Дария Стар – Звезда на краю (страница 11)

– Что? Я ничего не крала. Ты сам мне её дал! Тебе шайбой по голове попало? – острю, чтобы скрыть, как у меня дрожат колени.

Он усмехается, совсем чуть-чуть. Его лёгкая насмешка накрывает меня волной тепла.

– Ладно. Давай её сюда.

Развязываю пояс халата и медленно снимаю его. Под джерси больше ничего нет. Вижу, как он замирает. Его взгляд цепляется за каждую линию моего тела. Глаза темнеют, в них вспыхивает огонь. Он сглатывает, его кадык предательски дёргается. Мы оба молчим. Воздух между нами становится густым, тягучим, тяжёлым, как грозовая туча.

Чёрт. Что я делаю? Почему это ощущается так… правильно? И почему мне это нравится?

– Стелла… – Его голос хриплый, низкий, будто обволакивает меня. Он подходит ко мне, каждый шаг звучит громче, чем моё собственное сердце. Инстинктивно я отступаю, пока спиной не упираюсь в комод. Холод металла впивается мне в кожу через тонкую ткань джерси, пробирая до дрожи.

Он останавливается в шаге, его голова чуть наклонена, и янтарные глаза сверкают в полумраке.

– Ты хочешь отдать мне мою джерси? – голос его становится почти бархатным, но в нём чувствуется что-то… опасное, скрытая угроза или, может быть, вызов.

Я молчу. Чёрт, почему я молчу? Нужно что-то сказать. Хоть что-нибудь! Но все слова застревают где-то глубоко в горле. Я чувствую, как внутри всё скручивается в горячий узел. Что со мной не так?

– Ты сама отдашь её? – Он делает ещё шаг. Я уже слышу, как он дышит, низко, медленно. – Или мне придётся забрать?

Моё дыхание сбивается. Я открываю рот, пытаюсь выдавить хоть звук, но ничего не выходит. Словно меня парализовало. Он делает шаг и теперь между нами почти нет расстояния. Мы дышим одним воздухом. Тёплым, густым, пропитанным напряжением.

Его руки касаются моей талии, сильные, уверенные. От этого прикосновения по коже пробегают искры. Одним движением он поднимает меня, словно я ничего не вешу, и сажает на край комода. Я чувствую, как холод дерева и металла встречается с жаром моего тела. Ещё секунду, и моё дыхание превращается в короткие, неровные вдохи.

Его большие, теплые ладони опускаются на мои оголенные колени, и я чувствую, как они начинают медленно, но уверенно двигаться вверх. Каждое прикосновение его пальцев к моей коже заставляет меня трепетать, будто внутри меня взорвалась звезда, и её свет, жар и энергия разливаются по всему телу. Я не могу усидеть на месте, сдвигаюсь на край комода, ближе к нему, и мои бедра непроизвольно прижимаются к его паху. Его дыхание срывается, превращаясь в низкий, хриплый звук, который проходит через меня, как электрический разряд. Этот звук – он для меня, только для меня, и он заставляет меня содрогнуться всем телом.

Его глаза темнеют, становятся глубокими, как ночь, но в них горит огонь – яркий, неистовый, и этот огонь направлен на меня. Я чувствую, как его руки скользят вверх по моим ногам, медленно, словно он изучает каждый сантиметр моей кожи. Там, где его пальцы касаются меня, остаются следы жара, будто он метит меня, оставляет на мне свои знаки, свои обещания.

Когда его руки достигают края моего джерси, он слегка приподнимает его, и холодный воздух касается моей обнажённой кожи. Я вдруг осознаю, что под тканью ничего нет, и это осознание заставляет меня сжаться внутри. Моя кожа горит, каждый нерв натянут, как струна, и я чувствую всё: его руки, его взгляд, его дыхание, которое теперь стало частью меня.

В этот момент я понимаю: он принадлежит мне так же, как я принадлежу ему. И это знание, это чувство – оно огненное, всепоглощающее, и я не хочу, чтобы это когда-нибудь заканчивалось.

– Что ты хочешь, Звёздочка? – Его голос тянется ко мне, глубокий, вибрирующий, словно гудящий электрический разряд. В нём скрыта сила, необузданная, пугающая, но чертовски притягательная.

Я открываю рот, едва шепчу:

– Хочу, чтобы ты убрал свои руки, хоккеист.

Ложь. Наглая ложь, Стелла. Твои слова – ничто по сравнению с тем, что творится внутри. Я не хочу, чтобы он убирал руки. Я хочу, чтобы он остался. Чтобы он исследовал каждую линию моего тела, чтобы прикоснулся ещё. Глубже. Дольше.

Он усмехается. Эта усмешка – как наждачная бумага по коже, болезненная, но горячая. Он наклоняется ближе, его лицо почти касается моего, дыхание обжигает губы.

– Нет, – его голос становится тише, но ещё более уверенным. – Ты хочешь, чтобы я тебя трахнул. Разве не так?

Щёлк. Тумблер в моей голове переключается с тихого напряжения на бурю. Гнев, стыд, желание – всё смешивается в единый хаос. Эти слова. Его хищный взгляд. Моё тело, которое предаёт меня.

