Dark Colt – Развод, после измены? Не сегодня! (страница 9)

– Ланочка, милая, – мягко, почти шёпотом проговорила Римма Аскеровна, вновь обнимая её. – Ты как всегда в осень приходишь. Как лист, который ветер снова приносит на порог.

Лана улыбнулась сквозь ком в горле. Светка деликатно отошла, оставив их наедине.

– Мы приехали взять несколько интервью, – объяснила Лана. – Для фонда, для благотворительного вечера. Хочу сделать цикл историй, как детство влияет на будущее. О нас, о таких, как мы.

Римма Аскеровна кивнула:

– Хорошая идея. Только пиши честно. Чтобы не жалели, а понимали. Чтобы сердца открывали, а не слёзы выжимали. Пойдём, покажу тебе, кто остался из старичков. А потом – новые, их много. Порой мне кажется, что мы только и делаем, что встречаем и провожаем.

Впервые за долгое время Лана улыбнулась искренне, а та, поддерживая её за локоть указала взглядом:

– Пойдёмте в актовый зал. Там у нас сегодня гости – меценаты, один новый фонд. Я им покажу презентацию, а вы пока с воспитателями побеседуйте. Нам бы список обновить.

Они медленно пошли по коридору. На стенах висели детские рисунки, и Лана вдруг почувствовала, как что-то внутри неё оседает, будто пыль на старую книгу. Она вспомнила, как сама вешала свой первый рисунок здесь – дом с тремя окнами, в каждом было лицо. Тогда она сказала: «Это я, моя мама и тот, кто нас ждёт».

– Ланочка… – Римма вдруг остановилась. – Ты в порядке?

– Не знаю. Я думаю, пытаюсь писать, пытаюсь жить, но… всё время кажется, что я где-то между. Между «до» и «после». А я хочу – «вперёд».

Римма сжала её руку:

– Может, это «вперёд» ближе, чем ты думаешь. Иногда оно прячется там, где мы когда-то потеряли себя.

Они зашли в актовый зал, где уже готовилась сцена для будущего мероприятия. Волонтёры раскладывали пакеты, устанавливали стойки. Светка переговаривалась с координатором, пока Лана направилась к группе меценатов у стола с папками. Там, у ширмы с логотипами и стендом с цифрами отчёта, уже толпились люди в дорогих костюмах. Несколько женщин, двое мужчин. Один из них – высокий, с загаром и наигранной улыбкой – первым заметил Лану. Он смотрел на неё с интересом. Его взгляд был открытым, даже слишком прямым. Лана почувствовала это сразу, тот особый тип мужчин, которые привыкли получать внимание.

– Простите, мы раньше не встречались? – голос был бархатный, уверенный. – У вас… очень выразительный взгляд.

Лана слегка замерла, но привычной журналистской маской ответила:

– Бывает. Я по работе. Представляю прессу.

– Вы, значит, Лана? – он шагнул вперёд. – Журналист! От фонда?

– Да. А вы…?

– Рад познакомиться. Руслан Тихонов, фонд «Новая опора». Мы курируем несколько проектов. Возможно, и с вами пересечёмся. – Он протянул визитку, и пальцы его чуть задержались на её ладони.

Она убрала руку, чуть наклонив голову:

– Благодарю. Всё возможно.

Он ещё что-то сказал, но Лана уже отвлеклась. У входа в зал появился он.

Арсен…

Как будто время снова дёрнуло за поводок. Он вошёл уверенно, в тёмно-синем костюме, с тем самым взглядом, который жёг всё, на что падал. Его сопровождал Камиль, чуть в стороне. Но Арсен смотрел только на неё.

И всё стало плотнее. Воздух, как перед грозой.

Руслан обернулся:

– О, знакомый человек? Ваш коллега?

– Бывший, – коротко ответила она. – По всем фронтам.

Сердце пропустило удар. Она резко отвернулась, ощущая жар в теле и на щеках, что предательски начали пылать.

