Дара Бояринова – Старые боги новых времён (страница 2)

– Не забывай нас… – не менее крепкие объятия отца.

– Я знаю, ты найдёшь. Слышишь? Найдёшь! – тихий шепот мамы на ухо. – Я знаю. Прощай, сынок.

Сухой щелчок замка, свет желтых фонарей, такси, аэропорт.

Три года. Три долгих года в дремучей тайге. Тайга коварна. Заманив в свои недра, она не отпустит…

Его, в полуобморочном состоянии, нашли спасатели. Он метался в бреду, и говорил отрывками: «Я говорил, что находка егеря не сулит ничего путного, но он и слышать не желал… Всё так и получилось. Вечером, ближе к ночи даже, я пошёл дров набрать, а остальные у палаток были… И тут как раздастся! Крик, рёв или рокот… Не могу сказать, что это было, но всё же на крик похоже… Много криков. Нечеловеческих. Очень громких. Уши заложило, в глазах потемнело, я упал… Не помню, как потом добрёл до своих, а там… Короче, все мертвы. Подошёл, смотрю, а у них кровь из ушей течёт… Забрал у Коляна рацию… Дальше не помню… Наверное отрубился…» Молоденькой, только-только закончившей ординатуру Катерине, следящей за странным больным, казалось, что этот странный пациент побывал в эпицентре какого-то взрыва. Когда же, больной пришел в себя, то рассказал странную и страшную историю. Наша вселенная удивительна, но представить себе то, о чём рассказал странный больной, Катерине было очень сложно.

Оказывается, есть другая Русь! Нет. Не так. Не Русь. Россия. И там страшно. Очень страшно. Там люди отказались и отвернулись от Богов. И верят они, кто во что горазд. И живут не больше восьмидесяти лет. И чар у них нет. Страшно стало Катерине. Очень страшно. Но больной не походил на блаженного. И что же делать? Спрятать? Так ведь найдут. Помочь? А как? Позвонить папе? Да! Поминая Рода3 за хорошую идею, Катерина бросилась к чарофону4. Папа разберётся.

Разобраться было сложно, даже папе. Очень странный тип. Русь – не Русь. Русич – не русич. Говорит странные вещи. Про летоисчисление, нравы, и чародейство. Неужто не врут старые хроники? Неужто правда? Есть другая Русь? Есть Русь, где страдают русичи? Почтеннейший Добрыня Всеволодович посмотрел на странного парня и дал ему почитать пару книг. И в книгах тех было написано что-то странное и не понятное для Богдана.

У вас вопросы появились, молодой человек? Ну давайте-давайте… Что значит, где Рюриковичи? Какие Рюриковичи? А-а-а-а… Ну да, были такие. Воду мутили конечно, но недолго. Словены их быстро раскусили. Что? Кто такие Словены? Ну так правящая династия. Почему оборвалась? Нет-нет! Что вы! И по ныне на Руси правят. Дай им Род здоровья! Что? Византия? Ну, да. Была такая. Что? Крещение Руси? Помилуй Род от такого! Вы не пугайте так, молодой человек!.. Что? Междоусобицы? Ну было дело, ну так это всегда так. Кто ж считает себя «чуть ровнее других»… ну да, Великий Род на такое безобразие долго смотреть не будет. Приложит по темени посохом своим, и сразу всё на место станет. Вы читайте-читайте, молодой человек. Что? Татарское Иго? Какое иго? Ах, вы про те пару набегов, кочевников? Ну так, дикий люд, что с них взять? Получили по зубам от чародеев, и ладно. Что? Ливонцы? Какие Ливонцы? А-а-а?! Так это были бриты. Ну да, стали они насаждать свою странную ересь о едином боге, и даже преуспели в некоторых королевствах. И стали собирать войско, и даже собрали, но куда им против наших-то? Тьфу! А князь, да. Князь Александр Невский их как раз на Неве и разбил. И выгнали их, и подальше. Пусть сидят в своих Европах. Да там тех Европ-то, тьфу! и растереть. Да и бежать начал люд от них. А как не бежать? Коли тебя за любое слово эти безбожники жгут, прикрываясь странной верой! Кому ж это понравится? А люди-то, чай не дураки… Что? Какой две тысячи восемнадцатый год от Рождества Христова? Упаси вас Род! Какой сейчас? Семь тысяч пятьсот двадцать четвёртый от Сотворения Мира5. Вы бы аккуратнее, молодой человек…

Богдан Александрович хоть и был по меркам этой Земли молод, но уж точно не был глуп. Книги про всяческих попаданцев он видел на полках у жены… и про параллельные вселенные слышал. И понял куда попал. Русь. Великая Русь. Огромная и необъятная, как и в его времени, только ещё чудеснее и больше. Тут чародеи. Тут люд, верующий в Истинных Богов, живёт до ста двадцати лет. А чародеи и до ста пятидесяти доживают. Тут Русичи. Былины. Сказания. Дружины. Великая династия Словенов. Семь тысяч пятьсот тридцатое лето от Сотворения Мира. Другой мир. Другие знания. Другое всё…

В тот же вечер Богдан вышел из гостеприимного дома Добрыни Всеволодовича Колесова проветрить голову и пошел куда глаза глядят. Таже Москва, да не та! Она была другая. Красивая. Яркая. Живая. Машины в пробках? Да. Кремль? Да. Красная площадь? Конечно! Памятник маршалу Жукову? Да. Парк Зарядье? Да. Сталинские высотки? Да. Москва-Сити? Тоже да… Вот только… не совсем…

Нет той Москвы двадцать первого века… не было тут Рюриковичей, не было крещения Руси, не было Смутного Времени, Стрелецких бунтов и революции. Тут не было блокадного Ленинграда, не было путчей и танков на улицах Москвы.

