Данияр Сугралинов – Ночь хищников (страница 26)
Голос подал до того молчавший Дак:
— Командир, вы все прибавили по несколько уровней. Все, кто убивал НЕХ. Мы с Вечным были здесь и не получили ничего, хотя могли бы пригодиться и помочь. Считаю это несправедливым. Мы не получили возможность развиться!
Вечный кивнул и добавил:
— Уверен, Ден не допустит несправедливости.
Я сказал:
— Вокруг полно бездушных, они ваши, ну и каждый, кто достойно пережил осаду, заслужил вознаграждение…
Меня прервала распахнувшаяся дверь.
— Эдрик! — крикнула Элеонора то ли радостно, но ли испуганно, и мои челюсти и кулаки сжались сами собой. — Два процента! Есть динамика!
— Да-а-а! — заорала Вика.
Наша валькирия подхватила хрупкую и маленькую Элеонору и закружила.
Радоваться, конечно, рано, но теперь у нас появилась надежда, что парень выживет.
Глава 11
Я слышал, что тебе предложили жнецы
Главный вопрос по рапторианцу мы решили, потому костяк клана — те, кто был со мной с самого начала и хорошо знал Эдрика: Лиза, Макс, Сергеич, Рамиз — подорвались с мест и рванули в медблок, чтобы увидеть чудесное исцеление своими глазами. Павел Копченов тоже пошел с нами.
В состоянии Эдрика ничего не изменилось, кроме «активности», которая, пока мы ликовали, увеличилась до 2,5 %. Крош, лежащий на стекле реанимационной капсулы, увидев нас, потянулся и зевнул. Мы обступили реанимационный модуль, напоминавший те, что показывают в фантастических фильмах: капсула, заполненная прозрачной жидкостью, а в ней раненый в анабиозе.
К чудовищной ране тянулись трубки, заполненные разными жидкостями… Нет, одна трубка была заполнена красным — велась откачка крови и обломков костей. Саму рану обрабатывало нечто ворсинчатое, похожее на сильно увеличенную инфузорию-туфельку: висело над раной и шевелило ворсинками.
Элеонора положила руку на стекло и улыбнулась.
— «Активности», конечно, очень мало, зато теперь у нас есть надежда.
— Как работает капсула? — спросил жадный до знаний Макс и указал на инфузорию. — Это вот что?
— Не написано, это инопланетные технологии, — пожав плечами, ответила Элеонора. — Ясно одно: капсула поддерживает процессы жизнедеятельности на должном уровне. Как бывает при таких травмах, у парня развилась полиорганная недостаточность, сейчас все показатели в норме, и он медленно восстанавливается.
Рихтер, который был тут все это время и на собрании не присутствовал, обнадеживать нас не стал:
— Состояние Эдрика все еще тяжелое. Если его мозг умер, никакое чудо не спасет.
Словно не соглашаясь с ним, Крош выгнул спину и зевнул так смачно, что даже Рихтер покосился на кота. Возможно, именно лечебное мурлыканье спасло парня.
— Ден, — проговорил Макс, — понимаю, что несвоевременно, но епта, у нас инопланетянин! Живой инопланетянин. Ты у него спросил, как данные из твоей головы доставать? Он ведь сказал, что без него не расшифровать.
— Поговорим, — пообещал я. — Времени навалом не будет, но кое-что я уже выяснил.
— Ну как так, ну е-мое! — возмутился Макс.
— Мы, типа, выживали, — осадила его Вика. — Не до разговоров было.
А я подумал, что и правда ведь — событие планетарного масштаба, инопланетный контакт, а мы пока выжали из ящера минимум информации. Впрочем, ящер и сам полудохлый.
В медблок зашел Тетыща, посмотрел на Эдрика сквозь стекло и сказал:
— Хорошо, что динамика положительная. Но у нас остались нерешенные вопросы. Первый — филиппинцы, которых мы ждали, но они так и не доехали: пугачи разрядились, и они прячутся в тоннеле от Костегрыза и бездушных. Второй — прокачка наших отстающих соклановцев. Было бы неплохо дотянуть их хотя бы до тридцатого уровня. Им ведь тоже воевать, а они нежизнеспособны и фатально отстают.
— Все будет, — вскинул руки я. — Но мне не разорваться.
— Я бы поощрил команду, — продолжил Тетыща. — Вечный и Дак хоть и подкачались чутка, все равно недовольны, что не получили возможность развиться.
В моей голове было месиво мыслей после боя со скейрами, и структурировать информацию не получалось — мысли разбегались, каждая тянула в свою сторону, потому я коротко кивнул и вышел из медблока. Тетыща и остальные двинулись следом.
