реклама
Бургер менюБургер меню

Данте Алигьери – Божественная комедия. Коллекционное издание с иллюстрациями Гюстава Доре (страница 31)

18
Товарищам сказал он наконец – С улыбкой отвратительной и злою: 109 «Вы видели, как шел второй пришлец? Он шел – и часто камни рассыпались Из-под него: не ходит так мертвец. 112 Усопшие сюда так не являлись». Мой проводник к центавру подошел, В котором две природы совмещались, 115 И возразил: «Да, в это море зол Действительно сошла душа живая: И человека этого я вел 118 Через долину тьмы, не уставая. Не любопытство странника вело В подземный Ад, но цель вполне благая. 121 В Эдеме Дева есть – ее чело Сияньем Рая блещет постоянно. Покинув Рай, где счастье так светло, 124 Она ко мне явилася нежданно, Меня на подвиг новый обрекла… Я чист душой и лгать мне было б странно, 127 А этот смертный всякого чужд зла… Во имя добродетели, ведущей По Аду нас, где всюду смрад и мгла, 130 Чтоб впереди не знать напасти пущей, Прошу тебя, пускай один из вас Проводит нас тропою, в Ад идущей, 133 И человека этого сейчас Пусть на себе перенесет чрез реку. Не призрак он; и смерти не страшась, 136 Нельзя пройти пучину человеку: Лишь только тень по воздуху скользит». Таких речей не ведая от века, 139 Хирон центавру Нессу говорит: «Ступай, их проводи и охрани ты, Когда толпа другая их смутит». 142 При появленье новой той защиты По берегу мы шли. Кипел поток, Где выли тени злы, полуубиты, 145 Повержены в кровавый кипяток. Вплоть до бровей я видел погруженных, Измученных от головы до ног, – 148 И, показав рукой на осужденных, Центавр сказал: «То казнь земных владык, Невинной кровью ближних обагренных. 151 Их легион обширен и велик: Здесь Александр, с ним Дионисий вместе, Что столько лет давить народ привык 154 В Сицилии во имя хладной мести, Здесь Аццолино 6 грозный заключен; Казнится здесь и он, Обидзо Эсти, 157 Что пасынком своим был умерщвлен». Хотел к певцу я с словом обратиться, Но, указав на Несса, молвил он: 160 «Теперь тебе он больше пригодится, Чем я, мой сын». И в этот самый срок, Когда певцу спешил я покориться, 163 Центавр опять взглянул на кипяток: «Иные души страждут здесь жестоко, До шеи погруженные в поток. 166 Вот там теперь стоящий одиноко Ужасный грешник, – знаешь ли, кто он? Господний храм он оскорбил глубоко 169 И поразил вблизи его колонн Того, чье сердце люди сохранили На Темзе вплоть до нынешних времен