А Руслан продолжал говорить, не отводя пристального взгляда:

– По совместительству, я также и архитектор, спонсирую проект по реконструкции. Мы с вашей мамой, – он кивнул в сторону Риммы Аскеровны, – часто пересекаемся по этим вопросам.

– Она, не совсем моя мама… – слабо возразила Лана.

– Ну, вы понимаете. Важен смысл, а не формальность. – Он склонил голову и посмотрел на неё внимательнее. – Хотите кофе? Или лучше я покажу вам, что уже подготовлено по проекту?

Лана хотела было отказаться, но в этот момент послышались знакомые шаги за спиной.

– Не стоит. Я сам покажу, – прозвучал хрипловатый голос, в котором сразу вспыхнули искры.

Она обернулась.

За её спиной высокомерно поглядывая, стоял Арсен.

Взъерошенный, напряжённый, в тёмной рубашке, с воротом, расстёгнутым чуть больше, чем следовало. Его взгляд вонзился в Руслана, потом – в неё. Лицо было непроницаемым, только ноздри слегка подрагивали.

Он очутился рядом внезапно. Тихо. Почти незаметно. Но между ними вспыхнуло всё, что они пытались подавить.

– Арсен? – выдохнула она. – Что ты здесь делаешь?

– То же, что и ты. Работаю. Или… – его глаза метнулись к Руслану, – пытаюсь сохранить то, что ещё не разрушено.

Руслан, стоявший рядом, напряжённо молчал. Затем вежливо кивнул, откланиваясь:

– Ну, думаю, вам есть что обсудить. Лана, буду рад нашему разговору, когда вы будете… свободны.

Руслан вежливо улыбнулся и отошёл. Лана не смотрела ему вслед. Она пыталась дышать. Не упасть. Не сорваться.

Как только тот удалился, тишина между Ланой и Арсеном повисла густая, почти ощутимая.

– Это совпадение? – спросила она, голос предательски дрожал.

– Я не знал, что ты будешь здесь, но не удивлён. Ты не могла остаться в городе. Ты всегда приходишь сюда, когда у тебя сердце рвётся.

– А у тебя не рвётся, да? Ты просто ходишь и появляешься там, где не ждут.

Он шагнул ближе.

– Может, я прихожу туда, где ещё чувствую тебя. Пусть даже, как призрак.

Она хотела уйти, но он остановил её взглядом.

– Я не верю в случайности, Лана. Мы здесь не просто так. И я докажу тебе это. Только не сейчас… Позже.

– Я-то уж точно не случайно, по делу. А ты?

– Мой фонд тоже участвует. Плюс… это место. Оно важно для тебя. А значит, и для меня.

Она не ответила. Только отвернулась, как когда-то – в ту первую их ссору. Когда он хотел говорить, а она молчала. Тогда это был протест. Сейчас – защита.

Но внутри уже что-то дрогнуло. Присутствие Арсена, как наэлектризованный воздух перед бурей. Она чувствовала это каждой клеточкой кожи: дыхание участилось, горло пересохло, а внутри всё сжалось в тугой узел. Его шаги, взгляд, даже запах, всё это было до боли знакомо. И в то же время – опасно. Слишком!

Не смея оборачиваться к нему лицом, Лана тихо выдохнула:

– Не начинай. Не здесь и не сейчас!

– Тогда позже, – сказал он. – Но я не уеду, пока не скажу всё, что должен.

И он ушёл.

Оставив после себя запах парфюма, скомканное сердце и обещание бури.

Когда они с Светкой вошли в кабинет директора, Лана села у окна и долго молчала.

– Он приехал за тобой, да? – спросила подруга.

– Не знаю. Но он смотрел так, будто я всё ещё его. А я… не уверена, что хочу быть ничьей.

Эта встреча не прошла бесследно. Она заронила новое семя. То ли боли. То ли надежды. Но точно – продолжения. И Лана это чувствовала. Как когда-то, стоя в коридоре этого же детдома, глядя в окно, она вдруг поверила, что кто-то однажды обязательно вернётся.