Толпы нагих и бешеных теней,
В зловонии болота вывших люто.
142 Они кусались с яростью зверей,
В клочки одна другую разрывали
Зубами и при помощи когтей.
145 «Они за зверский нрав свой пострадали, –
Сказал певец. – В воде и над водой,
Куда бы взгляды мы ни обращали,
148 Они томятся вечною чредой».
И в тине голоса их раздавались:
«На свете, в блеске жизни молодой,
151 Мы преступленьем только упивались;
От копоти душа у нас черна,
И за порок в болота мы попались».
154 Их жалоба была едва слышна,
Немел язык в их огненной гортани…
Дорогой, что была едва видна,
157 По берегу скользили мы в тумане,
Большую часть болота обошли
И, наконец, в виду зловещей грани,
160 К подножью страшной башни подошли…
Песня восьмая
Пятый круг Ада. Флегиас перевозит чрез болото Стикса Вергилия и Данте. Отвратительные мучения Филиппа Ардженти. Путники приближаются к адскому укреплению Дитэ, где адская стража демонов преграждает им вход в проклятый город.
1 Когда к стенам мы башни приближались,
То видели еще издалека,
Что на ее вершине загорались,
4 Как звездочки средь тьмы, два огонька,
И, по условью точно, засверкали
Такие же два яркие значка
7 На дальней башне. Путь мы продолжали.
И я сказал: «В всеведенье глубок,
Как море, ты. Зачем же запылали
10 Те огоньки? Скажи, кто их зажег?
Что означают огненные знаки?»
Поэт ответил: «Если бы ты мог
13 Поверхность вод распознавать во мраке,
То знал бы сам, что впереди нас ждет…»
Неуловимы молнии зигзаги,
16 Неуловим и быстр стрелы полет,
Но тот челнок, что нам навстречу мчался,
Скользя под испареньями болот,
19 Быстрей стрелы и молнии казался.
Один гребец сидел в нем и кричал:
«Преступный дух! Ты наконец попался!
22 Ты уже здесь!» Мой спутник отвечал:
«О, Флегиас!1 Ты сердишься напрасно!
Язык твоих угроз бессилен стал:
25 Пока ты можешь только безопасно
Перевезти через болото нас».
Как человек, которому ужасно
28 Скрывать бессильный гнев, так Флегиас
Умолкнут вдруг. Учитель в челн спустился,
Я вслед за ним, и челн на этот раз
31 Гораздо глубже в волны погрузился.
Когда по темной, мертвой глубине
Летели мы, вдруг грешник появился,
34 Весь тиною покрыт, и молвил мне:
«Скажи, кто ты? Зачем ты раньше срока
Блуждаешь в этой адской тишине?»
37 Я отвечал: «То время недалёко,
Когда могу отсюда я уйти.
Но кто ты сам, скажи мне, так жестоко
40 Истерзанный? Кто ты?» «В своем пути
На вечный, вечный плач осуждена я», –
Сказала тень. «Лети же ты, лети, 