Здесь была другая Москва. Москва, в которой переплелось всё, что возможно и невозможно. Органичное сочетание футуристических высоток, из стекла, железа и бетона, и эклектики русских теремов, в белом и ажурном обрамлении наличников… и фантастически-авангардные машины, вперемешку с каретами и омнибусами6… и на башнях Кремля не звёзды вовсе, а солярный знак, напоминающий звезду с исходящими четырьмя лучами, крутящимися посолонь – то есть, по часовой стрелке, по ходу Солнца…

Москва, где Красную площадь не уродует мавзолей. И Жуков вроде бы на коне, да только китель похож на кольчугу больше, и живёт и здравствует великий маршал по сей день. И в Зарядье терем-музей династии Словенов, а Иосиф Сталин – это величайший архитектор, и никакой не вождь страны Советов. И вовсе нет никаких «сити», есть новый квартал «Москва-Градъ»… И всё это буйство красок и стилей делало город похожим на сказочное место где, казалось бы, архаичные традиции и культура сливались с феерией науки и техники. Где пересеклись параллельные прямые! Где невозможное – рядом.

Москва, где мужчина, похожий на богатыря из сказки, едет на вороном жеребце и гневно говорит в трубку телефона что-то об акциях и фондах. Где девушка, разодетая в стиле стимпанк7, цитирует Высоцкого, который дожил до глубокой старости.

Москва, где то тут, то там слышаться такие знакомые, но уже забытые имена старых богов… Помоги тебе Род… Шиш попутал… Лада уберегла…все мы к Марене уйдём… Перун не оставит… Ярило согреет… вот ведь Мокошь сплела… Велес чарами наградил…

Москва, где Чертолье, вовсе не Чертолье. Да, конечно, там храм… вот только, Бога Перуна храм… хотя, это и храмом назвать нельзя – огромный, размером с дом, черный валун.

Здесь всё было другое. Люди. Мода. Стиль. Дома. Жизнь. Вера. Времена. Другие времена… новые времена, а боги, как оказалось, старые…

Он шел к этому валуну, как будто под гипнозом… что-то звало его. Говорят, мужчины не плачут? Плачут. Ещё как. Богдан сидел, облокотившись спиной на черный валун, и плакал. Но не жалел себя. Нет. Он просил. Просил всех Богов. За мать. За отца. За брата. Он знал, что им будет тяжело. Знал, какая это боль – потерять любимого человека. Просил помочь им. Он сидел так долго, что казалось, впал в транс… И видел, как мать и отец, почерневшие от горя, стоят над пустой могилой, как стиснуты челюсти брата, как плачет, обливаясь горючими слезами племянниц. И светлый луч… Нет, не луч… Молния над их головами. Видел, как вздрогнули они от раската грома, в котором слышалось: «Я не забуду… Я буду осторожен… Я найду… Прощайте…». И дождь смывает боль и горе, и лёгкие улыбки освещают родные лица…

***

– Па-а-ап?

– А? – вынырнул из прошлого отец.

– Там тебя ждут…

– Да-да… задумался… – потёр переносицу папа. – Ты к нам присоединишься?

– Нет, – качнула головой. – К маме пойду.

– Да-да… конечно, сходи. И это… ну ты сама, знаешь, – помахал в воздухе кистью папа.

– Я поняла.

Ага, как же, задумался он. Усмехнулась в след выходящему из кабинета отцу. Видно же было что вспоминал он о той Земле. Страшной и непонятной. Историю отца знали не многие, и даже с нами он делился неохотно. С тех самых пор, как он очутился в нашем мире, прошло больше пятидесяти лет. И сейчас, Богдан Александрович Гордеев, не потерявшийся во времени чудак, а великий ученый. Алмазный король! Именно ему Русь обязана Якутскими алмазами. Хоть он и морщился каждый раз, когда ему об этом говорили. Да, он геолог, да в России об этих алмазах не слышал только глухой. Но на Руси-то не слышали. И знать не знали, что там такие залежи. Тайга и тайга. На Руси много чего есть. А благодаря папе теперь и знаменитые алмазы. Он почти десять лет не вылезал из тайги. А в Якутской тайге ой как много всего. Якутия – край несметных богатств, которыми щедро одарили ее Боги. Велики богатства ее недр – алмазы, золото, серебро, олово, уголь, нефть, газ… Крупнейший сырьевой регион Руси, единственный в мире, в недрах которого находится вся таблица Менделеева. За огромный вклад в развитие Руси папе даже хотели пожаловать боярство… и пожаловали, он конечно хотел отказаться, да деда Добрыня не дал. Ещё и парочку рудников ему посоветовал просить…