— Всем вернуться в актовый зал, — объявил я, дублируя в клановый чат. — Есть распоряжения.
Пять минут — и все, кроме Насти с детьми, собрались в зале и выжидающе смотрели на меня.
Оглядев всех, я продолжил:
— Через полтора дня сюда прибудут Охотники. Неизвестно, насколько они сильны. Возможно, драться придется каждому, потому мы должны быть максимально готовы, и сейчас, когда основная опасность устранена, вы пойдете вызволять новеньких и одновременно качаться.
— Там Костегрыз, — сказал Дак. — Он нас раздавит, даже если мы поедем на танке.
— На броневике, дурень, — поправил его Вечный. — У нас пугачи, отдадим новеньким, и он не сунется, когда они работают.
— Но сунулся же, — возразил Дак.
— Потому что его подчинила НЕХ, — объяснил я. — Сейчас ее нет, и можно спокойно ехать на промысел.
— Нам бы вооружиться посерьезней, — мрачно проговорил Вечный. — Броня, то да это…
— Костя, раздели прокачиваемых на группы и действуйте, как вояки: прокачиваемого за руль, и давить бездушных, — распорядился я. — Боевой опыт будете получать завтра, а экипировка и раздача слонов вечером. Тогда станет ясно, кто на что годится.
Я посмотрел на перемазанного кровью Макса. Он превратился в берсерка, наверное, «Каспер» подстраивает его под себя, дает силу и глушит страх, действует как мощный энергетик, но и лишает разума.
Система щедро отсыпала ему очков упокоений, и Макс поднял уровень с 38-го до 41-го. Несмотря на множественные левелапы, выглядел он изможденным и все время жрал. Казалось, что он посерьезнел и вроде как раздался в плечах. С учетом пробудившегося таланта он стал отчаянным бойцом ближнего боя и нуждался в хорошей броне.
Изучив остальных, я мысленно порадовался: Рамиз перешагнул 40-й, Вика тоже. Тетыща с Сергеичем подтянулись к нему. Мигелю с Лукасом тоже перепало, потому что все, кто стрелял по твари, получили свою долю уников.
Обведя взглядом собравшихся, я сказал, дублируя в клановый чат:
— Объявляю в 20:00 общий сбор, включая всех новеньких.
— А сейчас? — уточнила Лиза. — Что нам делать сейчас?
Я написал ей в личку:
А вслух сказал:
— Костя, ты руководишь прокачкой.
Тетыща кивнул и принялся распределять роли. Указал на филиппинцев, что приехали на броневике:
— Слушать меня. Первая группа на прокачку: вы двое. С вами Павел, Вечный, Дак, Маурисио, Тори. Страховку обеспечит Вика. Прокачка сперва пойдет быстро, потом притормозит.
— Повара бери, а то он ваще дохлый, — посоветовала Вика.
— Марко с нами, — распорядился Тетыща.
Я добавил:
— Качаться можно уже по пути в тоннель и обратно вместе с освобожденными. Их можно поставить на границе купола, пусть бьют по бездушным.
— Было бы неплохо, если бы ты зомби станил, — предложил Макс, зевнув.
— Мы с тобой здорово навоевались, — ответил я. — Нужно провести инвентаризацию, расселить людей из тоннеля, но до того левелапнуть клан и Лизу.
Макс посмотрел на контролера, раздул ноздри, будто бы принюхиваясь. Лиза этого не замечала, о чем-то сосредоточенно думала. Вот это мне не понравилось — что-то «Каспер» чудит. Разберусь позже.
— Возвращаться затемно? — спросил Тетыща. — Или сперва везти освобожденных на базу?
— Качаться до упора, времени осталось мало, завтра-послезавтра к нам пожалуют гости…
Я никуда не уходил, ждал, когда Тетыща распределит людей по машинам и погонит бить бездушных. Костегрыза они трогать не будут, не по зубам он им. Жаль, что и мне не по зубам, — я мог бы его использовать как биологическую охранную систему базы, но Донки-Конг мертв, убит тем же Костегрызом, и ручного титана у меня больше нет.
Да и скоро мне вообще нельзя будет выходить из-под купола. Кема восстанавливается, «активность» растет, и когда ящер окончательно выздоровеет, наверняка квест на его убийство провалится, система повесит на меня метку «Отступник», и охотники за моей головой начнут появляться раз в сутки. Возможно, появятся сразу после провала квеста, и лучше бы мне в этот момент быть под защитой купола и турелей.
Наблюдая, как люди распределяются по машинам, а Тетыща их подгоняет, я обошел базу и обнаружил Кему, привалившегося к стене.