей на меня все это время.

– Привет, незнакомка.

Я недоверчиво повернула голову в сторону обратившегося ко мне парня и тотчас смущенно улыбнулась.

– Привет… антифанат Джея Гэтсби.

– Не самое приятное прозвище, полагаю, – брюнет с голубыми глазами из книжного магазина, тот самый, что купил томик Фитцджеральда, который я запихивала у него же на глазах между книгами, улыбнулся такой очаровывающей улыбкой, что я не смогла не улыбнуться ему в ответ. Его это заметно порадовало. Он представился и протянул руку: