Данияр Сугралинов – Голодные звёзды (страница 36)
— Нам нужно полчаса. Пока отдыхайте, общайтесь и ждите сюрпризов.
Сергеич, Репях, Марко и Эстер ушли готовить «ковбаску», остальные занялись кто чем. Араб растерянно озирался, израильтяне держались вместе — напряженные, будто готовые отбиваться в любой момент.
— На какую сумму ориентируемся? — спросила Лиза.
— Семьсот миллионов. Надо, чтобы на счету всегда были деньги — на случай, если в магазине появится что-то полезное. Вдруг это что-то окажется жизненно необходимым. Та же финальная деталь для портала, ведь непонятно, что отчебучит разумный корабль.
— Согласна, — кивнула Лиза. — А вот спальные места нужны, но их будет всего сорок, когда нас шестьдесят шесть… шестьдесят девять уже. Выходит, спальные модули — для избранных? Неправильно это. Куда остальных девать?
— Жилой берем первым: сорок коек лучше двадцати, остальных пока разместим как-нибудь. Подумаем об этом позже. Покупаем!
Восемьдесят миллионов списались со счета.
— Давай сперва самое нужное, остальное — если денег хватит. Необходимое по мере актуальности: «Маскировочный экран», «Ремонтный дрон II», «Расширение медблока», «Радар дальнего обнаружения», «Лаборатория алхимии».
— Четыреста пятьдесят пять миллионов минус, — отчитался я.
— На карцер хватает, — сказала Лиза.
— Пленные у нас не предвидятся, так что ну его. Лучше купим экипировку для новеньких или уровни — отстающим. Качаться-то не на ком.
В клановом чате я объявил, что процесс запущен, перечислил улучшения базы. Сергеич тотчас отозвался:
— Празднуем!
В этот момент из лазарета приковылял помятый, но не сломленный Семецкий. Ситниковцы окружили его, стали жать руки, хлопать по спине.
— А есть че выпить? — спросил Макс у меня.
— Надо Сергеича потрясти. Вдруг он раскулачится.
— Как Буратино. Я понял, ща вытрясем.
Макс побежал к базе. К шашлыку сместился Рамиз и задумчиво проговорил:
— Эх, мало времени прошло. Мясо будет жестким.
— На дольше хватит, — успокоил его Вечный. — Ну что — на решетку?
Шампуров у нас не оказалось, пришлось пользоваться решетками.
Из базы вышли Макс и Сергеич с бутылками в ведре. Это был местный ром. Два приятеля, передавая бутылку друг другу, прикладывались к горлышку.
— Как там колбаса? — крикнула Вика, подбрасывая в костер ветки.
Они были сырыми, потому дымили. Рамиз выложил первые партии шашлыка, который не только жарился, но и коптился.
Народ налетел на алкоголь, кроме монахинь, наблюдающих без осуждения.
— Друзья! — проговорил я, и Вика поднесла мне пластиковый стаканчик с золотистой жидкостью, я поднял его. — Это были самые сложные сутки в нашей жизни. Мы сделали невозможное. И не только отбились, но и обрели новых боевых товарищей…
Я представил Ситникова, и он рассказал о себе и своем клане. Потом представил Анну, и она, распространяя волны умиротворения, поведала о «неактивных членах», которые ждут воссоединения с нами в пещерном монастыре в Греции и находятся в относительной безопасности.
Выпили за новеньких. Потом — за удачу. Третий тост был грустным — мы помянули павших, в первую очередь Джехомара.
Пока я говорил, надо мной с мерным гудением летали осы, нарезали круги, как воздушные акулы, будто понимая, что я задумал.
Им нужен был новый хозяин, который не поленится их прокачивать. Это, собственно, и есть мой сюрприз для отличившихся: пусть занимаются.
Я скосил глаза на клетку, которую мастерили филиппинцы, и, к своему удивлению, обнаружил там не поросят, а местных кур, тощих и облезлых. Точнее, рыжего петуха и двух курочек.
Это сбило меня с мысли, и я запнулся. А потом вспомнил и мрачно объявил:
— Если я правильно посчитал, народ, у нас часа два до прибытия следующей волны чистильщиков. Они придут за головой рапторианцы Кемы.
— Ну пусть попробуют, — кровожадно ухмыльнулся Репях.
— Да! — грозно резюмировал Сергеич и пьяно икнул. — Пасть порвем!
С учетом новых модулей базы и пополнения клана, я был с ними солидарен.
Глава 16
Подходи, не толпись
Эля и Гюнтер Рихтер праздновали с нами, потому спросить, как там Кема, было не у кого. Но я поглядывал на его метку на клановой карте.
На текущий момент рапторианец восстановился до 35 %. Если брать за основу, что каждый час он набирает 8 % «активности», через два часа он восстановится до 50 % в худшем случае и больше, если процесс исцеления пойдет по нарастающей. Все-таки медленно он восстанавливается, наверное, чем-то отравлен. Но рано или поздно организм ящера должен нейтрализовать токсины.
В общем, я очень надеялся, что Кема достаточно окрепнет, чтобы ждать врагов за куполом, как мы делали раньше. С 50 % «активности» это возможно. Драться-то ему необязательно. Главное, чтобы в себя пришел и смог дождаться врагов, не начав терять «активность» без поддержки реанимационной капсулы. Враги-то необязательно придут минута в минуту — могут и припоздниться.
К нам с Лизой подошел Ситников с бутылкой в руке. Я чокнулся с ним. Игорь обнял меня и воздел бутылку над головой, воскликнув:
— Товарищи! Давайте выпьем за человека, который нашел в себе силы и харизму, чтобы объединить нас всех! Уверен, что мы единственный интернациональный клан.
— Разнородность генетического состава группы позволит более эффективно возродить человечество, — отчеканил Тетыща, и все посмотрели на него с недоумением.
Что ж, пусть привыкают к его особенностям.
— Ура! — провозгласил Ситников.
— Ура! — многоголосо грянули соклановцы, принялись пить и обниматься, загудели.
От запаха шашлыка сердце защемило — вспомнились майские и летние деньки, выходные, посиделки на даче… Все отдал бы, чтобы вернуть мирное время.
Желудок был пустым, потому алкоголь быстро ударил по мозгам, голова приятно закружилась, ностальгия усилилась, и мучительно захотелось жареного мяса.
Все начали передавать бутылки и пить — кто с горлышка, кто из стаканов, взятых на кухне. Мы с Лизой делили один стакан, потому что тары не хватало, пили маленькими глотками, чтобы сохранить ясность рассудка. Но нас было двое, потому ром закончился быстро.
Только собрался идти за стаканом, как ко мне подбежал веселый, раскрасневшийся Сергеич. Избавившись от проклятия гниющей плоти, он, будто ящерица, сбросил струп, и кожа его разгладилась, как у младенчика, он здорово помолодел, непривычно было таким видеть человека, к которому чуть не прилипло прозвище Дед. Сейчас же он напоминал… Если домовенка Кузю представить взрослым, обрить практически налысо и немного растянуть ему рот, вот Сергеич и получится. Вздернутый нос, усыпанный веснушками, делал его безобидным и озорным, однако манера общаться никуда не делась, и из глаз повзрослевшего Кузи глядел гоповатый дед-пердед.
Сергеич пришел не просто так — принес бутылку и стакан, налил мне наполовину и протянул.
— На, держи. А то как же, и не бухнуть тебе. За наш клан! — крикнул он. — Самый ништяковый клан на земле! За удачу!
— Ура-а-а! — грянули десятки голосов.
Я сперва проговорил в общий чат:
— Минуту тишины! Ответственный момент!
Когда все повернулись ко мне, я сказал, поднимая стакан: