Дара Сказова – Бездорожная сказка (страница 15)

– Дрался я с варваром каким-то… Космы нечесаные, борода всклокоченная, зубов нет, одет в тряпки.

– Бандит с большой дороги, – прокомментировал Кот из-под моей шеи, пощекотав меня усами.

– Оружие у него не бандитское, – не согласился с ним Лучезар. – Меч боевой. У разбойников ножи да дубины. А этот был и обучен хорошо.

– А почему один? – задумалась Ягуся.

– Солдат какой дезертировавший? – предположила я.

– Да не один он был, – добавил информации Стрелец-молодец. – Там в кустах еще сидели, на крылечко Избушечки только один успел запрыгнуть вместе со мной.

– Какие-то неспокойные земли, – осудила я. – Надеюсь, мы скоро покинем их.

– Должны были к обеду пересечь границу, – кивнула Ягуся. – А сейчас и не знаю, хватит ли сил у Избушечки. Ты как?

Я сначала не поняла, что прабабушка обращается не ко мне, и уже открыла было рот для ответа, но тут Избушечка проскрипела что-то всеми бревнами своего корпуса, и я закрыла рот.

– Нога правая немеет, – перевела для присутствующих ответ Избушечки Ягуся и озабоченно добавила:

– Надо бы остановиться для осмотра.

Лучезар снова выглянул в окошечки на все четыре стороны.

– Погони нет, – доложил он. – Но лучше бы подальше уйти.

– Сможешь? – спросила прабабушка.

И даже я поняла ответ Избушечки в тяжком ответном вздохе.

– Ну потерпи еще немного.

Мы замолчали. Бег Избушечки сменился неровным, хотя и достаточно быстрым шагом. Все мы немного успокоились. Кот соизволил отпустить мою шею. Ягуся смела в совок детали от головоломки.

– Теперь уж точно не совпадет, – вздохнула она и решительно высыпала все в помойный мешок.

Я причесалась, закрутив волосы в высокий тугой узел и закрепив его для надежности сеточкой, украшенной шелковыми бантиками кремового цвета, гармонирующими с моей вышитой блузкой свободного покроя. В тишине мы проехали еще некоторое время, пока Избушечка окончательно не выдохлась. Она замедляла ход, прихрамывая все больше, пока наконец не остановилась.

– Так, ладно, надо проверить, – заявила Ягуся, поднимаясь с места.

Мы все вскочили, хотя я, признаюсь, слегка поколебалась перед тем, как выйти за пределы бревенчатых стен. Но и оставаться в стороне я не могла. Ведь в экстремальной ситуации важна каждая пара рук и каждая пара глаз. Впрочем, тревога наша была напрасной. Избушечка остановилась в месте, исключающем внезапность атаки врагов. Дорога проходила через абсолютно ровные поля. Ближайшие возвышенности с деревьями были слишком далеко от места нашей вынужденной остановки, лишь обозначившись контурами на горизонте справа. Рядом же не было ни кочки, ни кустика, не говоря уж о строениях. Тем не менее Стрелец-молодец привел оружие в боевую готовность. А мы окружили тяжело осевшую на землю Избушечку. Она поджала одну куриную ножку под себя, а вторую вытянула вперед, чтобы Ягусе было удобнее ее осматривать. Ножка опухла. Прабабушка осторожно ощупала кожистую поверхность. Избушечка вздрогнула всеми бревнами.

– Где болит? Здесь? Здесь? Пошевели пальцами. Сожми в кулак. А здесь болит?

Избушечка скрипела в ответ.

– Ясно. Сейчас наложим мазь с заклинанием и зафиксируем вывих. Хорошо, что не сломала! – вынесла вердикт Ягуся. – Ну и нагрузки придется снизить. Нужен отдых.

– Где? Здесь? – вырвалось у меня.

– Нам нужен целый транспорт, – сурово ответила прабабушка. – Так что да, здесь.

– С тракта надо бы сойти, – озабоченно сказал мой телохранитель.

– Что тут с географией? – обратилась ко мне прабабушка.

– Чисто поле, – тут же ответила я.

– Трактиры? Постоялые дворы? – уточнила Ягуся.

– Нет.

– Нам бы и не нужны непроверенные корчмы, – вставил Лучезар.

– Соглашусь, – задумчиво сказала я.

Подобрав юбку, я вошла вновь в Избушечку и вынесла свою дорожную книгу с картой, составленной для меня папенькой. Тем временем прабабушка занялась лечением Избушечки, согласно своему же плану.

– Где мы? – спросила она, когда я вновь присоединилась к своей свите.

Я взглянула на солнце, оглядела пейзаж и соотнесла его с картой.

– Тут, – ткнула пальцем.

Все склонились над книгой. Даже Кот просунул морду мне под руку.

– Глушь, – резюмировала Ягуся. – Это вот озеро далеко, интересно?

Она показала на голубую кляксу недалеко от моего пальца. Стрелец-молодец огляделся, приставив ладонь ко лбу.

– Думаю, что там, – сказал он, некультурно указав пальцем в искомую сторону.

