172 Шум страшный услыхал в лесу тогда я.
Как дикий вепрь, спасаясь от собак,
Бежит порой, деревья вкруг ломая,
175 С ужасным, хриплым воем, точно так
Две тени впереди нас быстро мчались.
Истерзан каждый призрак был и наг,
178 Пред ними ветви хрупкие ломались.
Та тень, что быстро мчалась впереди:
«Эй, смерть, сюда!» – вопила, и старалась
181 Другая тень, что мчалась назади,
Не отставать и громко восклицала
На всем бегу: «О, Лано 6, погоди!
184 Я за тобой той быстроты не знала
В сражении при Топпо». И потом
Как бы в изнеможении упала
187 Она, бежать не в силах, под кустом.
А по лесу за этими тенями,
Раскрывши пасти с черным языком,
190 Псы жадные неслись меж деревами.
В несчастного, что под кустом упал,
Они впились с неистовством зубами,
193 И страшную он участь испытал:
Разорван был собаками он в клочья.
И за руку меня мой спутник взял
196 (Едва мог тайный трепет превозмочь я),
И подошел к тому кусту со мной.
И куст заговорил: «О, чем помочь я
199 Тебе мог, Сант-Андреа?7 И зачем
За мною ты решился укрываться?
Я ль виноват, что пренебрег ты всем,
202 Чтоб жизнию преступной наслаждаться?»
Учитель мой сказал ему затем:
«Кто ты, уставший кровью обливаться
205 Из вечных ран? О чем страдаешь ты?»
Он отвечал: «О, души! Посмотрите:
Ужасным истязаньем все листы
208 Оборваны на мне. Их соберите
Вокруг меня. Я в городе рожден, –
Не скрою я, когда вы знать хотите, –
211 Известном вам; переродился он,
Им позабыт был гордый покровитель 8.
За что навек, изменой возмущен,
214 Для города неутомимый мститель
Останется опасным, и давно
Его руки боится каждый житель.
217 О, если б на мосту через Арно
Не видели его изображенья,
То все для граждан было б решено.
220 И, созидая град свой, разрушенье
Пришлось бы им увидеть в страшный час
На пепелище, полном запустенья,
223 Оставленном Аттилою для нас.
Тогда бы целый город развалился,
Когда бы Марс мечом своим потряс…
226 Я в собственном приюте удавился!»
Песня четырнадцатая
Данте и Вергилий вступают на грань второго отдела седьмого круга Ада. Степь и огненный дождь. Преступники против Бога, природы и искусства. Бешенство Капанея и его наказание. Таинственный исток трех адских рек.
1 Любовь к отчизне вспыхнула во мне.
Разбросанные листья собирая,
Их отдал я, растроганный вполне.
4 Тому, который, скорбь свою скрывая,
Уже замолк. Мы стали на предел
Второго круга с третьим, и тогда я
7 Еще полнее вдруг уразумел
Всю силу правосудия. Я буду 
