Дара Сказова – Бездорожная сказка (страница 16)

– А потом в эти жениховые и невестины рубашки заворачивают младенцев, для защиты, пока они не получат свои собственные, – закончила я рассказ.

– Вот и прекрасно, – Ягуся явно меня не слушала, занятая лечением ноги Избушечки. Она ощупала травмированную конечность, аккуратно взялась за лодыжку и изо всех сил дернула. Избушечка аж подскочила, но Ягуся грозно рявкнула:

– Сидеть!

Из открывшейся двери выскочил Кот.

– Что опять стряслось, матушка? – завопил он, спрыгивая с крылечка.

– Оказываю первую помощь, – буркнула Ягуся. – Вывих вправила, теперь ноге нужен покой. До завтрашнего утра как минимум.

– А потом?

– А потом посмотрим. Ну-ка, пошевели пальчиками, – обратилась она к больной.

Избушечка обиженно скрипнула бревнами, но послушно пошевелила когтистыми пальцами травмированной ножки.

– Перелома нет, – удовлетворенно сказала прабабушка. – Покой и здоровый сон.

– А мы? – спросил Кот.

– А мы сейчас обедать будем. Лук готов?

– Готов, – вздохнула я.

– Что с котелком?

– Масло булькает, – отчитался Стрелец-молодец.

– А что у нас с запасами?

– Я видела целый мешок картошки, что нам Шишковики презентовали, – напомнила я. – И целая нога вяленого мяса висит. В подполе.

– Это на черный день, – кивнула Ягуся. – Вот свежатинкой надо будет запастись. Хлеб, молоко, мед… Что ты там про ярмарки вещала, внученька?

– Что проводятся регулярно в каждой деревне, – с готовностью ответила я.

– Прекрасно. Завтра поищем. А сегодня пока на остатках перебьемся.

Неожиданный отдых оказался весьма приятным. Не нужно было никуда торопиться, не было необходимости переодеваться в парадное платье, пусть и не по плану, но все же можно было расслабиться, ни о чем не думать, даже посвятить время собственным мыслям, а не заботиться о благе государства. Я вынесла из Избушечки свой плед, аккуратно разложила его на траве, постаравшись устроиться и в тени ивовых ветвей, и не под дымом походного костра. Раскрыла путевую книгу в разделе «Дневник» и приступила к записям, стремясь запечатлеть события сегодняшнего дня максимально подробно и объективно. Трапезу нашу составили поджаренные луковые колечки, омлет (чуть перестоявший на открытом огне) и чай из озерной воды. Стрелец-молодец устраивал обход территории каждые полчаса. Ягуся развалилась на моем же пледе, раскладывая пасьянс. Кот спал, привалившись к моей правой ноге. На редкость безмятежная картина.

И казалось странным и совершенно невозможным как вчерашнее похищение моей особы, так и сегодняшний инцидент на дороге. Так и хотелось связать их в единую картину, но у меня не было никаких доказательств тому, что вчерашние и сегодняшние разбойники являлись единой бандой. В задумчивости перебирала я возможные варианты, но так и не пришла к единому выводу. Похоже, что похищение (какова бы ни была его причина) и подножка на тракте – совершенно разные преступления. Вполне возможно, что мы угодили в эпицентр междоусобной войны двух соседних деревень. Я поделилась этим предположением со своей свитой.

– Раз ты говоришь, то вполне возможно, – безмятежно ответила Ягуся. Она уже немного успокоилась, поняв, что травма Избушечки не так серьезна, как показалось сначала. – А может быть, это способ ограбления на местных трактах. А нас не успели ограбить, все-таки не каждый транспорт может убежать после аварии. Они и не ожидали такого.

– Пожалуй, ты права, праба… Ягуся, – вздохнула я.

– Я бы и разбойников вчерашних объяснил схожими причинами, – вставил Стрелец-молодец. – Похищение путешественников – популярный бизнес в отсталых странах. С царевной просто не успели операцию начать, ибо мы быстро изъяли ее из плена.

– И с тобой можно согласиться, – кивнула я, воспитанная в дипломатической уверенности, что перед контраргументом необходимо сначала сказать «да», а уж затем добавить «но». – Однако…

– Перестань накручивать себя, внученька, – приказала мне Ягуся, не дав продолжить мое «но». – Исходи из фактов, а не из предположений. А факты таковы: все закончилось хорошо. На данный момент у нас нет проблем, которые невозможно решить.

– Но ведь…

– Цыц! Слушай старших! Я знаю твою склонность к паникерству, потому и сдерживаю по мере сил.

– Родители…

– Один день промедления в пути ничего не решит. Белый камень дождется нас. А сейчас нам всем нужен покой.

Мне оставалось лишь проглотить готовые вырваться возражения. В чем-то прабабушка была права. В данный момент нам действительно ничего не угрожало, Избушечке был необходим покой, а информацию о местонахождении папеньки и маменьки мы все равно получим не раньше, чем сможем достичь искомой точки с подсказкой. Оставалось смириться с предложенными обстоятельствами и использовать их в свою пользу. Например, заполнить страницы дневника.

***

6 день лета, или Кикимора

Ночевали мы в походных условиях – в Избушечке. Я расположилась в своем кресле, Ягуся разложила на полу огромный мешок с сеном и накрыла его стеганным одеялом, заявив, что на лавке ей спать неудобно – узко, а с покатой крышки сундука она скатывается. Лучезар лег на пороге прямо на деревянный пол, чтобы ни один враг не проник к нам через дверь. А Кот не спал, судя по многочисленным звукам шуршания, ворчания, пофыркивания, мешавшим нам всем уснуть. В конце концов Ягуся прикрикнула на своего питомца, и тот обиженно уселся на подоконнике, тараща глаза в темноту. Впрочем, это и к лучшему: хоть какой-то дозор осуществлялся!

Утром я проснулась раньше всех. Кот по-прежнему сидел черным столбиком у окна, обвив передние лапы хвостом. Услышав звуки моего потягивания и зевания, он обернулся.

– С добрым утречком, царевна, – прошептал он.

Я хотела было исправить на «Ваше высочество», но решила, что после совместно пережитых событий мы уже вполне могли позволить друг другу менее светские обращения.

– Как обстановка с утра? – спросила я в ответ громким шепотом.

– Мыши бегают, – заметил Кот. – Не выпустишь на охоту?

– Боюсь, не сдвину я телохранителя своего, – отказалась я исполнить просьбу животного после того, как оглядела крепко спящего Стрельца-молодца, привалившегося спиной к двери.

– А я и через оконце могу, – похвастался Кот.

Тогда я приоткрыла створку окошка со стороны своего кресла, и четырехлапый зверь грациозно прошмыгнул в щелку. Теперь уже я заняла место у окна, оглядывая окрестности. Раннее утро еще только начиналось, солнце озолотило лучами небо на востоке, хотя еще и не показалось в поле зрения. Бледно-желтые оттенки сменялись блекло-голубыми, поднимаясь ввысь. Облаков не наблюдалось. Легкий туман колыхался над разнотравием лугов. Озера с моей стороны не было видно, зато явственно доносился дружный хор лягушиного пения, напомнивший мне о матушке. И беспокойство вновь закралось в мою душу. Как-то там родители? Где они? Что с ними? Как скажется на них мое промедление?

Кот вернулся в Избушечку, напугав меня внезапностью появления с внешней стороны оконца. Тем более, что из пасти у него свисал длинный мышиный хвост. Я, конечно, умею владеть собой и смогла удержаться от визга, но на странице дневника появилась некрасивая клякса. Некоторое время я поразмышляла, не стоит ли переписать этот лист, но уговорила себя не делать этого, просто добавив пояснение о причине данной кляксы на странице. К счастью, она попала на свободные от записи строки – ведь в этом случае пришлось бы обязательно переписывать.

Кот прошелся прямо по моему дорожному столику, слегка поскользнулся на открытой странице дневника, спрыгивая на пол. Устроившись под моим креслом, он приступил к завтраку, и я старалась не вслушиваться в хрустящие звуки, доносившиеся снизу.

Помимо этого, я сообразила воспользоваться молодецким сном юноши, чтобы спокойно переодеться (комплект №4: легкая белая блузка, неизменная серая юбка и удобные для походов мокасины приятного золотистого цвета).

За заполнением дневника время пролетело незаметно. Вот уже слышен мощный зевок Стрельца-молодца, а с набитого сеном мешка, заменявшего перину, раздается ворчание Ягуси. Пришла пора отложить перо.

***

Утренние хлопоты заняли много времени. Нужно было не только позавтракать и умыться, но и проверить состояние Избушечки. Мы обступили ее со всех сторон, наблюдая как Ягуся снимает наложенную с вечера тугую повязку. Избушечка сжала и разжала кожистые пальцы, затем осторожно вытянула ножку. Подумала немного. Повращала ею. Затем медленно поднялась с корточек. Аккуратно наступила на травмированную конечность. Постояла немного. Потом вдруг притопнула и изобразила некое подобие чечетки. Внутри зазвенела посуда.

– Но-но! Еще побьешь фамильный фарфор! – облегченно возмутилась прабабушка.

Избушечка еще разок притопнула и вытянулась в струнку, демонстрируя готовность немедленно тронуться в путь. Мы не стали задерживаться: замели следы своего пребывания и загрузились в транспортное средство. На этот раз расслабляться себе не позволили: Ягуся не раскладывала пасьянс, а зорко следила за дорогой, глядя в переднее обзорное оконце; мы с Котом смотрели за боковыми сторонами (я справа, Кот слева); Стрелец осуществлял охрану тылов, устроившись на крылечке, свесив ноги со ступенек. Одной рукой он держался за столбик перил, а в другой сжимал меч-кладенец, выданный ему ради такого случая из сундука прабабушки, где она хранила волшебные предметы.