– Пошёл к чёрту, хоккеист! – выплёвываю я, срываясь с места. Резко толкаю его в грудь. Он не отступает. Не двигается. Лишь его улыбка становится шире, глубже. Как у хищника, который уже поймал добычу.

Моё сердце бьётся так сильно, что я чувствую его пульсацию в кончиках пальцев, в висках, даже в горле. Оно словно вырывается из груди, пытаясь убежать от него, от этого момента, от себя самой. Я соскальзываю с комода, хватаю халат и бросаюсь прочь, даже не оборачиваясь. Внутри меня бушует ураган: гнев, стыд, и это проклятое, невыносимое желание, которое обжигает изнутри, как раскалённый металл. Оно не отпускает, не даёт дышать, не даёт думать.

Я захлопываю дверь ванной и прижимаюсь к ней спиной, словно пытаясь отгородиться от него, от себя, от этого безумия. Моё дыхание срывается, грудь тяжело поднимается и опускается, а внизу всё пульсирует, будто внутри меня зажгли огонь, который я не могу потушить. Руки дрожат, голова кружится, и я чувствую, как моя кожа горит под его джерси.

– Чёрт… – выдыхаю я, срывая с себя его вещь, будто она обжигает меня. Швыряю её на пол, как будто это может помочь. Надеваю халат, затягиваю пояс так туго, что он врезается в кожу. Но даже это не помогает. Зачем я пришла к нему? Почему я е просто не выкинула? Почему я позволила себе это?

Я вылетаю из его номера, как ошпаренная. Ноги сами несут меня вперёд, но вместо того, чтобы пойти в свой номер, я сворачиваю в другую сторону, к лифтам. Спа. Мне нужно туда. Нужно остыть, прийти в себя, смыть с себя этот жар, это безумие. Но даже когда я иду, я чувствую, как моё тело предаёт меня. Каждый шаг отзывается пульсацией там, внизу, и я ненавижу себя за это.

Я злая. Напряжённая. И всё ещё чертовски возбуждённая. Это невыносимо. Мне нужно остыть. Немедленно. Иначе я сойду с ума.

На ресепшене я почти не слушаю, что мне говорят. Всё проходит мимо, как в тумане. Единственное, что имеет значение сейчас, – это остыть. Как угодно. Бронирую сауну с бассейном, киваю машинально на вопросы администратора, и уже через пару минут открываю дверь в спа-зону. Спа-зона была оазисом тишины и покоя. Тёплый пар окутывал всё вокруг, создавая ощущение, будто я попала в другой мир. Аромат эвкалипта и лаванды смешивался с запахом влажного дерева, а мягкий свет свечей отражался в воде бассейна, создавая мерцающие блики.

Срываю халат и бросаю его на лежак, едва замечая, где он падает. Холодная вода бассейна зовёт, и я ныряю, даже не задумываясь. Ледяной удар обрушивается на моё тело, обжигая его своим морозом, и это как глоток воздуха после удушья.

Выныриваю, прерывисто вдохнув. Вода стекает по лицу, капает с кончиков волос. Добираюсь до ступенек в углу бассейна и опускаюсь на них. Вода доходит до груди, окружает, обволакивает, но внутренний пожар не гаснет. Я закрываю глаза, пытаясь прийти в себя.

Но нет. Чёрт. Всё только хуже. В голове застряли его глаза, в них горел огонь, и этот взгляд – такой, будто я была всем, что он хочет. Его голос, низкий, обволакивающий. Его руки, жёсткие, уверенные, оставляющие на мне горячие следы. Этот момент, когда между нами не было ничего, кроме напряжения, которое вот-вот могло взорваться.

Я опускаю руку вниз, кожа под пальцами обжигает. Прикосновение вызывает тихий, едва слышный выдох. Всё тело откликается, как будто только этого и ждало. Передо мной всплывает его лицо, слишком чёткое, чтобы быть плодом воображения. Тимур. Его руки обхватывают мою талию, притягивают ближе, его горячее дыхание касается моей шеи, его тело напротив моего.

– Чёрт… – шепчу я, проводя пальцами по напряжённой, пульсирующей коже. Глаза закрываются, а дыхание сбивается, становится рваным. Напряжение накатывает волнами, всё сильнее, всё быстрее. Картины в голове слишком яркие. Его губы на моей коже, его руки исследуют каждую линию моего тела, его низкий голос шепчет что-то, обжигая горячим воздухом.

Мой стон – тихий, почти неуловимый. Но внутри всё срывается, всё кричит. Я ускоряюсь, чувствуя, как напряжение становится невыносимым. Ещё немного. Ещё чуть-чуть. Кажется, я вот-вот…

– Малышка, ты тут? – раздаётся низкий, слегка пьяный голос.

Я вздрагиваю так резко, что едва не захлёбываюсь.

– Чёрт! – вырывается у меня. Это Майк.

Сердце начинает колотиться так сильно, что его гул отдаётся в висках, словно предупреждая об опасности. Я замираю, чувствуя, как волна паники поднимается из глубины, сковывая всё тело. Вода вокруг внезапно кажется ледяной, но даже её холод не может заглушить жар, разливающийся по моей коже.

Я резко выпрямляюсь, стараясь скрыть дрожь в руках, и быстро погружаюсь в воду по шею, чтобы скрыть вспыхнувшее лицо. «Не сейчас, – думаю я, – только не сейчас.» Но он уже здесь.