Дария Вице – Со слов очевидцев (страница 12)

– Да, – кивнул он, показав ей журнал вызова на экране. – Могу переслать кому-нибудь… ну… когда сеть будет ловить не раз в полчаса.

Анна кивнула.

Софья поставила на стол ещё один чайник, будто в доме можно было залить тревогу кипятком.

– Всё равно, пока они доберутся, – сказала она, – мы тут успеем передумать тысячу мыслей и сто раз наорём друг на друга. Лучше бы каждый занялся чем-то, что умеет.

Она взглянула на Анну:

– Вы, например, умеете задавать вопросы. Начните уже, а то они все лопнут от своих догадок.

Анна встретилась взглядом с Ириной.

Та сидела на стуле, сжав руки так, что побелели костяшки пальцев. Глаза – как у загнанного зверя: одновременно и бежать, и замереть.

– Вы говорили, что хотите первой, – напомнила Анна мягко. – Помните?

Ирина сглотнула. На секунду закрыла глаза.

– Если не сейчас, – хрипло сказала она, – то я потом уже не смогу.

Она поднялась, цепляясь рукой за спинку стула.

– Пойдёмте. Пока они не приехали. Пока… это всё… – она оглянулась в сторону верхнего этажа, – не стало официальным до конца.

Анна кивнула.

– Нам нужна отдельная комната, – сказала она. – Без лишних ушей.

– Можете взять маленькую гостевую рядом с библиотекой, – предложила Софья. – Там только книги и кресла. Книги слушают лучше, чем люди.

––

Маленькая гостиная действительно походила на карман внутри дома.

Низкий потолок, два старых кресла, торшер с жёлтым абажуром, стеллаж, заставленный книгами в разных переплётах. Окно выходило во двор, на занесённые снегом кусты. Здесь не было ни камер, ни проводов – Сергей, видимо, планировал использовать эту комнату позже или вообще не планировал.

Анна закрыла дверь, на всякий случай повернула ручку – не на замок, просто проверяя, что её не распахнёт сквозняком.

– Хотите без камеры? – спросила она, обращаясь к Ирине. – Или лучше всё-таки включить диктофон, чтобы вам не пришлось потом повторять?

Ирина нахмурилась, словно внутри боролись две мысли.

– Если мы всё равно уже влезли в это… – наконец сказала она, – пусть будет.

Она слабо усмехнулась. – Я последние десять лет всё равно повторяю это сама себе. Может, хоть кто-то ещё услышит.

Анна достала из сумки маленький рекордер, положила его на низкий столик между креслами.

– Я включаю запись, – произнесла она вслух, для протокола. – Только для своей работы. Если вы в какой-то момент захотите, чтобы я что-то не использовала в фильме, – скажете. Я умею выключать технику.

Ирина села в кресло, подогнув под себя ноги, как ребёнок. Плечи – подняты, шея – втянута, пальцы ковыряют край рукава.

Анна устроилась напротив, слегка наискосок, чтобы не упираться взглядом.

– Начнём с простого, – сказала она. – Назовите, пожалуйста, своё имя и то, кем вы были тогда. В тот вечер.

– Орлова Ирина Сергеевна, – послушно произнесла та. – Тогда… я была официанткой в «Эспрессо». Подрабатывала по вечерам, училась заочно.

– Сейчас вы – хозяйка кофейни, – напомнила Анна. – То есть контекст не исчез.

Она сделала пометку в блокноте.

– Хорошо. Ира… можно так?

– Можно, – кивнула та. – Все так зовут.

– Ира, расскажите, пожалуйста, тот вечер. Как вы его помните сегодня. Не по строчкам протокола, а как картинку. С самого начала, насколько возможно.

Ирина молчала несколько секунд, глядя куда-то в угол, где полка с книгами создаёт тень.

– Там всегда было немного темно, – тихо начала она. – Ну, не как в подвале, но свет жёлтый, лампы под потолком, немного копоти, немного жира. Запах кофе и жареного мяса.

Она невольно улыбнулась. – Знаете, это странно, но я помню, как тогда пересолили картошку. Вот серьёзно. Повара у нас менялись, а картошка – это святое. И я всё думала, что постоянные посетители заметят.

– Постоянные, – мягко повторила Анна. – То есть такие были.

– Конечно, – Ирина оживилась на секунду, привычный голос официантки прорезался сквозь тревогу. – Там же не забегаловка у метро, там был свой круг. Студенты, преподаватели из ближайшего института, бухгалтеры из соседнего офиса, какие-то «бизнесмены» с портфелями. Я по лицам знала, кто когда обычно приходит.

Анна сделала пометку: она помнит лица. Значит, оценивает «новых» и «своих».

– Назаров был… – Анна намеренно не добавила фамилии, оставляя паузу.

– Назаров был своим, – ответила Ирина, не задумываясь. А потом чуть отпрянула, будто услышала собственное признание. – То есть… ну… он не каждый день, нет. Но раз в неделю, раз в две появлялся стабильно. Всегда вечером.

Она сделала жест рукой, будто ставит тарелку. – Так и садился почти всегда за четвёртый столик. Там розетка рядом, он иногда телефон на зарядку ставил. И попросит свой кофе, потом горячее. Он был…

Она попыталась подобрать слово.

– Не хам, – наконец сформулировала она. – Бывают такие: «эй, девочка, мне быстро». Он не такой. Всегда «пожалуйста», «спасибо». Иногда оставлял чаевые, иногда нет, но… без этого «я тебе делаю одолжение, что с тобой разговариваю».

– То есть вы его хорошо запомнили, – констатировала Анна.

– Да, – Ирина сжала пальцы. – И поэтому я соврала тогда в протоколе.

Она подняла глаза на Анну:

– Я сказала, что видела его пару раз до этого, как любого клиента. На самом деле… я знала, когда он садится, что он примерно закажет, и… – она вздохнула, – и знала, с кем он иногда приходит.

– С кем? – не повышая голоса, спросила Анна.

– С… – Ирина слегка замялась. – С одним человеком. Из тех, кто сейчас… здесь.

Анна не стала подскакивать.

– Вы можете назвать его имя? – спросила она всё так же спокойно.

Ирина закрыла глаза.

– С Соколовым, – выдохнула она. – С Андреем.

Она сжала кулаки. – Они пару раз сидели вместе. Я сначала решила, что друзья или партнёры. Они спорили о чём-то… ну, не так, чтоб драка, но… напряжённо.

Губы дрогнули. – А потом, когда следователь спросил, знаю ли я, знакомы ли они, я сказала: «Нет. Я не видела их раньше вместе». Потому что…

Она запнулась.

– Потому что? – тихо подтолкнула Анна.

– Потому что Андрей тогда сидел напротив меня, – быстро заговорила Ирина, словно эти слова давно ждали выхода. – За другим столиком. И смотрел на меня так… так, как люди смотрят, когда ты говоришь что-то, чего говорить нельзя.

Она провела руками по лицу. – Я не могу это объяснить, честно. Но было ощущение, что если я скажу, что они знакомы, мне потом… мне будет хуже. И не только от него. У него тогда было такое лицо… как у человека, который привык, что его слова важнее, чем твои.

Анна дала ей секунду.

– Вы думаете, он мог на вас надавить потом? – спросила она. – После убийства?

– Не знаю. – Ирина покачала головой. – Он ко мне не подходил. Но когда нас всех собрали, когда был этот… хаос… он пару раз задержал на мне взгляд. И этого хватило.