– С чего такой вывод? – не поверил ему Кот.

– Там камыши.

– И?

– Камыши не растут в чистом поле. Им нужна водная местность. Стало быть, озеро там, – терпеливо объяснил Стрелец-молодец.

– Или болото, – пробурчала я.

– Тоже сгодится, – отмахнулась прабабушка. – Пошли.

– Пешком? – удивилась я.

– Не рассыпешься, – Ягуся непочтительно нахмурилась в мою сторону. Она была почему-то недовольна моим вопросом. Я вздернула нос и решительно подобрала подол юбки. Не самый удачный наряд для пешей прогулки, но что поделать… Стрелец-молодец тут же оказался чуть впереди меня, а Ягуся замыкала шествие, подбадривая кряхтящую и хромающую Избушечку. Да, пожалуй, было бы негуманно заставлять ее везти нас эти несколько верст, хотя я и считаю, что нашего малого веса Избушечка и не почувствовала бы.

Мы сошли с дороги и отправились прямиком через луга. К подолу моей юбки тут же прицепились колючки чертополоха и других не менее цепляющихся растений. Солнце припекало, и я пожалела, что не захватила с собой шляпу – как пить дать покроюсь веснушками!

Наконец мы достигли цели. Озеро оказалось чисто символическим, даже удивительно, что Кладезь Премудрости нанес его на мою карту. Возможно, весной, в период половодья оно выглядело более обширным, сейчас же это была просто довольно крупная яма, заполненная водой. Обойти ее можно было всего лишь за одну достаточно длинную народную песню. Зато живописно. На противоположном от нас берегу росли чахлые деревца – ива, полагаю.

– Пошли туда, – велела Ягуся. – Остановимся на привал.

– Надолго? – поинтересовалась я, озабоченная тем, что сбивается вся тщательно составленная батюшкой и Кладезем Премудрости программа. Ведь ночевать мы должны были в оплаченном постоялом дворе. А я не приеду…

– На ночь как минимум, – отрезала Ягуся, озабоченно взглянув на прихрамывающую Избушечку.

Я не ответила и, пока мы обходили лужу по окружности, начала составлять извинительное послание. Или не нужно извиняться, а лишь оповестить об отмене брони? Так и не придя к окончательному решению, я покосилась на прабабушку.

– Виданное ли дело – веревки поперек дороги натягивать! – доносилось до меня ее ворчание. – Куда только местное правительство смотрит? И есть тут вообще хоть какое-то правительство?

А вот это уже вопрос по моей части! Я с готовностью раскрыла Книгу, где можно было почерпнуть информацию. И пока остальные обустраивали территорию для предстоящего привала и ночлега, выразительно зачитала:

– Озёрные Земли основаны в краю, где находится множество озер – как можно предположить по названию. Произошло это не менее пяти тысяч лет назад, – попутно пояснила я. – Пришлые с гор племена осели здесь и занялись ткачеством и плетением, поскольку почва располагает к выращиванию соответствующих растений. Народ не является воинствующим. Во главе стоит князь, выбираемый ежегодно во время сбора урожая в каждой отдельной деревне. Таки да, у них нет централизованной власти! – опять отвлеклась я. – В контакт друг с другом поселения вступают редко из-за дальности расстояния и отсутствия активных способов передвижения. Из животных представлены ослы и мулы, кои мало пригодны для извоза человека в силу упрямства первых и медлительности вторых. Также разводят медовых пчел. Раз в год, по осени, проводятся ярмарки, где и обмениваются произведенными товарами.

– Очень интересно, – вставил внимательно слушавший меня Кот.

– А уж познавательно как! – добавила Ягуся. – Отвлекись-ка и начисти быстренько лук. Хочу луковые кольца пожарить на обед.

Я была вынуждена прерваться. Но и без книги я могла многое рассказать про быт жителей Озерных Земель, ведь в моей памяти прекрасно сохранились рассказы с уроков истории и географии, которые я всегда слушала и посещала с удовольствием в отличие от братца Иванушки. Вот и пригодилась моя жажда к знаниям и хорошая память.

– А женятся они только на жителях других поселений. На той же ярмарке сговариваются и обмениваются женихами и невестами. Обычно девушки уходят из родной деревни, но бывает по-разному. Когда молодые люди входят в брачный возраст, они получают в подарок красную рубашку, знак того, что готов создать семью. А на рубашках у всех вышиты обереги и защитные заклинания. Их делают самые старые женщины поселения, потому что они владеют магией заговора узоров.

– И эта вышивка их защищает что ли? – вступил в беседу Стрелец-молодец, который завершил обкладывание нашей стоянки сигнализирующим хворостом.

– И очень неплохо, – кивнула я, вытирая выступившие на глазах луковые слезы. Кот чихнул и поспешно покинул мое общество, удалившись в Избушечку.

Ягуся пробурчала что-то себе под нос, но вслух комментировать мой доклад не стала, поскольку, ожидая пока закипит масло для луковых колец, замешивала лечебную мазь для травмированной конечности нашего транспорта.